Мендельсон Н.М. «Pro me» — дневник. НИОР РГБ. Ф. 165. К. 1. Ед. хр. 3.

Должен в Лондон приехать Каменев. Ллойд-Джордж призывает Шерлока Холмса и говорит: «Вот Каменев должен приехать. Встречать мы его не будем, но последить за ним надо... Вот вам мой чиновник. Последите и о результатах сообщите». Шерлок Холмс и чиновник на вокзале. Приходит один поезд, дефилируют мимо пассажиры. «Тут?» — спрашивает чиновник. «Нет», — отвечает Шерлок Холмс. Другой поезд — то же. Наконец из числа пассажиров третьего поезда Шерлок Холмс указывает на одного и говорит: «Вот». — «Может быть, вы ошиблись?» — сомневается чиновник. «Нет. Вы посмотрите: на шапке — золотой вензель, на сумке — тоже, на зонтике — тоже, на груди — тоже, и все вензеля разные...»

У Чичерина дипломатический раут. Среди гостей только что приехавший представитель Дании. Он имеет смущенный и расстроенный вид. Любезный хозяин подходит к гостю и осведомляется что с ним. «Так, ничего особенного... Часы потерял...» — «Где же? На улице?» — «Нет... Здесь...» — «Что вы!» — «Да, здесь. Они вот у того господина...» — «У какого?» — «Вот у этого (показывает)». — «А, тогда не беспокойтесь! Я вам их верну». — «Ради Бога, не надо! Не делайте скандала!» Чичерин не внемлет, идет и через минуту приносит часы. «Благодарю вас, но только зачем? Ведь тому господину, вероятно, было неприятно...» — «О, ничего! Он не заметил, как я взял часы».

Анекдот — я их записываю по званию фольклориста. 1 (связан со сверхъестественным урожаем яблок). «Как живете?» — «Как в раю: хожу голый и ем яблоки».

Ленин получил от Троцкого телеграмму в одно слово: «Троцкий» — и послал ему ответ тоже в одно слово: «Ленин»; расшифровывается так: «Трудно реализовать ограбленные ценности, кончим и исчезнем». — «Лева, если нельзя, исчезнем немедленно».

Еврея спросили: «Как вы относитесь к советской власти?» — «Как к своей жене». — «?!» — «Очень просто: немножко боюсь, немножко браню, немножко хвалю, немножко люблю, но хочу другую».

Клоун в цирке выходит во фраке, а сзади, между фалдами, огромная печать. «В чем дело?» — спрашивают его. «Трудналог заплатил, поимущественный — заплатил, подоходный — заплатил, за воду заплатил, за электричество — заплатил, а за канализацию — нет, денег не хватило, — вот я и опечатался»*.

Заседание Московского исполкома. В приемную входит еврей и спрашивает товарища Каменева. «Нельзя его видеть: занят на заседании». — «Очень нужно!» — «Нельзя». — «Чрезвычайное дело!» — «Нельзя!» — «Высокой политической важности дело!..» Выходит Каменев. Еврей: «Товарищ Каменев! Почем сегодня котируется карат?».

«Какая разница между несчастьем и катастрофой?» — «Не знаете? Поясню примером. Плывет по морю корабль, на нем Ллойд Джордж. Вдруг буря, кораблекрушение, и все, не исключая и Ллойд Джорджа, гибнут. Это несчастье. Плывет корабль в море, на нем Ллойд Джордж. Буря, кораблекрушение; все гибнут, кроме Ллойд Джорджа, который каким-то чудом спасся. Это катастрофа».

Прошла одна пятилетка — мы догнали и перегнали. Прошла вторая пятилетка — мы догнули и перегнули. Прошла третья пятилетка — мы догнили и перегнили.

На Сухаревке облава. Стоят перед лицом власти две расфуфыренные дамы, за ними еврей. «Вы кто?» — спрашивают первую. «Содком». — «Ах, извиняюсь! Вы свободны!» Вторая тоже говорит, что она Содком, — и ее тоже со всяческими извинениями отпускают. Тогда еврей решил, отвечая на вопрос о личности, повторить то же магическое слово... Страшный гнев и скорпионы, и восклицание: «Наши комиссары педерастией не занимаются!». Оказалось, что Содком расшифровывается: содержанка комиссара.

Юрист, врач, инженер и коммунист заспорили, кто на земле раньше всех вступил на поприще культурной деятельности. «Юристы, — сказал первый. — Когда Каин убил Авеля, и было совершено первое уголовное преступление, было разбирательство, и, конечно, понадобились юристы». — «Врачи, — сказал медик. — Когда Ева была создана из ребра Адамова, конечно, понадобилось хирургическое вмешательство». — «Инженеры, — сказал третий. — Неужели без электрификации, пара и вообще техники, а следовательно без инженеров Бог в шесть дней мог сотворить свет?!» — «Все вы врете, — сказал последний. — Мы, коммунисты, были первыми: ведь в начале всего был хаос, а кто же мог его создать кроме нас?!»

Еврей сидит на лекции Рюрика Ивнева «Петр I и Ленин»; обращается к соседу и говорит: «Слушай, Абрам! Я ничего не понимаю, объясни!». — «Дурак, что тут понимать: он сравнивает Петра с Лениным». — «И чего тут сравнивать: за одного Петра (500 рублевый билет) дают 50 ленинок!»

У отца Троцкого есть мельница. Ему и говорят: «Вызвали бы вы Леву, поручили бы ему мельницей управлять. И для него, и для вас, и для всех было бы лучше!» — «Леву на мельницу?! Никогда! Россию я еще могу ему поручить, но мельницу... ни за что!»