Иванову снится сон. Он у любовницы. Внезапно вернувшийся муж выбрасывает его в окно с десятого этажа. Но Иванов не растерялся. Вспомнив лекцию о полетах на Луну, он стал производить мягкую посадку, тормозя струей газа. Его трясут за плечо: «Товарищ Иванов, как вы себя ведете на партсобрании?».

Женщина в постели с любовником. Звонок в дверь. О, это муж! Она говорит любовнику: «Дорогой, прыгай в окно!» — «Но позволь... девятый этаж...» — «Ради меня. Умоляю». Зажмурился, прыгнул. На седьмом этаже зацепился рубахой за какой-то крюк, висит. Холодно, жутко. Пролетает мимо Баба-Яга. В ступе, с помелом. «Спаси меня, Баба-Яга, отцепи, возьми с собой». — «Можно. Только сначала пукни». Тихо пукает — чтобы не сорваться с крюка. Баба-Яга недовольна. «Ну-ка, погромче». Пукает погромче... Вдруг чья-то сильная рука ложится на его плечо, и громкий голос грозно говорит: «Ну, знаешь, спать на партсобрании, пожалуй, можно. Но уж пукать...»