Армия

Старший сержант учит красноармейцев «Уставу внутренней службы РККА». Он им говорит: «Когда будете дежурным по сотне и будет идти лейтенант, капитан, полковник или комиссар, то должны дать общую команду “Сотня, встать! Смирно!”. А там, не добежав шага три-четыре до начальника, должны сказать: “В сотне все в порядке. Дежурный сотни, красноармеец такой-то...”». При проверке красноармеец Коваленко не мог отрапортовать так, как его учил старший сержант. «Товарищ старший сержант! Я не могу так сказать, как вы. Ей-богу, я запорюсь...» Но однажды пришлось дежурить и Коваленко. Он увидел, что на территории сотни появился какой-то начальник, и поэтому дает команду: «Сотня, встать! Смирно!». Подбежал на три шага к начальнику, присматривается к его знакам, а у того лишь одна шпала с какой-то чашей и гадюкой. Коваленко не мог установить звание начальника и поэтому дает команду: «Вольно!». А потом махнул рукой и сказал себе: «Я же говорил сержанту, что запорюсь».

Красноармеец переменного состава территориальных частей РККА был поставлен своим командиром охранять «Руж. Пуль. Парк». Когда красноармеец устал стоять, он прилег на землю. В это время проходил комиссар полка. Думал, что красноармеец заболел, подошел и спрашивает: «Вы, товарищ, заболели?» — «Нет». — Ответил красноармеец. «А кто же ты такой, что лежишь и не встаешь, как я с тобой говорю?» — «Я часовой при “Руж. Пуль. Парке”», — ответил красноармеец. Комиссар покачал головой и говорит: «Здорово!». Красноармеец повернул голову к комиссару и спросил: «А ты кто такой будешь?». — «Я комиссар этого полка». — «Тоже здорово!» — не вставая, сказал красноармеец.

При встрече американского и советского офицеров состоялась дружеская беседа. Американский офицер доказывал верность и последовательность демократических принципов и преимущество американского строя над тоталитарным. Российский офицер доказывал обратное. Он делал упор на то, что коммунистическое общество с его режимом стоит выше американского и сочетает русский революционный размах с американской деловитостью. Русский офицер сказал, что это сочетание уже вошло в плоть и кровь русского народа. А чтобы убедить американца, было решено проверить на примере, как это докажут американский и российский солдаты своей дисциплиной. Первым подозвал солдата американский офицер и дал ему задание: «Мистер Браун! Сейчас же пойдите и принесите мне обед из харчевни!». — «Ес, сэр!» Офицер посмотрел на часы и говорит: «Браун уже вышел из дома и переходит улицу. Уже пришел в харчевню. Вот берет мой обед и идет к нам. Браун снова перешел улицу. Уже открыл дверь нашего дома, идет по лестнице...». В это время офицеры услышали стук в дверь. Офицер открыл дверь, и в комнату вошел с обедом солдат Браун. Русский офицер не хотел быть в долгу перед американцем и поэтому приказал своему солдату, который был в соседней комнате: «Ваня!» — «А?» — послышалось из комнаты. «Пойди в пивную и принеси два бокала пива!» — «Есть, товарищ лейтенант!» Советский офицер смотрит на часы и говорит: «Ваня уже вышел из дома. Переходит улицу. Уже зашел в пивную и купил пиво. Возвращается обратно. Зашел в наш дом, идет по лестнице...» Вдруг послышался какой-то стук и отвратительная брань в соседней комнате. Лейтенант приоткрыл дверь и спросил: «Ваня, принес пиво?» — «Никак от левого ботинка не найду!» — ответил Ваня.

В полк должно прибыть пополнение — три молодых лейтенанта. Командир полка ждет. Утром появляется первый лейтенант: форма сидит как с иголочки, чисто выбрит, бодр и свеж. «Товарищ полковник! Лейтенант Иванов!» — «Куришь?» — спрашивает полковник. «Никак нет!» — «Пьешь?» — «Никак нет!» — «С женщинами как?» — «Никак нет!» — «Комсоргом в третью роту!» — командует полковник. К вечеру перед полковником стоит второй лейтенант. Одет небрежно, выбрит кое-как, от него явно пахнет спиртным. «Товарищ полковник! Лейтенант Петров!» — «Куришь?» — спрашивает полковник. «Так точно!» — «Пьешь?» — «Не отказываюсь». — «С женщинами как?» — «Рад стараться!» — «Командиром в третью роту!» После отбоя кто-то громко стучит в ворота части. Полковник, уже в пижаме и тапочках, выходит наружу, видит — стоит машина, за машину держится еле-еле стоящий на ногах лейтенант и докладывает заплетающимся языком: «Товарищ полковник! Колеса у ворот, водка и бабы на колесах! Можно ехать на рыбалку!». Полковник поворачивается к стоящей за его спиной жене: «Маша! Дай-ка мой мундир — замполит приехал».

Солдат распространял слух, будто дивизию скоро ушлют из этого города. «На базаре слышал». Командир его за это посадил «на губу». На другой день пришел приказ — готовиться к отъезду из города. Командир выпустил солдата. «Пойди на базар, узнай, куда нас переводят».

Хрущев сокращает армию, идет большая демобилизация офицерского состава. Офицера спрашивают: «Как жизнь?». — «Как в мешке. Кое-что слышно, ничего не видно, и не знаешь, когда тебя вытряхнут».

Перед приездом министра обороны на ракетный полигон рядовой Петров получил приказ покрасить ракету. Так как он не доставал до носа стоящей ракеты, то он закинул наверх ведерко с краской. Краска стекла вниз, покрыв всю поверхность, но ведерко осталось наверху. «А это что такое?» — строго спросил у Петрова прибывший министр, указывая на ведерко. «Синхрофазотрон!» — не растерялся Петров. «Вижу, что синхрофазотрон. Почему не покрашен?!»

Полковнику делают операцию на мозге. Хирург снимает верхнюю часть черепа, вынимает мозг. Вбегает посыльный из штаба: «Товарищ полковник! Вам присвоено звание генерал-майора!». Полковник вскакивает, нахлобучивает черепушку, хватает фуражку и бегом к выходу. Хирург кричит вдогонку: «Товарищ полковник! А мозги?». — «Да на хуя они мне теперь нужны?!»

Старшина роты выстроил молодое поколение на плацу: «Вы у меня будете работать, работать и еще раз работать!». Кто-то из строя: «А как же насчет “Учиться, учиться и еще раз учиться!”?» — «Кто это сказал?» — «Товарищ Ленин!» — «А вы, товарищ Ленин, выйдете из строя — и сразу же на кухню!»

Как вести себя при ядерном взрыве? Оторвать срочно себе яйца, завернуться в простыню и тихо ползти на кладбище. Зачем оторвать яйца? Больше не понадобятся. А почему тихо? Чтобы не поднимать паники.

Новобранцы. Первое занятие проводит ефрейтор. «Гвоздь надо вбить лбом в стенку по самую шляпку. Показываю. Теперь ты... ты...» Первые пятнадцать — все удачно. У шестнадцатого гвоздь сгибается. У следующего тоже. Пробует ефрейтор. И у него сгибается. Посылает ефрейтор старшину в соседнюю комнату. Тот возвращается. «Разрешите доложить, товарищ ефрейтор. Замполит затылком к стене прислонился».

В ресторане сидели глупый офицер, умный офицер, Кащей Бессмертный и невинная девушка. По счету вышла большая сумма. Каждый выложил деньги на стол. В этот момент потух свет; а когда зажегся — денег не оказалось. Кто взял деньги? Ответ: глупый офицер. Все остальные мифические персонажи, их не существует.

Второго пилота положили на операцию. Наркоз не действует. Врачи позвали командира экипажа: что делать? Командир показал пилоту приборную доску. Тот мгновенно уснул мертвым сном, так что его после операции не могут разбудить. Снова позвали командира. Тот командует: «Внимание! Температура ниже нормы. Коля, заливай спирт в систему!». Второй пилот мгновенно просыпается: «Вы что, братцы, обалдели?!».

Солдаты разбирают затвор. «Не торопитесь!» — говорит сержант. «А что будет, товарищ сержант, если торопиться?» — спрашивает один солдат. «А вот ты представь, разбираешь человека, поторопился — и на место головы поставил зад. А тут тревогу объявили, все побежали за винтовками, стали одеваться... А касочка-то и мала!»

Старшина проводит занятие по стрелковому оружию. «Из чего состоит карабин?.. Так, правильно. А из чего у карабина ствол сделан? Рядовой Иванов!» — «Из стали, товарищ старшина!» — «Правильно. А из чего у карабина сделан курок?» — «Из стали тоже, товарищ старшина!» — «Неправильно!» — «Как неправильно?! — говорит Иванов. — А из чего же?» Старшина раскрывает книгу и громко читает: «Из того же металла!».