Даже в момент казни есть место юмору. Гражданина, приговоренного к смерти за контрреволюцию, спрашивают о его последнем желании. «Только одно, — сказал он. — Я хочу стать коммунистом, прежде чем меня расстреляют». Удивленные чиновники захотели узнать причину этой странной просьбы. «Если бы я стал коммунистом, — ответил обреченный человек, — а вы меня расстреляете, то по крайней мере одним негодяем в мире станет меньше». Еврей, который тоже перед казнью получил право на последнее желание, попросил клубники. «Но сейчас ноябрь, — извинился надзиратель, — в ноябре нет клубники». — «Все в порядке. Я могу подождать до лета», — заверил их еврей.

Судили трех преступников за политику. Суд присудил всем трем казнь, расстрел, перед смертью прокурор сказал, что каждый из них может все высказать, что есть у него на сердце, и сказать, чего он желает перед смертью — все будет выполнено. Армянин заявил, что он желает увидеть жену и детей, русский заявил, что он перед смертью желает выпить бутылку водки и салом с булкой закусить, а еврей попросил, чтобы ему дали стакан свежих малиновых ягод. Волю первых двух выполнили и их казнили, а малины нигде не смогли достать, отложили казнь до весны. Пока поспела малина, в мае прошла амнистия, изменился закон и еврей остался живым*.