Советский Союз в зеркале политического анекдота / Сост. Д. Штурман, С. Тиктин. Иерусалим: Экспресс, 1987.

«Вань, а Вань, что такое встречный план?» — «Встречный план? Ну, как бы тебе, Маня, объяснить?.. Вот, скажем, ты мне говоришь: “Давай, Ванюша, два раза сегодня!”. А я тебе — встречным планом: “Нет, Мань, давай три!”. Хотя мы оба знаем, что при нашей усталости даже одного толком не выйдет!»

Иностранные моряки потребовали открытия публичного дома в Одесском порту. Вызвали Янкеля, у матери которого был бардак в Одессе до революции. Янкель отказывается: «Знаю, чем это пахнет: пять коек — для горкома, десять коек — для обкома, три койки — для горторготдела; органам — места по потребности; десять девушек — на прополочную, десять девушек — на уборочную, комсомолок — на целину, а Янкель — ложись и выполняй план?!».

Армянское радио. «Что такое миниюбка?» — «Это такая маленькая юбка». — «А миникомпьютер?» — «Это такой маленький-маленький компьютер, в кармане умещается». — «А почему тогда самый большой бардак называется министервство?»

Изучив опыт западного автотранспорта, научно-исследовательские организации Министерства автотранспорта и шоссейных дорог пришли к выводу, что в странах с левосторонним движением аварийность ниже на 0,7%, и рекомендовали ввести левостороннее движение в Советском Союзе. Чтобы не проявлять излишнего волюнтаризма, министр распорядился в виде опыта перевести 3-й и 7-й автопарки Москвы на левостороннее движение.

Решили звери построить мост через реку. Потребовался вагон цемента. Послали за ним волка — не выгрыз, послали лису — не выхитрила, послали осла (у него родные в министерстве). Вернулся осел, и за ним целый эшелон цемента. «Зачем нам столько?» — «Ничего, будем строить мост вдоль реки!»

Чтобы улучшить работу учреждения, переставили мебель по системе НОТ. Это не привело ни к каким результатам. «Когда я в молодости работал вышибалой в публичном доме, — заметил пожилой сотрудник, — там в таких случаях не кровати переставляли, а блядей меняли».

Иван Иванович Иванов — уважаемый человек в коллективе. И вот он не пришел на работу. В 9.00 его нет, в 9.30 — тоже, и в 10 часов его тоже нет. Наконец, в 10.30 звонит на работу его жена и сообщает, что Иван Иванович сегодня ночью умер. «Слава Богу, — отвечает начальник, — а то я уже беспокоился, что он опоздал».

Инспектор Рабкрина спрашивает служащего в проверяемом учреждении: «Что вы здесь делаете?» — «Ничего». — «А вы что здесь делаете?» — спрашивает он другого служащего». — «Ничего». Инспектор пишет вывод: «Сократить штаты — уволить второго за ненужную дубликацию».

Построили где-то в провинции мост через ручей. Поскольку имеющие стратегическое значение мосты положено охранять, то местные власти поставили к нему сторожа. Чтобы его оплачивать, выделили кассира. Затем, чтоб был порядок в отчетности, взяли бухгалтера. Для обеспечения общего руководства назначили заведующего. Но однажды пришло указание сократить штаты. И уволили сторожа.

Делегация советских рабочих посетила в США большой автомобильный завод. «Кому он принадлежит?» — спросили делегаты. «Форду», — ответил гид. «А чьи это автомашины на стоянке?» — «Рабочих», — сообщил гид. Ответная делегация американских рабочих посетила большой советский завод. «Кому принадлежит этот завод?» — «Рабочим», — ответил член партийного комитета. «А чья это машина на стоянке?» — «Директорская...»

В заводоуправление входит глухонемой. Безмолвная сцена: немой описывает руками дугу, очерчивая огромный живот на месте своего впалого живота. Секретарша: «Директора нет». Немой стучит пальцем по своему лбу. Секретарша: «И главного инженера нет». Немой быстро и громко бормочет что-то бессмысленное, повторяя одни и те же примитивные звукосочетания. Секретарша: «И парторга нет». Немой разваливается на стуле и смотрит в потолок, вертя в бездействии большими пальцами сцепленных рук. Секретарша: «И председателя профкома нет!».