Соколова Н.В. Эпоха в кривом зеркале: Из старых тетрадей (1926 — 1985). РГАЛИ. Ф. 3170. Сдат. оп. Ед. хр. 1—6 (компьютерный набор).

«Доктор наук Игрек сперва подписал коллективный протест, а теперь говорит, что его подпись подделали». — «Но можно ведь с помощью графологической экспертизы...» — «Нельзя. Доктор наук неграмотный, он вместо подписи ставит крест».

Начальнику докладывает секретарь. Секретарь: «Сергиевский уверен, что вы пошлете его на симпозиум в Лондон, собирается делать там доклад о своем научном открытии на английском языке». Начальник: «Ох, не знаю, не знаю. Боюсь я... Слишком культурный и талантливый, может остаться на Западе». Секретарь: «Итак, какое же ваше решение?». Начальник: «Вместо Сергиевского поедет Тютькин, сделает доклад об открытии Сергиевского на русском языке, с переводчиком. Так будет, кстати, патриотичнее. Доклад ему напишет Сергиевский». Секретарь: «А вы не боитесь, что Тютькин останется?». Начальник: «Ну кому этот дурень нужен?»

Первый советский рейс в космос с пилотом. Кроме пилота полетят: чей-то зять (чтобы было на кого вешать ордена), ничей не зять (чтобы было на кого валить ответственность), обезьяна и еврей (подопытные животные).

Остапу Бендеру предложили лететь на Луну. Он попросил за это три миллиона. «Но почему три? — «А как же! Как деловой человек, я должен один миллион дать вам — за то, что вы мне это дело устроите. Как деловой человек, я должен второй миллион оставить себе. Так? Иначе какой же я деловой человек?» — «Ну а еще один миллион? Третий?» — «А третий миллион я, как деловой человек, должен дать тому, кто за меня полетит».

Трое должны лететь в космос. Первый и второй запросили по сто тысяч рублей. Третий: «Какое безобразие! Рвачество! Нет, я готов по государственной цене. Таксист берет полтора рубля с километра, а я, так и быть, по рублю...»