Кремль и Народ [The Kremlin and The People] / Сост. и коммент. Е. Андреевич [Е. А. Соловьев]. Мюнхен: Голос Народа, 1951.

Принес муж порцию масла домой, ищет-ищет, а масла и нет. Жена и говорит: «Где же ты масло дел?». Муж разворачивает бумагу и радостно: «Вот!» — «Тут только жирная бумага. А масло где?» — «Наверное, растопилось… под солнцем сталинской конституции».

В 1929 году, в пятидесятилетие своего рождения, Сталин сказал: «За дело рабочего класса я готов отдать свою кровь каплю за каплей!». Тогда один еврей послал ему такую записку: «Товарищ Сталин, почему так понемножку, капля за каплей? Надо больше и больше отдавать свою кровь».

Учитель в школе спрашивает детей: «Кем хотел бы каждый из вас быть, если бы он был сыном Сталина». Один мальчик пожелал быть Героем Советского Союза, другой — маршалом, третий — великим писателем и т. д. Только один маленький мальчик сидел сзади и молчал. «Ну а ты?» — спросил учитель. «Сиротою», — ответил ученик.

В Южной Корее толпа смотрела на развалины фабрики, взорванной коммунистами. Один кореец воскликнул: «И все это вина одного человека!». Кореец этот был мигом арестован коммунистической полицией. Он уверял полицию, что имел в виду Трумэна, и его в конце концов решили выпустить. Перед выходом он спросил полицейского, задержавшего его: «Скажи, дружок, а кого ты думал, что я имел виду?».

Армянская загадка: «Кто самый главный, в Кремле сидит, с буквы Е начинается». — «Енукидзе?» — «Нет». — «Ежов?» — «Нет». — «Емельян Ярославский?» — «Нет». — «Кто же?» — «Е… Сталин!»

Идут два еврея в Москве по Лубянской площади, подле здания НКВД. Один спрашивает: «Мойша, какая разница между Сталиным и ослом?». В это время из дверей НКВД высовывается голова энкаведиста, который пальцем подзывает их к себе: «А ну, идите-ка сюда, — ну, так какая разница?». Еврей: «Я ничего не сказал... Никакой разницы нет…»

На границе советской и американской оккупационных зон американский солдат, кончая вахту, всегда говорит: «Слава Богу». А советский солдат говорит: «Слава Сталину». Один раз американский солдат, не утерпев, спросил: «Ну хорошо, а если Сталин умрет, что тогда ты будешь говорить?» — «Тогда? “Слава Богу” буду говорить».

Известно, что на советских политических докладах публика обычно дремлет, да и президиум одолевает сон. В такой нормальной обстановке докладчик, кончая свое выступление, патетически воскликнул: «Враги народа хотели убить нашего любимого вождя (с особым ударением), товарища СТАЛИНА!». Разбуженные упоминанием великого имени, члены президиума вскочили и бешено зааплодировали.

В одной датской газете появилось объявление: «Настоящим заявляю, что поздравления, посланные Сталину нашим министром иностранных дел Расмуссеном от имени датского народа, не включают меня. Подпись».

На собрании предколхоза объявляет о награждении лучших ударников. Одну доярку наградили радиоприемником, другой дали граммофон, третьей — велосипед. Все аплодируют, доярки счастливы. Предколхоза поднимается и особо торжественно объявляет: «А теперь, товарищи, наградим нашу самую лучшую ударницу, которая есть политически сознательная, работала без праздников и выходных, поставила рекорд по выкормке поросят; она есть пример для всех остальных. Наградим нашу свинарку Дарью… (тут голос председателя задрожал) сборником сочинений тов. Сталина!». Собрание замерло. Голос сзади: «Так ей, стерве, и надо».

В стране, где свирепствует счастье, люди живут исключительно долго. Советские газеты полны сообщениями об абхазских, грузинских и других стариках, достигших 100, 120 и более лет. В первомайской демонстрации 1951 года участвовала оригинальная и редкостная колонна. Она состояла из стариков старше 100 лет. Они несли плакат: «Спасибо дорогому Сталину за наше счастливое детство». От этого плаката даже сам «великий» смутился и остановил колону: «Пазволтэ, но ведь меня тогда еще не было?» — «Потому наше детство и было счастливым», — скромно ответили старики.

Приехавший в Москву колхозник спрашивает у милиционера: «Что это за стена, и почему перед ней стоят солдаты?» — «Это Кремль. Не показывай пальцем!» — «А кто же там?» — «Сталин». — «А... зачем же солдаты?» — «Это охрана». — «А-а... понимаю, понимаю... Ну, теперь то, сволочь, оттуда не выскочит!»

После войны советская устная пропаганда распространяла среди комсомольцев такой слух: «Тов. Сталин очень образованный человек — он знает восемь языков». Старшее поколение считало, что Сталин знает только три языка: грузинский, плохо русский и матерный.

Зал заседания Политбюро, из которого закрытая дверь ведет в кабинет Сталина. Из кабинета слышен разъяренный голос «вождя и учителя»: «Ышак! Тыран! Кровопыйца! Ныдаучка! Прыступнык! Убыйца!». Присутствующие члены Политбюро в недоумении прислушиваются и боятся войти к Сталину. Наконец, Берия решается, робко открывает дверь и входит на цыпочках в кабинет. Сталин стоит перед своим портретом и угрожающе размахивает кулаками. Берия робко спрашивает: «Иосиф Виссарионович, что случилось?». Сталин раздраженно: «Ны мышай! Выдыш, я самокрытыкой занымаюс!».