НИИ

Донес кто-то в органы государственной безопасности, что к Янкелю во ВНИИПС начали проникать агенты иностранных разведок. Навели порядок. Через месяц ВНИИПС перестал приносить прибыль. Вызвали Янкеля в горфинотдел: «Где валюта?» Янкель развел руками. «Может, у тебя с кадрами непорядок?» — спрашивает заведующий горфинотделом. «Нет, что вы, — отвечает Янкель. — С тех пор, как органы взяли над нами шефство, у нас все сотрудницы — члены партии с одна тысяча девятьсот семнадцатого года...» — «Да ну? — удивился зав. — Я же у вас видел девочек ого-го! Где же твои девочки?» — «Уволили как недостаточно благонадежных, теперь они в порту от себя работают», — отвечает Янкель.

В колхоз должны прибыть иностранцы. Получено указание — устроить для гостей стриптиз. Обсуждаются кандидатуры. Василиса? У нее низкие надои. Катя? Нерегулярно читает газеты, слабо посещает собрания. Зина? Разведенная, низкий моральный уровень, путается с женатыми. Наметили тетю Дусю — передовая свинарка, хорошая общественница и член партии с двадцатилетним стажем.

Американский специалист рассказывает советскому, что он каждые два-три года меняет место работы и место жительства. «Да, — отвечает советский специалист, — мне тоже предложили прекрасную работу в другом городе, в очень хорошем НИИ, и квартиру дают, но не разрешили там прописку». — «А что такое прописка?» — «Это разрешение на право жительства». — «Государственное разрешение?» — «Разумеется». — «А квартиру вы нашли там частную?» — «Нет, институт предоставил служебную». — «Институт частный?» — «Нет, государственный». — «Как же так: государство предоставило вам работу в своем институте, государство предоставило вам квартиру и государство вам не разрешило там жить? Сколько же у вас государств?»

В одном московском НИИ работает японский специалист-консультант. Каждый день, приходя на работу, он произносит одну и ту же непонятную фразу. Спросили переводчика, что он говорит. Тот перевел: «Господа, я весьма сожалею об этом, но по условиям контракта я в вашей сидячей забастовке участвовать не могу».

В НИИ авиаприборостроения никак не удается создать новую конструкцию самолета. Все расчеты верны, все чертежи правильны, но при взлете у самолета почему-то каждый раз отваливаются крылья. Долго думали над этой проблемой, наконец главный конструктор решил позвонить своему приятелю Абрамовичу попросить совета. Тот немного подумал и сказал: «Сделайте дырки в месте соединения крыла с корпусом самолета». — «Но как же, ведь крыло и так плохо держится». — «А я вам говорю: сделайте так, и все будет в порядке». Главному конструктору терять было нечего. Пробили дырки в том месте, где сказал Абрамович, и самолет, ко всеобщему изумлению, наконец-то полетел. Конструктор звонит Абрамовичу и спрашивает: «Как ты догадался дать нам такой дельный совет?» — «А я уже давно заметил, что советская туалетная бумага никогда не отрывается по дыркам».

Для того чтобы изолировать иностранцев от советских женщин, Сталин открыл в Москве... публичный дом, который он скромно назвал «научно-исследовательским институтом любви». Иностранцы, знакомые с научно-исследовательскими учреждениями СССР, говорили про новый институт так: «Это — единственный институт, где не занимаются онанизмом».

Организовали публичный дом для высшей интеллигенции, приличия ради повесили вывеску «СПЕЦСЕКСНИИ». Один профессор совсем заработался, его туда повезли. Вышел сияющий: «Наконец-то я вижу НИИ, где не занимаются онанизмом».

«Ты что, рассказал этому могильщику анекдот?» — «Вот именно. О разработке плана по борьбе с нехваткой жиров и о работе над получением масла из коровьего дерьма. Им это уже удалось наполовину — коровью лепешку можно мазать на хлеб, только вот вкус еще мало похож на масло...»

В НИИ привезли из оккупированной Германии машину для производства масла из дерьма. Через два года НИИ прислал в министерство отчет: «Масло намазывается хорошо. Но от вкуса, цвета и запаха еще не избавились».

В одном НИИ сотрудники в рабочее время болтались по коридору. Дирекция арендовала в зоопарке львов и стала выпускать их днем в коридор. Внезапно было решено вернуть львов обратно в зоопарк. По дороге один лев говорит другому: «Эх ты, угораздило тебя съесть эту уборщицу! Я съел двадцать научных сотрудников, и никто не заметил!».

Шифрованная телеграмма шпиона, работающего в советском НИИ: «Устроился легко. Но работать крайне трудно: все чрезвычайно засекречено. До обеда делают вид, что интересуются футболом. После обеда — что интересуются политикой. Потом разбиваются на тройки и идут работать домой».

Заслали в СССР молодого разведчика, хорошо говорящего по-русски, с хорошими документами. Пошел он поступать в технический вуз — не прошел по конкурсу. Шлет шифровку: «Подозревают: предложили отработать два года на производстве». Отработал два года на кирпичном заводе — поступил в институт. Через полгода радирует: «Продолжают подозревать: сижу больше в колхозе, чем в аудитории». Окончил с грехом пополам институт — поступил в НИИ. Шлет шифрованную радиограмму: «Заподозрен сотрудниками: говорят при мне только о шахматах, о кино, о спорте, провоцируют анекдотами, делом никто не занимается». Еще через полгода — паническая шифровка: «По-видимому, разоблачен: сижу полгода на стройке. Используют в качестве разнорабочего...». Отозвали...

Армянское радио. «Почему Советский Союз не запускает космических станций к Солнцу и дальним планетам?» — «Потому что сотрудники НИИ Космических проблем заняты в основном земными делами». — «Как это понять?» — «Очень просто. Летом — в колхозах и совхозах, зимой — на стройках и кагатах».

В НИИ нанимают на работу инженера-механика. Выяснилось, что фамилия его Шапиро. Шапиро — подходит для анекдота, а брать в штат что-то не хочется. «Нет, мы не можем вас взять. Нужен, правда, механик, но с глубокими знаниями оптики». — «Как удачно, я как раз кончал второй вуз, являюсь физиком-оптиком. Вот диплом». — «Да, понимаете, сверх всего еще обязательно знание вьетнамского языка». — «Как удачно. Я как раз недавно окончил курсы вьетнамского языка, вот справка об окончании». — «Я скажу вам прямо — на эту должность нужен русский». — «Русский? Пожалуйста». (Достает паспорт.) — «Я хотел сказать — нужен еврей». — «Еврей? Пожалуйста». (Расстегивает ширинку.)

В крупном научно-исследовательском институте ждут делегацию из США. Вдруг вспомнили, что из института уволены все евреи. А если американцы затронут этот вопрос и обвинят администрацию в антисемитизме? Такое уже бывало. Решили на время назначить коммуниста Иванова евреем Рабиновичем, выдали ему соответствующие бумаги (благо, лицом Иванов похож на еврея). Приехали американцы. Хотели представить им Иванова-Рабиновича, а того и след простыл: побежал в ОВИР добиваться визы в Израиль.