Соколова Н.В. Эпоха в кривом зеркале: Из старых тетрадей (1926 — 1985). РГАЛИ. Ф. 3170. Сдат. оп. Ед. хр. 1—6 (компьютерный набор).

Что говорили при БРЕЖНЕВЕ. «Плохо в стране». При АНДРОПОВЕ. «Хуже не бывает». При ЧЕРНЕНКО. «Еще хуже».

Архитекторы построили дом без уборных. Объясняют: «На первом этаже детсад — у них горшки. На втором пенсионеры — все несут на анализы. На третьем ударники коммунистического труда — им некогда. На четвертом студенты — им нечем. На пятом, шестом начальство — эти все равно срут на все и на всех.

На верхушке дерева ворона. Бежит мимо заяц. «Что делаешь, ворона?» — «Спокойно сижу-посиживаю. Ничего не делаю». — «И я хочу так». Заяц усаживается под деревом. То же самое происходит с лисой, волком, медведем. Они все — под деревом. Вдруг откуда ни возьмись охотник с ружьем. Палит по зверям. Те разбегаются. Звери ранены, ворона цела. Ворона: «Простых вещей не понимают. Дурачье! Чтобы спокойно сидеть-посиживать, ничего не делать, надо быть наверху».

Любимый анекдот редакции журнала «Знамя». В аду. Грешники погружены в жидкое дерьмо — аж по самые подбородки. Стоят на цыпочках, аккуратно поджав губы, чтобы не заливало в рот. Бросили нового грешника. Он возмущается, размахивает руками. «Я уж лучше на сковородку. Придумали черт знает что! Я не согласен, не так уж и виноват. Это несправедливость!» А старые опытные грешники, все также напряженно вскинув головы, цедят сквозь сжатые губы: «Только не делайте волны...».

Демонстрация. Красная площадь залита жидким говном, глубина полтора метра. Люди идут рядами. Горбачев разъезжает на крейсере «Аврора». «Товарищи! С праздником!» — «Ура!» — «Трудовых вам успехов!» — «Ура!» — «И счастья в личной жизни! Чего еще вам пожелать? Чего бы вам хотелось?» — «Михал Сергеич, не гоните волну».

Черчилль пишет из Москвы письмо Герберту Уэллсу. «Я побывал в квартире служащего, в квартире рабочего, мне специально показывали, все хорошо. Только странно, что в час пик на улицах много нищих — и все они с портфелями».

Лектор в деревне. Старушка задает вопросы. «По молоку обогнали?» — «Да». — Старушка вздыхает. «А по мясу?» — «Тоже». Опять вздох. «А по хлебу?» — «По хлебу, бабуся, еще нет». Старушка крестится. «Слава богу, хоть с хлебом будем».

«Ну, как ты живешь?» — «Ничего, спасибо. Имею снабжение ГОРТ Б*». — «А как Соня?» — «Соня служит, у нее хороший распред». — «А твой племянник?» — «О, Яша чудно устроен, ИТР**, получает спецпаек». — «Ну, как я рад за всех вас. А что Хаим?» — «Ты не знаешь? Он же безработный в Америке. Если бы не его посылки, мы бы все умерли с голоду».