Сидит редактор в тяжком раздумье. «“Парижские тайны” Эжена Сю. Париж. М-м-м, это сегодня как-то... Преклонение, низкопоклонство... Сделаем-ка маленькую, совсем маленькую поправочку. “Пражские тайны”. Ну вот, уже лучше. Хотя, если вдуматься... Да, страна народной демократии, почти своя... Но, с другой стороны, все-таки, м-м, Европа, Запад... Не того... Сделаем-ка маленькую, совсем маленькую поправочку. Вместо “Пражские тайны” пусть будут “Рижские тайны”. Столиц союзной республики, все в порядке. Хотя, если вдуматься... Не так давно они были самостоятельными, потом под немцами. Конечно, вроде как наши, но не вполне... Сделаем-ка маленькую, совсем маленькую поправочку. “Русские тайны”. Вот теперь хорошо. Хотя, если вдуматься... Какие у русских тайны? Нет у русских никаких тайн. Это клевета наших врагов. Сделаем-ка маленькую, совсем маленькую поправочку. “Русская откровенность”. Теперь прекрасно! Славно поработали. Итак, Эжен Сю, “Русская откровенность”...»