Раскин И. Энциклопедия хулиганствующего ортодокса. М., 2005.

В купе двое: мужчина и женщина. Никто не решается заговорить. Тогда мужчина рисует рюмку, ставит вопросительный знак. Женщина кивает. Выпили. Мужчина рисует сигарету со знаком вопроса. Женщина кивает. Покурили. После чего женщина рисует кровать и также ставит знак вопроса. Мужчина пишет: «А как вы догадались, что я директор мебельной фабрики?».

В старые добрые застойные времена один ответственный работник приехал по служебным делам в Париж, поселился в роскошном отеле. Где-то в полночь заходит молодой человек и спрашивает приезжего, нужна ли ему женщина. «Конечно нет, я ведь советский гражданин!» Проходит некоторое время, опять его беспокоят. «Может быть, вы хотите молоденькую девочку?» — «Как вам не стыдно! Я вам сказал, что я советский гражданин, коммунист, вон отсюда!» — «Может быть, мсье хочет мальчика?» — «Безобразие! Я требую советского консула!» — «Можно. Но это будет очень дорого стоить».

Приходит молодая женщина устраиваться на работу секретарем. Директор ей разъясняет ее обязанности. «А зарплата у вас будет триста рублей». — «Да вы что, смеетесь?!» — «А сколько бы вы хотели?» — «Ну хотя бы рублей пятьсот». — «Пятьсот рублей у меня главный инженер получает». — «Ну и ебите своего главного инженера».

Чем жена держит мужа? Немка — питанием, чешка — властью, испанка —страстью, кубинка — пляской, полька — лаской, китаянка — лестью, мексиканка — местью, гвинейка — пением, грузинка — терпением, негритянка — умением, гречанка — красотой, армянка — полнотой, француженка — телом, американка — делом, итальянка — шиком, еврейка — крином, японка — грацией, русская — судом и парторганизацией.

В зимней холодной Москве разбивший стекло мальчик убегает от разъяренного дворника. Он бежит и думает: «Почему я живу в этом холодном городе? Сидеть бы мне под пальмами на каком-нибудь тропическом острове». А в это время на острове Куба писатель Хемингуэй сидит под пальмой и думает: «Почему я сижу в этой жаре? Ведь в Париже, в кафе “Ротонда” настоящие писатели пьют вино и беседуют об искусстве». А в это время в кафе “Ротонда” сидит писатель Жан-Поль Сартр и думает: «Почему я здесь, в этом буржуазном Париже, когда сейчас в социалистической Москве творит настоящий писатель Андрей Платонов...». А в это время дворник Платонов бежит за разбившим стекло мальчиком и думает: «Догоню — убью!».

Идут два алкаша. Один обращается к другому: «Вась, объясни мне внятно, что такое логика?» — «Вот представь себе, что идут навстречу тебе двое: один грязный, а другой чистый. Как ты думаешь, который идет из них в баню?» — «Грязный». — «Правильно. Он грязный, и он идет в баню. Это и есть логика». — «Ну а что такое диалектика? — «Объясняю на этом же примере. Идут навстречу тебе двое: один грязный, один чистый. Казалось бы, в баню идет грязный, но он потому и грязный, что он в баню не ходит. Значит, в баню идет чистый. Это и есть диалектика». — «Ну а что же такое тогда философия?» — «На этом же примере объясняю. Идут двое: один грязный, один чистый. Известно, что кто-то из них идет в баню. Кто?» — «А хуй его знает!..» — «Вот это и есть философия!»

Русского спрашивают: «В космос полетишь?» — «Если партия прикажет — полечу». — «А что ты хочешь за это иметь?» — «Славы хочу!» — «Хорошо, будет тебе слава». Украинца спрашивают: «В космос полетишь?» — «Если партия прикажет, то конечно полечу». — «А что ты хочешь за это иметь?» — «Хату на берегу Днепра». — «Хорошо, будет тебе хата». Грузина спрашивают: «В космос полетишь?» — «О чем, генацвале, говоришь?! Если партия прикажет, обязательно полечу!» — «А что ты за это хочешь иметь?» — «Миллион хочу». — «Послушай, Гиви, зачем тебе миллион?» — «Как зачем?! Жив останусь — жить хорошо буду, а погибну — дети хорошо жить будут». — «Хорошо, Гиви, будет тебе миллион». Еврея спрашивают: «В космос полетишь?» — «Ну, если мне партия прикажет, что же мне останется делать? Придется полететь!» — «А что ты за это хочешь?» — «Я хочу за это три миллиона». — «Куда тебе три миллиона? — «Как куда? Миллион — тебе, миллион — мне, а миллион — тому, кто полетит».

Идет заседание Съезда народных депутатов. Председательствующий сидит и думает, кому же из депутатов дать слово. У первого микрофона стоит ярый антикоммунист, у второго микрофона — оголтелый антисемит, у третьего микрофона — борец за экологию. «Включите третий микрофон, пожалуйста!» — «Товарищи депутаты! — говорит эколог. — Что же это происходит?! Леса вымирают — скоро коммунистов вешать не на чем будет! Реки все повысыхали — где же мы жидов топить будем?!»

Прибегает Петька к Василию Ивановичу — «Василий Иванович, отгадай загадку: два конца, два кольца, посередине гвоздик». — «Жопа, Петька. — «Дурак ты, Василий Иванович! Это ножницы. Ну, отгадай еще одну загадку: без окон, без дверей полна горница людей». — «Жопа, Петька». — «Дурак ты, Василий Иванович. Это огурец». Понравились эти загадки Василию Ивановичу, и пошел он к Фурманову. «Фурманов, хочешь загадку?» — «Ну, давай». — «Без окон, без дверей полна жопа огурцов». — «Это хуйня какая-то, Василий Иванович!» — «Вот и я говорю — хуйня, а Петька говорит — ножницы».