Сюжеты

Всего 5853

Теги
Не выбраны
№ 4876
Телефонный разговор Гитлера и Муссолини: «Ничего не слышно! Ты что — Абиссинию взял?».
A.
Разговаривают по телефону Гитлер и Муссолини. Гитлер говорит: «Алло! Алло! Ничего не слышно! Ты что — Абиссинию взял?». Муссолини отвечает: «Алло! Алло! Ничего не слышно! Ты что — из Лондона говоришь?».
№ 4877
Лакей Гитлера, оставляя Муссолини в прихожей, закрыл на ключ шкаф.

Связанные сюжеты: № 288

A.
«К вам пришли, герр фюрер», — доложил лакей. «Кто?» — «Господин Муссолини». — «Как же ты мог такого человека оставить в передней?» — «Не беспокойтесь, герр фюрер, я все пальто убрал в шкаф и запер на ключ».
№ 4880
Рота последовала «историческому примеру» своего командира и сдалась в плен.
A.
Лейтенант Макарони призывал своих солдат вдохновляться историческими примерами. «Ну и что же?» — «Вот вся рота и последовала его примеру: сдалась в плен».
№ 4881
Испанский генерал позеленел от злости, потому что его голубой дивизии* всыпали красные.
* «Голубая дивизия» — укомплектованная добровольцами из формально нейтральной Испании дивизия, сражавшаяся в России на стороне немцев.
№ 4886
У Антонеску после очередного поражения опустились руки, зато они поднимаются у его солдат*.
* Данный сюжет впервые был зафиксирован в «Новом Сатириконе» в 1916 году — в репризе Н. Радакова «Что хуже?». Вильгельм II жалуется Францу-Иосифу, что у его солдат опускаются руки, на что Франц-Иосиф отвечает, что у австрийских солдат они поднимаются (Новый Сатирикон. Пг., 1916. № 39. С. 3).
№ 4888
Солдат предлагает офицеру поднять обе руки, потому что сзади стоят русские автоматчики.
A.
«Рядовой Фриштеску! Для того чтобы лучше бросить гранату, надо откинуть правую руку, потом — поднять...» — «Господин лейтенант, поднимите, кстати, и левую руку, потому что позади вас русские автоматчики!»
№ 4890
Самая дисциплинированная рота, недослушав приказа командира, побежала сдаваться.
A.
Командир румынской роты Лупеску всегда хвастался среди офицеров своего полка, что его рота самая дисциплинированная. «Я не успеваю, — говорил он, — отдать приказ, как моя рота бросается его выполнять». Едва эта рота подошла к линии фронта, как несколько десятков солдат перебежали на сторону Красной Армии и сдались в плен. Разъяренный Лупеску выстроил оставшихся солдат и сказал: «Перебежчики опозорили честь нашей роты. Восстановить ее можно, только вернув их обратно. Приказываю вам перейти в расположение Красной Армии и...». Лупеску не успел договорить. Солдаты, весело крикнув: «Есть перейти в расположение Красной Армии!», бросили винтовки и побежали в сторону советских войск.
№ 4891
Солдаты готовы сопровождать своего офицера в русский плен.
A.
Румынский сержант: «Солдаты! Вы на покинете меня в этот тяжелый грозный час! За мной!». Солдаты: «Куда, господин сержант?». Румынский сержант: «Туда, к русским! Сдаваться в плен!». Солдаты (растроганно): «Вы наш командир. Куда вы, туда и мы, чего бы это ни стоило!».
№ 4895
Немец, украв чемодан у союзника, возвращается за вторым.
A.
«Прохожу я сегодня по вокзалу, — рассказывал своему приятелю обер-лейтенант Отто Мычке, — вижу: на скамейке растянулся толстяк и храпит. А рядом стоят два чемодана. Взял я один, который побольше, и пошел. Раскрываю. Внутри визитная карточка хозяина: отставной полковник венгерской армии. Союзник, значит, черт его забери! Ну что ты будешь делать? Пришлось вернуться к толстяку...» — «И отдать ему чемодан?» — «Зачем? Взять и второй».
№ 4896
Немецкий комендант, выдав жандарма за партизана, был вынужден его повесить.
A.
К немецкому коменданту явился один венгерский журналист и попросил показать ему настоящего русского партизана, которому он задал бы несколько вопросов. Комендант сообщил об этом начальнику жандармерии. Жандарм, желая похвастать своими успехами перед дружественной прессой, решил подсунуть венгерцу своего агента. Он вызвал к себе одного предателя из местных жителей, соответствующим образом обмундировал его и наказал ему именовать себя «начальником партизанского отряда», якобы разгромленного местной жандармерией. Венгерец остался очень доволен ответами «партизана» и, расчувствовавшись, изъявил скромное желание. «Нельзя ли, — сказал борзописец коменданту, — повесить этого партизана в моем присутствии, дабы я мог этот момент запечатлеть на пленке и снимок напечатать в нашей газете?» Комендант решил быть любезным до конца и приказал повесить «партизана». Несмотря на вопли и крики его, он тут же был повешен.
№ 4898
Немец не пускает венгров в наступление, потому что подозревает их в желании сдаться в плен.
A.
Венгерский офицер (немецкому полковнику): «Господин полковник, наш венгерский полк рвется последние дни в наступление». Немецкий полковник: «Рвется... Наверное, в плен рвется. Не пускать!».
№ 4900
«Почему мы все время отступаем?» — «Молотов сказал, что победа будет за нами».