Борев Ю.Б. Краткий курс истории XX века в анекдотах, частушках, байках, мемуарах по чужим воспоминаниям, легендах, преданиях и т.д. М., 1995.

Русского и американца усыпили на сто лет. Когда они проснулись, то оба умерли, услыхав по радио последние известия. Американец умер от сообщения: «Колхозники штата Техас засыпали в закрома родины...». Русский умер от сообщения: «Выступая на только что закончившемся пятьдесят седьмом съезде КПСС, генеральный секретарь указал...».

Хонеккер говорит Брижит Бардо: «Проси чего хочешь!». — «Убери берлинскую стену». — «Ты, наверное, хочешь, чтобы мы остались одни?!»

Учительница спрашивает: «Кто твой отец?» — «Мой папа официант». — «Хорошо. А твой?» — «Мой папа завмаг». — «Очень хорошо. А твой?» — «Мой папа ювелир». — «Замечательно! А твой?» — «Мой папа инженер». Дети смеются. «Дети, нехорошо смеяться над чужим горем».

Русский эмигрант в Нью-Йорке принимает друга из Москвы. Выпивают, на столе чего только нет. Гость — хозяину: «Почему ты не закусываешь?». — «А я никогда не закусываю». — «Тогда зачем уехал?»

Станиславский звонит Сталину. «Товарищ Сталин, извините, забыл ваше имя-отчество… Ах, да, спасибо. Иосиф Виссарионович, вы хотели сегодня прийти к нам на спектакль, однако мы вынуждены сделать замену. У нас Ольга Леонардовна заболела». Сталин что-то ответил. Станиславский закрывает трубку рукой и говорит присутствующим в комнате: «Совсем заработался товарищ Сталин — Книппер-Чехову не помнит!»

В 30-х годах Сталин пригласил к себе четырех крупнейших кинематографистов и спросил, что им нужно для успешной работы: «Просите. Не стесняйтесь. Постараемся помочь». Ромм пожаловался, что ютится в маленькой комнате, жена болеет, нужна квартира. «Хорошо. Будет вам квартира», — сказал Сталин. Пудовкин объяснил, что он может работать только за городом — нужна дача. «Хорошо. Будет вам дача», — пообещал Сталин. Пырьев сказал, что дача у него есть, но добираться туда трудно. Он устает, не может работать. Нужна машина. «Хорошо. Будет вам машина», — ответил Сталин. Александров замялся: у него столь большая просьба, что он даже не решается ее произнести. «Говорите, не стесняйтесь», — подбодрил Сталин. «Я хотел бы, товарищ Сталин, получить вашу книгу “Вопросы ленинизма” с автографом. Это будет меня вдохновлять». — «Хорошо. Будет вам книга с автографом», — ответил Сталин. Квартиру, машину и дачу Александров получил в качестве приложения к книге с автографом.

Сталин пригласил Черчилля приехать в Москву и велел Молотову оказать англичанам гостеприимство. Во время переговоров Сталин заметил, что гости сидят с кислыми лицами, а Черчилль через каждые двадцать минут извиняется и ненадолго покидает совещание. Сталин попросил у Молотова объяснений. «Не знаю, товарищ Сталин, чем недовольны англичане. Мы все сделали для того, чтобы они чувствовали себя как дома. Кухня, продукты — все английское, даже соль».

Стоят француженки на Красной площади. На них туфли на шпильках. Мимо идут русские женщины в ботинках. Француженки спрашивают: «Почему вы не носите туфли на шпильках?». Женщины ответили: «Мы во имя дружбы все свое железо отдали индусам».

Пришел болгарский писатель к следователю и говорит: «Расскажи мне какую-нибудь историю. Я хочу написать детективный роман». Следователь отвечает: «Чтобы твой роман был достоверным, ты сам должен побывать в тюрьме». — «А как мне туда попасть?» — «Выйди на улицу и крикни три раза: “Живков — дурак” — и за оскорбление вождя тебя посадят на две недели». Не успел писатель крикнуть: «Живков дурак!», как его схватили и приговорили к десяти годам. Он возмутился: «За оскорбление вождя положено две недели!» — «Ты осужден по другой статье — за разглашение государственной тайны».