Советский Союз в зеркале политического анекдота / Сост. Д. Штурман, С. Тиктин. Иерусалим: Экспресс, 1987.

Арестовали человека по подозрению в опасных идеях. Привели в НКВД. «Что он говорил?» — «Да ничего». — «А в чем дело?» — «Да в том, что он ничего не говорил!»

Двое шли зимой по улицам Москвы. Было 30° мороза. Один сказал: «Невыносимо!». К нему тотчас подошли и сказали: «Вы арестованы». — «За что же?» — «Вы заявили, что режим для вас невыносим». — «Я сказал, что холод невыносимый!» — «Врете, холод выносимый. Если невыносимый, значит режим!»

«Проклятая жизнь!» — говорит Рабинович. «А ну, пройдемте!» — говорит встречный чекист в гражданской одежде. «Я говорю — проклятая жизнь на капиталистическом Западе!» — объясняет Рабинович. «Так я вам и поверил! Знаем, где проклятая жизнь...»

Отчего люди счастливы. Пришел немец домой. Жена подала ему отбивную и пиво. Он поужинал, лег с женой в постель и был счастлив. Пришел домой англичанин. Жена принесла ему ужин. Потом он вышел погулять с собакой. После его возвращения они пошли спать. И были счастливы. Пришел домой француз и не застал жену дома. Он взял бутылку шампанского и поехал к любовнице. И был счастлив. Пришли поздно вечером домой с работы русский и его жена. Задержались на собрании, где громили очередных «врагов народа» и все единогласно требовали для них расстрела. Успели поругаться и легли спиной друг к другу. Заполночь стук в дверь. «Кто там?» — «НКВД! Открывайте». Вошли. «Петров? Вы арестованы. Вот постановление об аресте и обыске». — «П-простите, я Иванов! Петровы живут этажом выше. Над нами». Чекист (дворнику, выходя): «Опять напутал спьяну?!». И, несмотря на шум, доносящийся сверху, Ивановы легли спать и были счастливы...

На параде маршал объезжает войска. «Здравствуйте, товарищи пехотинцы!» — «Здравия желаем, товарищ маршал!» — «Здравствуйте, товарищи танкисты, летчики, артиллеристы!..» — «Здравия желаем, товарищ маршал!» — «Здравствуйте, товарищи чекисты!» — «Здрасте, здрасте!..» (с угрожающей интонацией).

В Египте обнаружили мумию неизвестного фараона. Не смогли определить, кто это, и пригласили специалистов из СССР. Вскоре те сообщили: «Это Рамзес XVIII». — «Как это вы установили?» — «Сам признался, сволочь».

Армянское радио. «Почему так трудно получить развод?» — «У нас есть учреждения, позволяющие обойтись без него. Если один из супругов пожелает расстаться с другим, то ему достаточно проинформировать о нем соответствующие органы».

Учительница спросила ученика о профессии отца. Ученик ответил, что он содержатель публичного дома. Учительница вызвала отца в школу. «Ваш сын заявил мне, что вы содержатель публичного дома». — «Это он из ложного стыда: не хочет говорить, что я работник КГБ».

Армянское радио. «Будут ли теперь репрессировать за политику?» — «Почти не будут». — «А что будут?» — «Зорче следить и дела заводить». — «Зачем?» — «Чтобы затем сразу всех посадить».

Иностранный агент, заброшенный в Советский Союз, решил сдаться властям и сам пришел в КГБ. Сдача иностранного агента в КГБ. Комната № 1 — дежурный. «Я явился сюда с повинной и чистосердечным признанием...» — «Чистосердечное признание в комнате № 138». — «Я заброшен к вам как шпион...» — «По шпионажу комната № 227». — «Я заброшен к вам...» — «Каким транспортом?» — «С моря». — «Водные дела в комнате № 368». — «Я заброшен к вам с моря...» — «Подводным или надводным средством?» — «С подводной лодки...» — «Подводные акции — это в комнате № 543». — «С подводной лодки...» — «С аквалангом или без?» — «С аквалангом». — «По аквалангистам в комнату № 794». — «Я спрятал акваланг, потом...» — «Так, а вы еще должны получить задание или уже имеете?» — «Да, я имею специальное задание по...» — «Так чего морочите голову? Выполняйте! Выполните — доложите!»

Двое в ресторане. «Ты знаешь разницу между Брежневым и Швейком?» — «Нет, не знаю». — «Швейк умненький, а строит дурачка, а Брежнев — наоборот». — «А вы знаете разницу между вами и официантом?» — «Нет». — «Официант останется здесь, а вы пойдете со мной» (показывает удостоверение КГБ). — «А вы знаете разницу между нами?» — «Нет». — «И я нет» (показывает такое же удостоверение КГБ).

Одинокий старик жалуется другу: «Разболелся я. Не могу ни огород вскопать, ни дров нарубить». — «Ладно, я постараюсь тебе помочь». Звонит в КГБ: «У Иванова в огороде валюта закопана, а в дровах самиздат в микрофильмах запрятан». — «Откуда это вам стало известно?» — «Сам рассказал мне». — «Где он живет?» — «Сообщаю адрес...» На следующий день друзья встречаются снова. «Спасибо, друг! Уже и огород вскопали, и дрова порубили».