Друянов А. Сефер ха-бдиха ве-ха-хиддуд (Книга шуток и острот). Тель-Авив, 1991. Т. 3.

Троцкий устал от большого количества работы и уехал из города, чтобы отдохнуть. Сидел он на берегу реки и повторял сам себе: «Будет пожар! Будет пожар во всем мире…» Там был пастух, который пас деревенское стадо и увидел: вот сидит человек на берегу реки, разговаривает вслух, а рядом с ним никого нет. Он приблизился к нему и спросил: «Товарищ, к кому вы обращаетесь?». Ответил ему Троцкий: «Я разговариваю со стадом…»

Знаменитые большевики, которые отошли от власти и уволились, сидели в компании и разговаривали друг с другом. Один из них сказал: «Я ушел, так как у меня было сахарное предприятие». Второй сказал: «А я ушел, потому что у меня было кожевенное дело». Троцкий сидел и молчал. Сказали ему: «А ты ради чего ушел?» — «А я — потому что у меня было дело со скотом…»

Один человек спустился к Москве-реке купаться, и его стало увлекать течение. Он стал показывать руками людям, стоящим на берегу, что тонет, но никто не обращал внимание. Увидел несчастный, что нет у него надежды, собрал остаток сил и закричал: «Долой Сталина! Смерть Сталину!». Тут же все прыгнули в реку, вытащили тонущего из воды — и передали его в Чека…

Истощилась казна большевистского правительства, и на Чека было возложено арестовывать каждого человека, подозреваемого в хранении валюты, и забирать у него валюту при помощи уговоров, угроз, и всех видов пыток, какие только есть в мире. Эту своеобразную обязанность называли «выжимание долларов». Стоял один еврей перед следователем Чека, и его уговаривали следующим образом: «Пойди взгляни, сколько заводов мы строим, сколько железных дорог прокладываем, сколько мостов возводим. И все на благо страны. Уже кончились деньги, которые были у нас, и каждый гражданин должен нам помогать. Исполни и ты свой долг и отдай нам по собственному желанию, а не по принуждению, валюту, которая у тебя имеется». Еврей отрицал и возражал: «Нет у меня». Рассердился следователь и передал его на пытки в Чека. Прошло не так уж мало дней, и еврей попросил, чтобы к нему пришел следователь. Пришел следователь и сказал ему: «Хорошо сделал, что позвал меня. Конечно же, ты раскаялся в своем отказе и хочешь отдать нам свою валюту». А еврей ему ответил: «Ты ошибаешься. Валюты нет у меня и не было. А почему позвал тебя? Чтобы донести до твоего сведения: тот, у кого нет денег, не постоит ни заводы, ни железные дороги, ни мосты…»

Когда большевики пришли к власти, в России прервали все связи с царством небесным. Собрался сонм ангелов, и стали они обсуждать — кого послать, и кто пойдет разузнать о том, что делается там, в великой России? Встал апостол Лука и сказал: «Я пойду». Прошло два дня, и пришла от него телеграмма: «Я арестован Чека. Апостол Лука». Вновь собрался сонм ангелов, и назначили они Иисуса посланником в большевистское государство. Прошло два дня, и пришла от него телеграмма: «И я там. Иисус сын Марии». Собрался сонм ангелов в третий раз, и послали они Моше. Прошла неделя, и приходит от него телеграмма: «Устроился в хороший комиссариат. Товарищ Петров».

Кавказец приехал в Москву и рассказывал: «В Тбилиси есть художественный театр. Все актеры — грузины, и как только они поднимаются на сцену и открывают рты, весь театр плачет». Услышал рассказ кавказца один еврей, и сказал ему в ответ: «Что здесь особенного? Здесь, в Москве, у нас есть всего один грузинский актер, и когда он поднимается на сцену и открывает рот, вся Россия плачет…»

О Карле Радеке говорили, что он был отцом самых острых шуток, которые бытовали в советском государстве. Позвал его Сталин и сказал ему: «Товарищ Радек, пришел час, когда ты будешь убран с моих глаз. Твой колкий язык выставляет нас посмешищем перед всем миром». Радек был вынужден согласиться и хотел было выйти от правителя, как Сталин и говорит: «Товарищ Радек, только между нами, пока никто не слышит, я бы хотел услышать от тебя еще одну шутку». Радек сказал: «Совнарком — Рыков-пьяница, нарком просвещения — Бубнов-идиот, нарком индел — Литвинов-еврей, вождь всей страны — Джугашвили-грузин…» Разгневался Сталин великим гневом и прервал его: «Товарищ Радек, я и есть вождь России!». Покачал Радек головой и сказал: «Клянусь твоей жизнью, товарищ Сталин, не я автор этой шутки…»

Один человек приехал из Москвы и рассказывал: «Вы и не знаете, как усердствует наше правительство об исправлении общества. Есть в Москве магазин Универмаг. Можно видеть, как многие туда заходят и отовариваются за бесплатно, имеется специальный служащий на входе в магазин, который, когда он видит, что кто-то хочет войти, опережает этого человека и говорит: “Не утруждайтесь. У нас ничего нет”». Помолчал рассказчик минутку и добавил: «И в конце концов этот служащий был наказан за пристрастное отношение». Удивились слушающие: «Если в магазине ничего нет, то какое же может быть пристрастное отношение?». Рассказчик объяснил: «На самом деле приходили многие люди на рассвете и стояли в очереди и ждали, пока не откроются двери магазина. Вышел тот служащий и увидел: стоит племянник в конце очереди, и он тоже ждет, когда откроются двери. Подошел он к нему в первую очередь и прошептал ему: “Не утруждайся. У нас ничего нет…”».

Поговаривали еврейские мудрецы в большевистской России: каждый раз, когда в каком-то месте произносят слово «коль» (весь, каждый, целый, всякий), это значит, что в этом месте дефицит хлеба: «коль-нидрей» — дефицит на один день; «коль-дахпин»*— дефицит хлеба на неделю; «коль-хоз» — с начала и до конца года…

Один человек зашел в правительственный универмаг в Москве и стоял, и глядел на все полки. Сказал ему кассир: «Что вы хотите?». Ответил покупатель: «Я занимаюсь сельским хозяйством, и мне нужен трактор». Сказал ему кассир: «У тебя что, с головой не в порядке? Ищешь трактор на полках?». Ответил покупатель: «А что, если я здесь пол-литра масла ищу на полках, у меня разве все с головой в порядке?».

Два ученика народной школы в большевистской России сидели и читали басни Крылова: «Вороне где-то бог послал кусочек сыра…». Один из учеников прервал и сказал: «Что за чушь несет старик? Ведь нет на свете бога!». Его товарищ ответил: «А разве есть на свете кусочек сыра? Ведь это же выдумка, вот и бог выдумка…».

Два брата: один в буржуазном Париже, другой в большевистской Москве. Написал первый из них второму и похвалил, насколько экономен французский человек. Ответил ему второй, москвич: «Вы, буржуазные, никогда не узнаете, в чем тайна настоящей экономии. Эта тайна открыта только нам, ученикам Ленина и Сталина. Вчера было заседание центрального рабочего комитета, и в целях экономии единогласно постановили печатать отныне и всегда утреннюю и вечернюю газету вместе, одним выпуском».

Увидели старика, который торопился по пути к Москве-реке. Спросили у него: «Дедушка, куда путь держишь?». Ответил старик: «Хлеба нет, молока нет, мяса нет. Опротивела мне уже такая жизнь, и я иду топиться в реке». Сказали ему: «Вернись и не ходи. В конце пятилетки все станет как прежде, и не будет ни в чем недостатка в стране». Ответил старик: «Не удерживайте меня. Если я сяду и буду ждать до конца пятилетки — так и воды в реке не останется…»

В обществе ученых и писателей рассказывали о чудесах большевистской Москвы. Во всем буржуазном мире принято, что в неделе семь дней. Пришел Ленин, великое светило, а после него также и Сталин, отец многих народов, и постановили, что будет не как принято, а пять дней в неделю. Спросил один из ученых и писателей: «Ну и какая же польза от их постановления?». Упрекнул его глава общества и сказал: «Что за глупый вопрос! Постановили великую реформу. Куда лучше для здоровья, если будут голодать пять дней в неделю, чем если будут голодать семь дней в неделю…».

Буржуазный еврей стоял перед начальником Чека, а тот его допрашивал: «Где ты был в 1914 году, когда разразилась в России Великая Война?». Еврей ответил: «Я тогда был в Бердичеве». Вновь спросил начальник Чека: «Где ты был в 1917 году, когда в России Великая Революция?» Ответил еврей: «Тогда я был в Житомире». Посмотрел начальник Чека в бумаги, которые лежали перед ним, убедился, что ответы еврея точные, и сказал ему: «Тебя схватили по ошибке. Возвращайся домой с миром». Сказал ему еврей: «Позволь-ка и мне задать тебе один вопрос». Тот позволил ему. Спросил еврей: «А где были вы все в 1884 году?..». Перебил его начальник Чека: «А что?» — «…Когда разразилась великая эпидемия холеры в России…»

Комсомолец приехал из своего маленького городка в Москву по партийному билету, который давал ему право на квартиру. На следующее утро стали заглядывать к нему товарищи и увидели: он открывает сумку и достает из нее зубную щетку. Стали надсмехаться над ним: «Буржуй! Неженка!». Ответил им парень: «Во-первых, щетка не моя, а моего дяди, и я у него ее украл; а во-вторых, я ее использую только для того, чтобы размешивать чай…».