«Чего эти отказники все время подают заявления на выезд?» — «Чтобы потом распускать клеветнические слухи, будто их не выпускают!»
Сюжеты
Отказник жалеет, что государство у евреев появилось у него на веку.
A.
Циперович хочет уехать в Израиль. Он подает заявление — ему отказывают. Он опять подает заявление — опять отказ. И в третий раз, и в четвертый... «Две тысячи лет у евреев не было своего государства. И надо же, чтобы это несчастье свалилось мне на голову!»
Тигр в зоопарке оказывается евреем-отказником.
Связанные сюжеты: № 3208
A.
Рабинович подал заявление на выезд. С работы его уволили, а визы не дают. Жить не на что. Тут приезжает в Одессу цирк. Гвоздь программы: дрессировщик сует голову в пасть тигру-людоеду. Затем он предлагает сделать то же самое желающим из публики — за десять тысяч. Рабинович выходит и, весь дрожа, сует голову в пасть. Потом вынимает ее из пасти, целый и невредимый. С удивлением смотрит на тигра и слышит тигриный шепот: «Не думайте, будто вы единственный еврей-отказник в этой стране!».
«Почему нет новых анекдотов о Рабиновиче и Шапиро?» — «Рабинович уехал в Израиль. А Шапиро взял фамилию жены и стал Петров».
НИИ перестал справляться с тематикой. Начальник главка спрашивает директора: «Что это, ваши ряды пожидели?» — «Нет, это наши жиды поредели».
А/р «Почему испортилась погода на Пасху?» — «Потому, что те, кто делают погоду, уехали, а оставшиеся погоды не делают».
Неграмотный еврей-миллионер: «Если бы я умел писать и читать, я был бы поваром в московской столовой».
A.
На фабрике «Парижская коммуна» нужен был повар в столовую. Пришел наниматься немолодой еврей. По бумагам он подошел, его уже хотели брать, но попросили расписаться, а он не умеет, неграмотный. Его не взяли. И сказали, что в СССР ему будет очень трудно устроиться на работу. Тогда он пошел в ОВИР, подал заявление об отъезде в Израиль. Оказался в Америке. Удачно вложил один доллар в какие-то биржевые бумаги, потом сто долларов, потом пятьсот... Разбогател. Свой дом, шикарная любовница. Пошел покупать любовнице драгоценности. «Зачем наличными? — говорят ему в магазине. — Тем более такая сумма. Удобнее чеком». — «Я неграмотный. Не умею расписаться на чеке». — «О, мистер, если бы вы еще владели грамотой, то сколотили бы, наверное, состояние вдвое, втрое больше». — «Эх, если бы я владел грамотой... — Вздох ностальгии. — Был бы уже пять лет спокойно себе поваром в Москве на “Парижской коммуне”».
«Что такое еврей 1990 года?» — «Русский сувенир»*.
* «Русский сувенир» — фильм Г. Александрова (1960).
Кадровики: «Ты евреев теперь на работу берешь?» — «Теперь беру». — «А где ты их берешь?»
Туристы, встретив единственную еврейку на улицах Одессы в 2000-м году: «Простите, вы еврейка?» — «Я идиотка».
A.
Нет текста
B.
Нет текста
«Какой из советских городов увековечил память войны евреев за независимость?» — «Киев, переименованием Евбаза (Еврейского базара) в площадь Победы».
Моряк, отправленный в Израиль: «Кораблей у них нет. Нападать на англичан придется вплавь».
A.
Двух моряков-евреев Советский Союз тайно отправил в Израиль помогать в деле создания флота (назло англичанам). Первого спрашивают: «Фамилия?». Отвечает. «Имя?» Отвечает. «Плавать умеете?» Первый оборачивается ко второму. «Вот видишь, я же тебе говорил, что кораблей у них нет. Нападать на англичан придется вплавь».
А/р «Почему в Харькове переименовали площадь Тевелева?» — «Потому что ее стали называть площадью Тель-Авива».
Человек, голосующий против войны, которая должна привести к поражению: «А вдруг мы выиграем?».
Связанные сюжеты: № 5430
A.
В Израиле сложилось трудное экономическое положение. Идет обсуждение в парламенте. «Лучше всего живется стране, которая проиграла войну, она получает помощь. Возьмите, например, ФРГ. Нам необходимо объявить войну, проиграть ее, и тогда крупные вложения потекут в нашу экономику. Предлагаю объявить войну Соединенным Штатам». Приступают к голосованию. Все за, только один — против. Просят его выступить по мотивам голосования. «А вдруг мы выиграем войну?»
B.
В Верховном Совете Литвы обсуждается программа действий. «Вот, — говорит один депутат, — Япония проиграла войну, а сейчас — вторая держава а мире. Германия — тоже не последняя... Не объявить ли нам войну Советскому Союзу?» Встает молодой депутат и говорит: «А если мы выиграем войну?»
Телеграмма Насера от 5 июня 1967 года: «Москва, Кремль, Брежневу. Бьют жиды. Спасай, Россия!»
Рота египтян бежит от израильтянина, едущего на велосипеде. «Чего вы боитесь? Ведь он же один!..» — «Да, но он же механизирован!»
Рота египтян бежит от израильтянина на велосипеде. «Чего вы боитесь? Ведь он же один!..» — «Но мы не знаем, за кем из нас он гонится»*.
* В прочих сборниках сюжет фиксируется в ином виде: Хулиган с ножом гонится за четырьмя. «Не стыдно убегать? — восклицает встречная старушка. — Он же один, а вас четверо!» — «Так-то оно так, но мы не знаем, за кем из нас он гонится». СБ: н.д. [ДК 1994: 271]
Идут по барханам шесть арабов, навстречу им два еврея. Арабы: «Давайте спрячемся за бархан. Их двое, а мы одни».
Послали арабскую часть взять одного израильтянина, открыто стоящего на холме. Арабы убежали. «В чем дело?» — «Вы сказали один, а там еще второй за камнем сидит».
Израильтяне зовут арабских солдат по именам, и те встают в окопах. Когда арабы пробуют сделать так же, израильтяне: «Кто его спрашивает?».
A.
Израильско-арабская война. Две линии окопов, израильская и арабская. Евреи кричат: «Хасан!», «Ахмед!», «Юсуф!», обладатели этих имен по наивности откликаются, встают в окопе во весь рост. В них стреляют, их ранят. Тогда арабы решили перенять эту хитрость. «Хаим!» — «Кто это зовет?» — «Я, Юсуф». Встает. Выстрел. Юсуф с криком падает.
«Швейк, Израиль ввел свои войска в Египет и не хочет выводить!» — «Осмелюсь доложить, господин поручик, у нас в Чешских Будеевицах был аналогичный случай!»
А/р «В чем разница между Моисеем и ООН (/Насером)?» — «Моисей смог вывести евреев из Египта, а ООН (/Насер) не может».
А/р «Воюют ли евреи по субботам?» — «Непонятно, так как начали они в воскресенье, а к субботе уже закончили».
А/р «Почему израильтяне начали Шестидневную войну в воскресенье?» — «Чтобы окончить до наступления субботы».
Моше Даян и его начальник штаба скучают. «Моше, давай завоюем Алжир». — «Ну завоюем, а вечером что будем делать?»