Белоруссия

«Хорошего ослика мы купили. Ученый и мудрый. Мать поставила молоко на скамью, а он вскочил на нее, сунул в миску передние ноги и нос, выпил все молоко, а потом стоит, облизывается... Как бы его назвать?» — «Если он действительно мудр, то назови Йосей. Ослик похож на Иосифа Сталина. Тот тоже мудрый лазить в чужие миски. На своем веку все время лазил то в украинскую, то в белорусскую, то еще в другую миску».

Хрущев (набирает номер телефона): «Генерал? Я решил лететь в космос с первым космонавтом». Генерал: «Там уже большой список. Много заявок. Представитель Украины. Представитель Белоруссии. От женского комитета. От комитета борьбы за мир». Хрущев: «Ужмите список. От Украины и Белоруссии — один представитель, по отцу украинец, белорус по матери. Комитет борьбы за мир пусть пошлет женщину». Генерал: «Слушаюсь, товарищ Хрущев». Хрущев: «Забронируйте два места. Мне и Аджубею. Аджубей будет описывать мои подвиги в космосе». Генерал: «Так, может, послать одного Аджубея?» Хрущев: «Это идея».

Нехватка одежды, так же как и пищи, высекала искры юмора из кремня терпения русских людей. Человек зашел в поезд голым. Не обращая внимание на реакцию, которую вызвала его нагота, он развернул газету и начал читать. «Гражданин, — обратился к нему другой пассажир. — Почему вы путешествуете в таком необычном виде?» — «Необычном? Но почему? — ответил голый мужчина. — Я из Минска, где мы уже выполнили пятилетний план».

Начальник обходит часовых. Спрашивает у одного: «Ты кто такой?» — «Таджик!» Начальник ругает старшину: «Чтобы он завтра же знал, что он не таджик, не русский, не белорус, а в первую очередь — советский солдат». На другой день приходит и спрашивает у таджика: «Ну что? Теперь ты знаешь, кто ты такой?». — «Так точно! Чурка е[ба]нная!»

Никита Сергеевич выступил против пьянства — в одном месте надо давать человеку только сто грамм, а получать следующие сто грамм пусть идет в другое место; по дороге прогуляется, все-таки будет протрезвляться. По этому поводу создана комиссия. Вот ее состав. От Украины — Наливайко. От Белоруссии — Стограммович. От Казахстана — Закусанбаев. От Грузии — Опохмелидзе. От Армениии — Сутрапьян. От Латвии — Выпивайтес. От РСФСР — Рыгалов (председатель).

«И одной пяди* чужой земли не хотим». А потом... Западную Белоруссию и Западную Украину при случае подцепили. Финляндии предъявили территориальные претензии, вели войну, кое-что урвали. Латвию, Литву, Эстонию прихватили. Молдавию прикарманили. Как же так?» — «Зачем нам одна пядь? Одну пядь не берем, правильно сказано. Берем тысячами квадратных километров».

В сентябре 1939 года 13-миллионное население западных областей Украины и Белоруссии «с великой радостью встретило своих освободителей» от национального и социального гнета. Никто не сомневается, что «братская семья» будет и дальше расширяться. И в то же время рождаются новые анекдоты, лучше отражающие жизненную истину, чем тысячи митингов и резолюций. Ходивший в эти дни по Москве анекдот о президенте Литвы, который торопился переименовать Каунас* в «Покаунас», ясно указывал на судьбу, ожидающую страны Прибалтики.