Соколова Н.В. Эпоха в кривом зеркале: Из старых тетрадей (1926 — 1985). РГАЛИ. Ф. 3170. Сдат. оп. Ед. хр. 1—6 (компьютерный набор).

На фронте. Корреспондент «Красной звезды» обедает в окопе с бойцами. «Голоден я, как волк. Но что-то с трудом лезет в глотку. Несъедобно». — «Хотел Федька, чтобы его сделали поваром... Как он напрашивался! “Я варил. Как же, столько лет варил”. А он, оказывается, сталевар».

Пожилой простодушный фронтовик прислал жене из Европы серию порнографических открыток с изощренными позами. «Погляди, жинка, гады фашисты какие пытки зверские сочинили для мирного населения».

В самолете четверо (Эренбург, журналисты американский, английский, французский). Самолет обстреляли, что-то повредили, он летит очень низко. Кто-нибудь должен, жертвуя собой, облегчить машину. Парашютов нет. «За Сталина! За СССР!» — Эренбург прыгает. Машина все еще летит слишком низко. «За Рузвельта! За демократию!» — американец прыгает. Все еще низко... «За Черчилля! За Великобританию!» — кричит англичанин и выбрасывает француза.

Самолет неисправен, теряет высоту. Чтобы облегчить машину, сбросили весь груз. Дошла очередь и до людей. «За королеву!» — выбросился англичанин. «За женщин, за любовь!» — француз прыгнул за борт. «За чистоту марсистско-ленинской теории!» — русский выкинул из самолета двух китайцев.

Во время войны Черчилль летал в Штаты. Утром Рузвельт постучал к нему в дверь, услышал: «Да». Заезжает в комнату на своем инвалидном кресле. А Черчилль стоит посреди комнаты совершенно голый. Рузвельт растерялся. Черчилль усмехнулся и сказал: «Я всегда вам говорил, что Англии нечего скрывать».

Современный английский анекдот. Юноша сгоряча выразил желание пойти добровольцем, а подумав, не хочет воевать, готов откупиться. Предлагает деньги психиатру. Тот велит принести деньги в парк в условленное глухое место. В парке психиатр почему-то сидит на дереве в красном женском платье и с обезьяной на голове. Деньги берет. Медицинская комиссия. Все ставят юноше — «годен». И психиатр пишет то же самое. Юноша возмущен. «Я же вам дал 500 фунтов». — «Где, когда?» — «Вчера в парке. Вы сидели на дереве в красном женском платье и с обезьяной на голове». Психиатр вздыхает. Зачеркивает прежнюю запись, пишет — «негоден». «Печальный случай. Такой молодой».

Иллюзионист на палубе американского крейсера в военные годы. «Алле-гоп!» Исчезают цветок из петлицы иллюзиониста и цилиндр. «Алле-гоп!» Исчезает кролик. Сверху с мачты наблюдает говорящий попугай, после каждого исчезновения кричит: «Браво! Отлично! Превосходно!» — «Алле-гоп!» Торпеда немецкой подводной лодки попадает в корабль, он немедленно идет ко дну. Воронка, вращаются доски, мусор. Всплывает мокрый попугай. «Отлично. Браво! Грандиозно! Интересно, что он теперь заставит исчезнуть? Наверное, море».

Американский пехотинец в Париже. Зашел в бистро, прошагал по стене до потолка и обратно. Выпил пива, расплатился, ушел. Дама: «Поразительно. Не могу прийти в себя от изумления». Бармен: «Я тоже, мадам. Сам поражен до глубины души. Вот уже месяц, как он к нам заходит, марш по стене туда-обратно, напоследок выпьет вина, а сегодня — удивительное дело! — попросил пива».

В кабинете директора цирка в Лондоне. «Хочу вам продемонстрировать собаку, которая играет на скрипке». Входит собака, играет Паганини. Директор аплодирует. «Беру собаку». Посетитель: «У меня есть еще кошка, она поет». Зовет кошку, кошка поет арию Лючии де Ламермур. Собака аккомпанирует на скрипке. Животные кланяются, уходят. Директор апплодирует. «Беру и кошку тоже. Завтра с утра подпишем контракт». Посетитель прощается, уходит. Но возвращается с виноватым видом. «Сэр, я вас обманул. Совесть не позволят мне молчать. Простите, поет тоже собака».

Иду я по дорожке сквера. Вижу — лягушка. Прохожу мимо. А она мне говорит человеческим языком: «Сэр, не проходите мимо, возьмите меня, пожалуйста, на руки». Ну, лягушка — и человеческим языком, согласитесь, такое не каждый день бывает. Беру на руки. А она говорит: «Сэр, не оставляйте меня в сквере. Возьмите меня, пожалуйста, к себе домой». Ну, все-таки лягушка не простая — говорящая... Иду домой, несу ее. Открывает мой слуга, берет у меня шляпу и трость, хочет взять лягушку. А она говорит: «Сэр, не отдавайте меня в эти грубые руки. Захватите меня, пожалуйста, наверх в вашу спальню». Ну, как-никак говорящая... Захватил в спальню. Посадил там на мраморный умывальник. А она говорит: «Сэр, не оставляйте меня на холодном умывальнике. Положите меня, пожалуйста, к себе в постель». Положил, и что бы вы думали? Она тут же превратилась в дивно сложенную молодую блондинку. В эту минуту открывается дверь спальни и входит моя жена, которая хотела провести день у своих родителей, но опоздала на поезд. Я ей рассказываю эту историю, подробно, со всеми деталямии, и что бы вы думали? Она — мне — не верит!

Военные времена. Берег Темзы, безлюдная местность. Лето, жара. Сержант Мэри Томсон стоит на посту. Ей до смерти хочется выкупаться. Оглянулась, на дороге никого нет, пусто до самого горизонта. Зашла в кусты, в самую середку (они как раз кружком стоят). Разделась голая, из кустов прямо юркнула в воду. Выкупалась. Смотрит, вдали на дороге показалась человеческая фигура. Быстро в кустах оделась, встала на пост. Полный порядок. Незнакомый лейтенант прошел мимо, не обращая на нее внимания. Задержался на мгновение у кустов. «Рота, за мной». Кусты... снялись с места, выстроились цепочкой и пошли за лейтенантом.

Из «юмора союзников». Американский анекдот. В Штатах провели анкету: что делают мужчины от часу до двух ночи. Пятнадцать процентов просыпаются на полчаса, чтобы выкурить сигарету. Семьдесят пять процентов в это время одеваются и идут домой к жене.

Советский офицер в Германии сошелся с немкой. Ее день рождения. Необходимо сделать ей какой-то подарок, а он скуповат. Приценивается к вазам, они все кажутся ему слишком дорогими. В России семья, деньги надо беречь. «А это что у вас тут лежит?» — «Обломки разбитой вазы». — «А если бы я у вас купил?» — «Пожалуйста». — Хозяин называет какую-то совершенно ничтожную сумму. «Заверните!» Офицер решает: скажу, что разбилась в дороге. Это выход! Приходит к немке. Отдает ей пакет. «Была такая давка. Боюсь, что...» Немка разворачивает пакет. И кричит: «Вон! Убирайся!». Ничего не хочет слушать, выгоняет его. В чем дело? Аккуратный немец, хозяин маленького магазинчика, старательно завернул каждый осколок в бумагу.

Все мужчины на фронте. Большой дом, много баб — и остался единственный мужчина 85 лет. Они по очереди кладут его с собой в постель. Бормочет: «Ищи, милка, ищи, должон быть. Те находили».

Англичанин, француз и русский в плену у гитлеровцев. Каждому велели назвать фрукт, который он любит. Англичанин: «Я люблю сливу». — «Получай сливу!» — Ему запихивают сливу в задний проход. Англичанин: «Ой, больно...». — «А ты, француз, выбрал яблоко? Вот хорошее, крупное». — «Ой, больно, больно... Не надо!» И тут же смеется. «Чего смеешься?» — спрашивает у него англичанин. «Русский обожает арбузы».

Француз, поляк и русский в плену у гитлеровцев. Каждого спрашивают, что они предпочитают из вооружения. «Ну, какое оружие любишь, француз? Выбрал пистолет?» Суют пистолет французу в зад. Он стонет. «А ты, поляк, выбрал автомат?» Пихают автомат в зад поляку. Поляк корчится, кричит. И вдруг начинает смеяться. «Ты что? В чем дело?» — «Русский выпросил танк и ведет его сюда».

Отвинтился люк на улице города. Оттуда — седая лохматая голова: «Что, война еще не кончилась?» — «Нет». — «А год какой?» — «Да сорок пятый». — «Ай, подлец кайзер Вильгельм, что творит. Ну, помогайте, братки, завинчивать обратно».