Узнав о смерти Ленина, крестьяне послали в Москву «ходока» — понюхать, чем пахнет в воздухе, и узнать, не будет ли теперь каких-нибудь льгот. Долго слонялся крестьянин по траурным митингам. Ораторы-евреи всюду напирали на то же самое: «Ленин умер, но идеи его остались!». Крестьянин вернулся домой опечаленный. «Плохи дела, братцы… — сказал он землякам. — Ленин то умер, да иудеи остались».