Моссовет

В советской Москве во время окончания занятий в учреждениях около входа в метро и на остановках трамвая происходила настоящая давка. Ввиду этого Моссовет объявил конкурс на проект регулирования уличного движения, но ни один из проектов комиссию не удовлетворил. Все они были слишком сложны и дороги. Наконец, один молодой и неизвестный инженер предложил следующее: на всех местах скопления публики поставить по милиционеру с громкоговорителем. Через равные промежутки времени милиционер должен выкрикивать: «Рабинович!.. Каганович!... Янкелевич!... Канторович!.. Абрамович!..». Все находящиеся в этом пункте Рабиновичи, Кагановичи, Янкелевичи и т.д. будут в этот момент инстинктивно задерживаться, а остальная публика будет проходить вперед. Инженер подчеркивает, что его проект очень практичный и не потребует никаких особенных затрат.

Пушкин на приеме у Сталина. «На што жалуэтесь, таварищ Пушкин?» — «Жить негде, товарищ Сталин…» Сталин снимает телефонную трубку: «Моссовет! Бабровныкова мнэ! Таварищ Бабровныков? Тут у меня сыдыт таварищ Пушкин, штоб завтра была у него самая лучшая квартыра!» — «Што ешо у вас, таварищ Пушкин?» — «Не печатают меня, товарищ Сталин...» Снова Сталин снимает трубку: «Саюз писатэлей! Фадэева мне! Таварищ Фадэев! Тут у меня сыдыт таварищ Пушкин, штоб завтра напэчаталы его самым балшим тиражом!» Пушкин благодарит и уходит. Сталин снова снимает трубку: «Таварищ Дантес? Таварищ Пушкин уже вышел!..»

В том же Моссовете, при обсуждении запроса об избиении чекистами в Бутырках политических заключенных, Дзержинскому бросили не только «Палач!», но и «Проститутка!». Когда он гордо объяснил, что он — бывший политический каторжник, тот же член Совета ему сказал: «Совершенно верно: каждая проститутка была в прошлом честной девушкой».

Когда однажды у некоего льва, а ныне просто Льва Каменева, долго засиделся его знакомый, причем почтенный председатель Моссовета был в английском костюме, а за столом прислуживала горничная в фартуке и в наколке, он вдруг сказал: «Простите, мне пора на митинг» — и добавил: «Подайте костюм для митинга: надо гримироваться...».

В Моссовете ему [Каменеву] бросили: «Даром предвиденья вы обладаете безусловно, потому что, еще будучи скромным литератором Розенфельдом, придумали себе псевдоним Каменев, предчувствуя, что много лет спустя будете продавать в Лондоне краденые царские камни и вас за это вышлют вон».