Шитц И. И. Дневник «Великого перелома» (март 1928 — август 1931). Paris: YMCA-press, 1991.

На юбилее своем Сталин повторяет свое утверждение, что за революцию он готов отдать свою жизнь каплю за каплей... Голос из публики: «Почему такой медленный темп?».

Менжинский (ГПУ) упрекает Куйбышева в слабых достижениях в области хозяйства. Куйбышев объясняет неуспех: кабы у меня было столько инженеров, сколько у тебя (намек на истребление и заключение всяких «спецов»).

Захотели большевики уйти от власти; но нельзя же уйти так, надо иметь предлог. «Интервенцию» накликать не удалось. Решили устроить «бунт» и, чтобы поднять его, приказали перепороть всех, а сами заперлись в Кремле и ждут вестей от ГПУ. Но — тишина. «Не бунтуют?» — «Нет. Краснопресненский район перепороли, теперь хамовнические стали в очередь». Вдруг шум. «А, наконец-то!» Оказывается: «Все шло хорошо, а тут из-за того, что явилось ЦЕКУБУ* и потребовало, чтобы ему пороться вне очереди — ну а другие не пропускают».

Обгоним и перегоним! Поэтому, когда указывают на отсутствие калош, валенок и недостаток обуви, шутливо утешают себя: «Босиком обгонять легче!».

Лишь 12 декабря становится зима. Долгое ее отсутствие вызвало шуточный вопрос: почему нет зимы? Оттого, что крестьянин не торжествует («Зима, крестьянин торжествуя…»*). Разорение в деревне полное.

Успехи социалистического строительства так велики, что через пять лет у каждого гражданина будет своя авиетка. В воскресенье будет, напр., такой разговор: «Ты нынче что делаешь?» — «Да вот, думаю, не слетать ли в Нижний, может удастся фунта два хлеба привезти»

В связи с чисткой рассказывают, что чистят теперь всех служащих под разными предлогами: приходящих на службу с опозданием в пять минут — за разгильдяйство; являющихся ровно в девять — за стремление вернуться к бюрократизму эпохи царизма; наконец, тех, кто на месте уже за пять минут до начала срока — за стремление скрыть свою классовую сущность проявлениями услужничества и подхалимства.

Приговоренным к смерти русскому и еврею обещано помилование, если они укажут способ поднять червонец и привести к упадку доллар. Русский отказался решить невозможную задачу и потребовал расстрела. Еврей подумал и утром объявил свое простое, быстрое и дешевое средство: «Поменяйтесь правительствами».