«Что самое долговечное в нашей стране?» — «Временные сооружения барачного типа».
Сюжеты
«К 2000 году, товарищи, квартирная проблема будет решена!» — «К 2000 году от рождества Христова или от начала перестройки?»
Трагедия — когда есть «кого» и «чем», но нету «где».
Связанные сюжеты: № 3968
A.
Жанры в современной любви. Комедия — когда есть ЧЕМ и ГДЕ, но нету КОГО. Драма — когда есть КОГО и ГДЕ, но нету ЧЕМ. Трагедия — когда есть КОГО и ЧЕМ, но нету ГДЕ.
Советский человек скучает, если ночью его не кусают клопы.
A.
К состоятельному коммерсанту приехал бедный брат из Советской России. Коммерсант накормил брата хорошим ужином и уложил его в чистую постель. Утром коммерсант спросил: «Ну, как тебе спалось на новом месте?». — «Скучно!» — «Почему?» — «За целую ночь никто даже не укусил».
На похороны убитого клопа пришли все его родственники.
A.
«В моей гостинице клопов нет. Ну может быть выползет один. Так вы его убейте». — «Ну как… клопы?» — «Ничего. Я таки действительно убил одного клопа, но на его похороны сбежалось столько родственников, что я уже не спал всю ночь».
А/р «Какой формы клопы?» — «Конечно, плоские, ибо мы на них спим».
Человек, на которого упала глыба снега, отправлен в больницу «Жертв Революции».
В Москве сложно найти уборную, и памятник справляет нужду в шляпу.
A.
Аникдот. Приехал в Москву крестьянин и ни как не мог найти уборной а на площади стоял памятник Чарскому. Он стоял и держал шляпу сзади а москвич и говорит видиш сам Чарский и не может найти уборной делает в шляпу. Потому его уброли.*
* Данная запись, хранящаяся в фонде фольклориста И.В. Гудкова, вероятно, сделана школьником (подробнее см. описание материалов Гудкова в разделе «Записи фольклористов»). У нас нет предположений, о каком памятнике может идти речь.
Прахом можно посыпать скользкие дороги — иначе от трупа не было бы пользы.
A.
В Москве открылся крематорий. Похороны, муж несет урну. Гололед, дворники не посыпают улицы песком, очень скользко, трудно итти. Муж говорит: «Великое дело — крематорий. Теперь можно сыпать под ноги пепел. А вы представляете, от трупа не было бы никакого прока».
«Почему Нева в последнее время так часто выходит из берегов?» — «Она узнала, что ее намеренны переименовать в Клару Цеткин, и вышла из себя».
Переименования: улицы Жопина и Семи Семионов (Шопена и Сен-Симона).
Шопен Фредерик Франсуа
Квартирный вопрос, коммуналки, быт и городское благоустройство
Переименования
A.
«Как эта улица называется?» — спрашивает приезжий ямщика, везущего его с вокзала по тряской улице захолустного Красноглупова. «Да раньше была Скорбященская, а теперь Жопина (по справке — улица Шопена). Другая оказалась улицей Семи Симеонов (Сен-Симона)».
Сокольники названы в честь наркомфина Сокольникова.
Переименование Пневой улицы в Тенистую, Церковного тупика в проспект Котовского и пр.
A.
Благоустройство в небольшом городке. «Пневую улицу переименовать в Тенистую. Церковный тупик назвать проспектом имени славного красного командира Котовского. Свиную площадь переименовать в площадь Коммунизма».
Томск назван в честь Томского, Ярославль — в честь Ярославского, Бухара — в честь Бухарина.
Сталин — Бухарину: «Я же не против того, что на картах есть Бухара».
Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович
Квартирный вопрос, коммуналки, быт и городское благоустройство
Переименования
A.
В 1920-х по стране прокатилась волна переименований городов: возникли Калинин, Зиновьевск, Троцк, Ленинград, Сталинград. Бухарин был не согласен с этим и однажды обратился с протестом к Сталину. «Чем это вы так недовольны? — удивился Сталин. — Может быть тем, что на картах страны появился город Сталинград?! Но ведь мы не протестуем, что на картах страны есть город Бухара?!»
После окончания матча-реванша поступило предложение переименовать речку Карповку в Ленинграде в Каспаровку.
Улица «Пис-пис, Мария» оказывается улицей Семашко.
A.
«Вы не знаете, где здесь улица, которая называется — Пис, пис, Мария?» Оказывается — улица Семашко (ему послышалось: «Сси, Машка»).
Новый Арбат (проспект Калинина) — вставная челюсть Москвы.
«Почему москвичи ходят не по тротуару, а по мостовой?» — «Потому что они заменили съеденных ими лошадей…»*
* Единственную запись данного сюжета предваряет такое пояснение: «Как раз за несколько дней до того в газетах появилось грозное постановление об извозчиках. Лошадей хлебом кормят, а трудящимся не хватает. И потому правительство вынуждено ввести карточную систему на хлеб и на другие продукты. <…> Трамваи с перевозками не справлялись, о такси тогда и слуху не было. Люди стали ходить пешком и близко, и далеко. Бедные лошадки пошли под нож. Во всех магазинах продавали конину, а также колбасу, которую называли “семипалатинской”».
Москва немощенная, потому что булыжник — оружие пролетариата, за время революций все булыжники повыковыривали.
Из-за войны заграницей поезда ходят по расписанию, а в СССР — наоборот.
A.
На ж/д станции в Германии: «Когда придет поезд?». — «В 3.00». — «Вовремя?» — «Конечно, вовремя. Сейчас война ведь!» На ж/д станции в России: «Когда придет поезд?». — «Часа в три...» — «А на сколько опоздает?» — «А кто его знает: теперь война ведь...»*
* Примечания к записи: «Анекдот, имевший одинаковое хождение в России во время 1-й и 2-й мировых войн».
«Возможно ли попасть под поезд на советской железной дороге?» — «Легче, чем на поезд».
Теплушка всем хороша, только бы вот еще теплой была. / «А почему товарные вагоны, переоборудованные для перевозки людей, называют теплушками?» — «Должно быть, потому, что в них всегда адски холодно».
«Какой странный вагон...» — «А это выдвиженец. Товарный вагон в порядке выдвижения назначили пассажирским пульманом».
«Масло-то все испортилось». — «Так ведь тут же написано: “Вагон для скоропортящихся грузов”».