Соколова Н.В. Эпоха в кривом зеркале: Из старых тетрадей (1926 — 1985). РГАЛИ. Ф. 3170. Сдат. оп. Ед. хр. 1—6 (компьютерный набор).

Американский пехотинец в Париже. Зашел в бистро, прошагал по стене до потолка и обратно. Выпил пива, расплатился, ушел. Дама: «Поразительно. Не могу прийти в себя от изумления». Бармен: «Я тоже, мадам. Сам поражен до глубины души. Вот уже месяц, как он к нам заходит, марш по стене туда-обратно, напоследок выпьет вина, а сегодня — удивительное дело! — попросил пива».

В кабинете директора цирка в Лондоне. «Хочу вам продемонстрировать собаку, которая играет на скрипке». Входит собака, играет Паганини. Директор аплодирует. «Беру собаку». Посетитель: «У меня есть еще кошка, она поет». Зовет кошку, кошка поет арию Лючии де Ламермур. Собака аккомпанирует на скрипке. Животные кланяются, уходят. Директор апплодирует. «Беру и кошку тоже. Завтра с утра подпишем контракт». Посетитель прощается, уходит. Но возвращается с виноватым видом. «Сэр, я вас обманул. Совесть не позволят мне молчать. Простите, поет тоже собака».

Иду я по дорожке сквера. Вижу — лягушка. Прохожу мимо. А она мне говорит человеческим языком: «Сэр, не проходите мимо, возьмите меня, пожалуйста, на руки». Ну, лягушка — и человеческим языком, согласитесь, такое не каждый день бывает. Беру на руки. А она говорит: «Сэр, не оставляйте меня в сквере. Возьмите меня, пожалуйста, к себе домой». Ну, все-таки лягушка не простая — говорящая... Иду домой, несу ее. Открывает мой слуга, берет у меня шляпу и трость, хочет взять лягушку. А она говорит: «Сэр, не отдавайте меня в эти грубые руки. Захватите меня, пожалуйста, наверх в вашу спальню». Ну, как-никак говорящая... Захватил в спальню. Посадил там на мраморный умывальник. А она говорит: «Сэр, не оставляйте меня на холодном умывальнике. Положите меня, пожалуйста, к себе в постель». Положил, и что бы вы думали? Она тут же превратилась в дивно сложенную молодую блондинку. В эту минуту открывается дверь спальни и входит моя жена, которая хотела провести день у своих родителей, но опоздала на поезд. Я ей рассказываю эту историю, подробно, со всеми деталямии, и что бы вы думали? Она — мне — не верит!

Военные времена. Берег Темзы, безлюдная местность. Лето, жара. Сержант Мэри Томсон стоит на посту. Ей до смерти хочется выкупаться. Оглянулась, на дороге никого нет, пусто до самого горизонта. Зашла в кусты, в самую середку (они как раз кружком стоят). Разделась голая, из кустов прямо юркнула в воду. Выкупалась. Смотрит, вдали на дороге показалась человеческая фигура. Быстро в кустах оделась, встала на пост. Полный порядок. Незнакомый лейтенант прошел мимо, не обращая на нее внимания. Задержался на мгновение у кустов. «Рота, за мной». Кусты... снялись с места, выстроились цепочкой и пошли за лейтенантом.

Из «юмора союзников». Американский анекдот. В Штатах провели анкету: что делают мужчины от часу до двух ночи. Пятнадцать процентов просыпаются на полчаса, чтобы выкурить сигарету. Семьдесят пять процентов в это время одеваются и идут домой к жене.

Советский офицер в Германии сошелся с немкой. Ее день рождения. Необходимо сделать ей какой-то подарок, а он скуповат. Приценивается к вазам, они все кажутся ему слишком дорогими. В России семья, деньги надо беречь. «А это что у вас тут лежит?» — «Обломки разбитой вазы». — «А если бы я у вас купил?» — «Пожалуйста». — Хозяин называет какую-то совершенно ничтожную сумму. «Заверните!» Офицер решает: скажу, что разбилась в дороге. Это выход! Приходит к немке. Отдает ей пакет. «Была такая давка. Боюсь, что...» Немка разворачивает пакет. И кричит: «Вон! Убирайся!». Ничего не хочет слушать, выгоняет его. В чем дело? Аккуратный немец, хозяин маленького магазинчика, старательно завернул каждый осколок в бумагу.

Война окончена. На крыше Интеллиженс Сервис приземляется парашютист. Его ведут к дежурному. Парашютист — это Гитлер. У дежурного парашютист одной рукой снимает с себя парик с характерной прядью, спадающей вниз на лоб, другой рукой сдирает приклеенные усы. Становится по стойке смирно: «Полковник Лоуренс готов к исполнению следующего задания».

Все мужчины на фронте. Большой дом, много баб — и остался единственный мужчина 85 лет. Они по очереди кладут его с собой в постель. Бормочет: «Ищи, милка, ищи, должон быть. Те находили».

Англичанин, француз и русский в плену у гитлеровцев. Каждому велели назвать фрукт, который он любит. Англичанин: «Я люблю сливу». — «Получай сливу!» — Ему запихивают сливу в задний проход. Англичанин: «Ой, больно...». — «А ты, француз, выбрал яблоко? Вот хорошее, крупное». — «Ой, больно, больно... Не надо!» И тут же смеется. «Чего смеешься?» — спрашивает у него англичанин. «Русский обожает арбузы».

Француз, поляк и русский в плену у гитлеровцев. Каждого спрашивают, что они предпочитают из вооружения. «Ну, какое оружие любишь, француз? Выбрал пистолет?» Суют пистолет французу в зад. Он стонет. «А ты, поляк, выбрал автомат?» Пихают автомат в зад поляку. Поляк корчится, кричит. И вдруг начинает смеяться. «Ты что? В чем дело?» — «Русский выпросил танк и ведет его сюда».

Отвинтился люк на улице города. Оттуда — седая лохматая голова: «Что, война еще не кончилась?» — «Нет». — «А год какой?» — «Да сорок пятый». — «Ай, подлец кайзер Вильгельм, что творит. Ну, помогайте, братки, завинчивать обратно».

Соревнования по плаванию в гитлеровском концлагере. Француз взмахнул руками — раз, другой — умер, пошел ко дну. Американский пленный летчик на середине дистанции умер, затонул... Русский партизан уже почти схватился руками за финишную лестницу, но, кажется, тоже... Да, нелегко плыть в серной кислоте.

К вопросу о русской выносливости. Гитлеровский концентрационный лагерь. «На первый-второй-третий рассчитайся, каждый третий — в газовую камеру!» Богатырь-русский (в строю на голову выше других). Ему выпало быть третьим. «Ну что же это такое? Все я да я. Каждый день в газовую камеру. Для здоровья вредно».

Инструктор райкома в воскресенье рыбачил, выловил золотую рыбку. Попросил квартиру. Лежит с женой в спальне в новой квартире. Жена вздыхает. «Еще бы дачу...» — «Надо понимать, Маша, я всего-навсего инструктор. Дачи все в райкоме прошлой весной распределили, мне не досталось». — «А золотая рыбка?» — «Ну, я попробую. Золотая рыбка, хочу дачу». Сидят на терассе новой дачи. Жена вздыхает. «Что за дача без машины...» — «Надо понимать, Маша, надо мной есть завотделами, секретари. Получение машин в райкоме расписано на пятилетку вперед». — «А золотая рыбка?» — «Ну, я попробую. Золотая рыбка, хочу машину!» Едут на новой машине. Жена вздыхает. «Почета мало. Вот совершил бы ты подвиг и стал Герой Советского Союза». — «Надо понимать, Маша. Со Дня Победы прошло больше сорока лет. Время мирное, какие уж теперь подвиги...» — «А золотая рыбка?» — «Ну, я попробую. Золотая рыбка, хочу за подвиг получить Героя Советского Союза!» Лента времени прокрутилась обратно. Он в окопе, в каждой руке по гранате, на него идет танк со свастикой. И слышен голос золотой рыбки: «Условия задачи надо формулировать грамотно».

Москвич спас ангела, который чуть не попал под трамвай. Ангел обещал выполнять все его желания. А тут как раз война. Москвич был трусоват, попросил избавления от призыва. Ангел устроил его на работу в военную цензуру — вскрывать и проверять письма, выявлять шпионаж. Бронь защищает от фронта, карточки приличные, зарплата ничего себе, мужчин в тылу нет, чужие жены так и вешаются. Словом, жить можно. И вот москвич, неплохо поужинав, славно подвыпив, решил, что пора подумать не только о себе. «Ангел! Ты здесь?» — «Да». — «Готов исполнить любое мое желание?» — «Да, да». — «Хочу убить Гитлера». Наутро — повестка из военкомата. Бронь снята, берут на фронт.

Жена советского генерала часто позорит его на людях. Они в гостях. Он слышит смех в том углу, где жена. Отзывает ее в сторону. «Что ты опять ляпнула?» — «Ничего особенного. Майор сказал, что видел вчера в театре “Анну Каренину”. А я (исключительно чтобы поддержать разговор) сказала на это: “Я тоже вчера встретила на Моховой Анну, мы с ней славно поболтали”. Генерал хватается за голову: «Боже мой! Неужели ты не знаешь, что Моховая переименована в проспект Маркса?»