Казахстан

Казахстан. Едет Хрущев на машине. Ему навстречу казах — тоже на машине. «Куда едешь?» — спрашивает Хрущев. «В колхоз Кызыл-Ту. Буду пить чай, есть плов, посижу на ковре... Потом в колхоз имени Кирова. Буду есть плов, пить чай...» — «Да ты кто же будешь?» — «Депутат Верховного Совета. А ты кто?» — «Глава правительства, секретарь ЦК». — «Тоже неплохо устроился. Можно есть много плова и пить много чая на хорошем ковре!».

Едет секретарь обкома партии по городу на черной «Волге» с номером «00—01». Навстречу ему другая «Волга», с номером «00—00». Останавливает ее секретарь и спрашивает водителя: «Ты кто такой, где работаешь?» — «Крановщик я, зовут Васей. В пивном баре кран открываю». — «А кто я такой, знаешь?» — «Судя по номеру, ты тоже неплохо устроился».

Красноармеец переменного состава территориальных частей РККА был поставлен своим командиром охранять «Руж. Пуль. Парк». Когда красноармеец устал стоять, он прилег на землю. В это время проходил комиссар полка. Думал, что красноармеец заболел, подошел и спрашивает: «Вы, товарищ, заболели?» — «Нет». — Ответил красноармеец. «А кто же ты такой, что лежишь и не встаешь, как я с тобой говорю?» — «Я часовой при “Руж. Пуль. Парке”», — ответил красноармеец. Комиссар покачал головой и говорит: «Здорово!». Красноармеец повернул голову к комиссару и спросил: «А ты кто такой будешь?». — «Я комиссар этого полка». — «Тоже здорово!» — не вставая, сказал красноармеец.

В Казахстане: «Мы одноклассники, верно?» — «Знать тебя не знаю. Сроду не видал. Отвяжись». — «Да, да. Одного класса. Ты выслан сюда как кулак? Ну и я».

Никита Сергеевич выступил против пьянства — в одном месте надо давать человеку только сто грамм, а получать следующие сто грамм пусть идет в другое место; по дороге прогуляется, все-таки будет протрезвляться. По этому поводу создана комиссия. Вот ее состав. От Украины — Наливайко. От Белоруссии — Стограммович. От Казахстана — Закусанбаев. От Грузии — Опохмелидзе. От Армениии — Сутрапьян. От Латвии — Выпивайтес. От РСФСР — Рыгалов (председатель).

Решили устроить бардак для иностранцев. Все есть, но хватает бандерши. Вспомнили, что, кажется, еще жива некая тетя Катя, которая в свое время была сослана в Казахстан. Отправили людей, те разыскали ее. Она знатный хлопкороб в колхозе, вся грудь в орденах. Ей рассказывают, в чем дело. Она срывает с груди ордена, бросает на пол. «Я так и знала, что в конце концов меня реабилитируют! И вернут к любимому делу».