Милиция

В советской Москве во время окончания занятий в учреждениях около входа в метро и на остановках трамвая происходила настоящая давка. Ввиду этого Моссовет объявил конкурс на проект регулирования уличного движения, но ни один из проектов комиссию не удовлетворил. Все они были слишком сложны и дороги. Наконец, один молодой и неизвестный инженер предложил следующее: на всех местах скопления публики поставить по милиционеру с громкоговорителем. Через равные промежутки времени милиционер должен выкрикивать: «Рабинович!.. Каганович!... Янкелевич!... Канторович!.. Абрамович!..». Все находящиеся в этом пункте Рабиновичи, Кагановичи, Янкелевичи и т.д. будут в этот момент инстинктивно задерживаться, а остальная публика будет проходить вперед. Инженер подчеркивает, что его проект очень практичный и не потребует никаких особенных затрат.

Когда принимали на открытом собрании Кирпу-Гнучкошиенкова* в партию, показали портреты и спрашивали, кто нарисован, а он отвечал. «Кто это?» — «Сталин!» — «Какую он работу выполняет?» — «Завхоз советской власти!» Через полгода его, уже как действительного члена ВКП(б), послали в Галицию, а там отплатили ему за «освобождение» кирпичом по голове**. Когда ему сделали операцию, он просил досрочно выписать его на работу. «Вы еще не выздоровели. Голова еще не в полном порядке, больна. Отдыхайте», — посоветовал врач. «Так что с того, что голова больная, у меня партийный билет в кармане есть!» — сказал Кирпа-Гнучкошиенков и настаивал, чтобы выписали***.

Один коммунист был ранен в голову. Ему нужно было сделать операцию. Доктор разрезал ему голову, вынул мозги, промыл их и положил на стол в блюдо. Потом засуетился, не вложил мозги на их место, залепил коммунисту голову, а мозги остались на столе. Коммунист очнулся, поднялся и пошел. Доктор глянул на блюдо и увидел, что мозги остались не вложены. Он тогда начал кричать вслед: «Товарищ, вернитесь, я забыл вам вложить мозги!» — «Это не важно, за таким пустяком не буду возвращаться, у меня партбилет в кармане — и без мозгов на любую работу примут»*.

«Ты знаешь, со мной чуть несчастье не случилось». — «А в чем дело?» — «Проходил я сегодня Тверскую и чуть на меня автобус не налетел. Я успел пробежать, а гражданин, который шел сзади меня, попал под автобус, и ему раздробило голову, мозги прямо на тротуар вылетели. Но гражданин не растерялся, встал и давай бежать за автобусом и кричать: «Милиционер, задержите, помогите, остановите». — «Что ты чушь какую болтаешь, где ты видел, чтоб гражданин с разбитой головой без мозгов бежал за автобусом и кричал». — «В том-то и дело, что я никогда не видел и меня это очень заинтересовало. Я побежал за ним и говорю: “Гражданин, вернитесь, подберите ваши мозги”, а он отвечает — мне мозги не нужны. Я спрашиваю, почему, — потому что я служу зав. недвижимым имуществом (МУНИ)».

«

Полковнику делают операцию на мозге. Хирург снимает верхнюю часть черепа, вынимает мозг. Вбегает посыльный из штаба: «Товарищ полковник! Вам присвоено звание генерал-майора!». Полковник вскакивает, нахлобучивает черепушку, хватает фуражку и бегом к выходу. Хирург кричит вдогонку: «Товарищ полковник! А мозги?». — «Да на хуя они мне теперь нужны?!»

«К вам пришли, герр фюрер», — доложил лакей. «Кто?» — «Господин Муссолини». — «Как же ты мог такого человека оставить в передней?» — «Не беспокойтесь, герр фюрер, я все пальто убрал в шкаф и запер на ключ».

Американский миллиардер приехал в СССР, скупил все товары в ГУМе и объявил бесплатную раздачу товаров. Произошла свалка, были убитые и раненые. Спрашивают: «Зачем вам это было нужно?». Миллиардер: «Хотел увидеть коммунизм воочию: распределил по потребностям...»

Дед с бабой собирали деньги на смерть. Баба умерла. Дед похоронил ее. Видит, что хватит и его похоронить, и еще деньги останутся. Решил на те остатки купить бочку кваса, раздать бесплатно людям. Подходит утром к продавщице, спрашивает, сколько стоит весь квас. Продавщица подсчитал, сказала. Дед заплатил. Продавщица: «А что мне с ним делать?» — «Раздавай людям бесплатно». Сам же сел на лавочке неподалеку и наблюдает. Подходит покупатель: «Почем квас?» — «Бесплатно». — «Как?» — «За него уже заплатили. Сколько вам?» — «Да хотя бы стакан». Продавщица налила. Выпил. Подходит другой: «Почем квас? » — «Бесплатно». — «Налейте кружку». Выпил. Пошел. Начали собираться люди с бидончиками, бутылями, ведрами... За квасом — очередь. Начали кричать: «Больше двух литров не давайте!». Потом: «Больше литра не давайте!», «Больше кружки не давайте!». Вскоре дошло до ссор и мордобоя. Приехала милиция, спросили, что случилось, продавец рассказала. Забрали деда в каталажку. «Дедушка, где вы такие деньги взяли?» — «Да это, сынки, собирали с бабой на похороны. Ее похоронил. Подсчитал, что хватит и меня похоронить, и еще остаются средства. А нам говорили, что при коммунизме все бесплатным будет. Я и решил перед смертью увидеть, каков же тот коммунизм...»

В трамвай набилось много людей. Придавили бабушку, и она громко выпустила отработанные газы. А тут милиционер: «Платите штраф! Вы нарушили общественный порядок». — «А сколько, сынок?» — «Три рубля». — «Ой, господи, это у меня последняя трешка на хлеб осталась…» — «Ничего, бабушка, она вам вернется, потому что тотчас пойдет на строительство коммунизма». — «Сыночек, чтобы его построить, нам еще долго пердеть придется...»

В мавзолее Ленина два еврея, осматривая мавзолей, читают на стене плакат: «Ленин освободил народ от цепей рабства». Один еврей, показывая на свой живот: «Мойша, вы помните мою цепь?». В это время милиционер обратил внимание, что они стоят не двигаясь, громко сказал: «Граждане, отдайте последний “долг” и выходите». Еврей возмущенно: «Мойша, слышите? Мы ему еще и должны...»

Трудящийся, выходя из мавзолея, расчувствовался: «Ленин-то… его мать, лежит — ну как живой!» — «Вы где находитесь?» — строго спрашивает его милиционер. «А что? Я говорю: Ильич-то наш родной… его мать, лежит — ну совсем как живой!» — «Да вы где находитесь?» — рявкает милиционер. «Да я что? Я только говорю: Ленин-то наш…» — «Да х[уй] с ним, с Лениным, я спрашиваю: ты где находишься?!»

Базарный торгаш решил нарвать на продажу цветов у райкома партии. Только нарвал большой букет, а тут — милиционер: «Забирай цветы, пойдем в отделение, спекулянт». Мужчина собирает цветы, идет к памятнику Ленину и кладет букет к подножию. «А вы, товарищ милиционер, против этого?» — «Нет-нет! Я — за! Вы свободны».

Во время речи Сталина на XVIII съезде партии кто-то чихнул. «Кто чихнул?» (Молчание). — «Каждого десятого — на десять лет в лагеря». (Отсчитали, увели.) «Кто чихнул?» (Молчание). «Каждого десятого — расстрелять». (Отсчитали, увели.) «Кто чихнул?» Глеб Кржижановский: «Я». Сталин: «На здоровье».

В трамвае кто-то громко чихнул. Милиционер обращается к публике: «Кто чихнул, граждане?». Все умолкли. Милиционер настойчиво: «Граждане! Кто чихнул?». Все замерли, боятся смотреть друг на друга. Милиционер в третий раз: «Граждане! Я вас спрашиваю, кто чихнул?». В углу слышен шепот: «Бабуся, милая, ты старая, тебе уже нечего бояться, скажи, что ты». Старуха слабым голосом: «Я, родименький, по старости чихнула...». Милиционер протискивается до старушки и лихо берет под козырек: «Будьте здоровы, бабушка!»*.

Милиционерам дано указание: быть вежливыми. В трамвае кто-то чихнул. «Кто чихнул?» — спрашивает милиционер. Молчание. Вынимает наган: «Кто чихнул? Признавайтесь, гады, а то всех постреляю!». Старушке шепчут соседи: «Бабушка, скажите, что это вы. Вы старенькая, вам ничего не будет...». — «Это я, деточка...» Милиционер — вежливо кланяется: «На здоровье, бабушка!.. Что же ты, старая блядь, раньше молчала?».

Парторг спрашивает меня: «Почему вы не были на последнем партсобрании?» — «Так оно было последним?! Так если бы я знал, то еще всю семью привел бы». Выхожу я из тюрьмы. Политикой больше не занимаюсь. Иду по Красной площади, спрашиваю милиционера: «Для чего это здесь такая высокая стена построена?» — «А это для того, чтобы всякие дураки через стену не прыгали». — «Куда: внутрь или наружу?» Выхожу я из тюрьмы. Политикой больше не занимаюсь. Иду снова по Красной площади, вижу: кого-то хоронят. Взялся я помочь нести гроб, а мне говорят, чтобы я убирался. Я и говорю: «Да вы не беспокойтесь, у меня плечо крепкое, я всех туда, в Кремлевскую стену, перетаскать могу».

Один человек спустился к Москве-реке купаться, и его стало увлекать течение. Он стал показывать руками людям, стоящим на берегу, что тонет, но никто не обращал внимание. Увидел несчастный, что нет у него надежды, собрал остаток сил и закричал: «Долой Сталина! Смерть Сталину!». Тут же все прыгнули в реку, вытащили тонущего из воды — и передали его в Чека…

Вчера вечером, после Цирка, я иду домой и слышу, что кто-то на Цветном бульваре, в сквере поет. Я поинтересовался и пошел посмотреть. И вижу, двое отчаянно дерутся. У одного разбит нос, подбитый глаз, а он поет. В это время подходит милиционер и говорит: «Кто смеет нарушать ночную тишину и почему вы поете?». — «Видите ли, гражданин милиционер, он на меня напал и хотел ограбить. И если бы я только звал на помощь, тогда бы вы не пришли. Так я решил петь до тех пор, пока вы придете».

Еврей ходит по разбитым улицам недавно освобожденного города и, останавливаясь у развалин, качает головой и говорит: «Ай-яи-яй. И это все из-за одного человека!». Его задерживают и приводят в управление НКВД. «Какого человека вы подразумеваете?» — «Гитлера, разумеется!» — «Хм, вы свободны. Можете идти». — «А вы кого?»

Народ смутно чувствует, что эта надежда связана со смертью диктатора. Эта идея отразилась в анекдоте, который ходил в России в 1947 году. В нем рассказывалось о человеке, который в письме своему родственнику в Америку приписал: «Он стал уже совсем стар. Я все думаю, когда он умрет». Цензор отметил это место и переправил письмо в тайную полицию, куда этого гражданина и вызвали. Следователь его спросил: «О ком вы думали, когда писали эти строчки?» — «О Черчилле», — ответил гражданин после секундного обдумывания. Его отпустили, но у дверей он повернулся и спросил следователя: «А вы о ком подумали?».

В Южной Корее толпа смотрела на развалины фабрики, взорванной коммунистами. Один кореец воскликнул: «И все это вина одного человека!». Кореец этот был мигом арестован коммунистической полицией. Он уверял полицию, что имел в виду Трумэна, и его в конце концов решили выпустить. Перед выходом он спросил полицейского, задержавшего его: «Скажи, дружок, а кого ты думал, что я имел виду?».

Вышел Жуков из кабинета Сталина, сплюнул и сердито бросил: «У, черт усатый!». Рядом был Берия. Услышал. Зашел к Сталину и доложил. Тот тут же вызвал Жукова: «Товарищ Жуков! Вы только что вышли от меня и за дверью сказали: “У, черт усатый!” Кого вы имели в виду?» — «Конечно, Гитлера. Через него, змею, у нас с вами все сложности…» — «Очень хорошо! А вы кого имели в виду, товарищ Берия?»

Пьяный бегает около кремлевской стены и орет: «А в правительстве свинья! А в правительстве свинья!». Забрали его в милицию и спрашивают: «Вы это про кого?» — «Про Никсона». — «Ступайте». Отпущенный пьяный бегает вокруг отделения милиции и кричит: «А я знаю, о ком вы подумали, а я знаю, о ком вы подумали...».

Идут два еврея в Москве по Лубянской площади, подле здания НКВД. Один спрашивает: «Мойша, какая разница между Сталиным и ослом?». В это время из дверей НКВД высовывается голова энкаведиста, который пальцем подзывает их к себе: «А ну, идите-ка сюда, — ну, так какая разница?». Еврей: «Я ничего не сказал... Никакой разницы нет…»

Встретились в одном обществе коммунист и священник. Коммунист издевается над священником: «А знаете ли вы, какая разница между попом и ослом?» — «Не знаю», — говорит тот. — «У попа крест спереди, а у осла сзади». — «Ну да… а не знаете ли вы, какая разница между коммунистом и ослом?» — спрашивает священник. «Не знаю», — говорит коммунист. «И я тоже не знаю»…

В электричке коротают время за трепом. «Знаешь, — говорит один, — какая разница между ослом и милиционером?» А тут как раз за дверью милиционер оказался. Услышал он, вошел в вагон и спрашивает: «А ну, какая разница?» — «А... никакой!» — «Вот то-то же!..»

Идет по дороге фашист, вдруг слышит, впереди два хлопца спорят. «Федька, а ты знаешь, какая разница между фашистом и собакой?» — «Знаю». — «Нет, не знаешь». — «А вот и знаю». А немец хвать его сзади за шиворот и спрашивает: «А ну, скажи, какая разница?». Испугался хлопец и залепетал: «Ой, пустите, ей-богу, нет никакой разницы».

Сталин задумал упростить свой государственный аппарат. Долго думал и ничего не придумал. Устроил конкурс на эту тему — и тоже ничего. Вдруг в Кремль является какой-то человек с предложением простого проекта рационализации государственного аппарата, но он боится о нем сказать. Сам Сталин гарантировал ему безопасность. «Мой проект руководства государством очень простой: государством руководили бы вы, товарищ Сталин и еще один милиционер». — «Как же это могло быть?» — «Очень просто. Вас, товарищ Сталин, я бы посадил в железную клетку, крепко бы запер, а возле клетки поставил бы милиционера сторожить. Сам бы сел на стул возле клетки, собрал бы весь народ и давал бы ему приказы. Если бы народ меня не слушал, я приказал бы милиционеру: “Милиционер! Открой клетку и выпусти на народ Сталина!”»

Приехавший в Москву колхозник спрашивает у милиционера: «Что это за стена, и почему перед ней стоят солдаты?» — «Это Кремль. Не показывай пальцем!» — «А кто же там?» — «Сталин». — «А... зачем же солдаты?» — «Это охрана». — «А-а... понимаю, понимаю... Ну, теперь то, сволочь, оттуда не выскочит!»

«Папа, что это такое?» — «Кремлевская стена, мой милый». — «А почему она такая высокая?» — «Чтобы бандиты через нее не перелезли». — «Оттуда, папа?»

«Папа, что это такое?» — «Кремлевская стена, мой милый». — «А почему она такая высокая?» — «Чтобы бандиты через нее не перелезли». — «Оттуда, папа?»

Интуристы на Красной площади. Один из них спрашивает экскурсовода: «Зачем и когда построили Кремлевскую стену?» — «Очень давно, для того чтобы разбойники не могли нападать на город». — «Оттуда?» — спрашивает турист, указывая на Дворец съездов.

Как изменились времена за одну пятилетку. В 1952 году кто-то сказал, что Сталин дурак. И его в тот же день расстреляли. А недавно другой парень сказал, что Хрущев дурак, так ему дали восемь лет за разглашение государственной тайны!

Человек сказал о Хрущеве, что тот дурак. Получил 22 года — 2 года за оскорбление личности и 20 лет за разглашение государственной тайны.

Некоему человеку очень захотелось сесть в тюрьму. Подходит он в автобусе к милиционеру и говорит: «Товарищ милиционер, а я без билета еду». — «Молчи, я тоже». Подходит он к милиционеру на улице и говорит: «Товарищ милиционер, а я человека убил». — «Молчи, я тоже». Не зная, что бы еще предпринять, человек вбежал в здание горкома партии и с порога крикнул: «Хайль Гитлер!». Работники горкома бросились ему навстречу: «Что, в городе наши?!». Окончательно рассвирепев, человек во время праздничной демонстрации выскочил на трибуну и закричал в микрофон: «Брежнев дурак!». Вот тут его и арестовали. За разглашение государственной тайны.

Пришел болгарский писатель к следователю и говорит: «Расскажи мне какую-нибудь историю. Я хочу написать детективный роман». Следователь отвечает: «Чтобы твой роман был достоверным, ты сам должен побывать в тюрьме». — «А как мне туда попасть?» — «Выйди на улицу и крикни три раза: “Живков — дурак” — и за оскорбление вождя тебя посадят на две недели». Не успел писатель крикнуть: «Живков дурак!», как его схватили и приговорили к десяти годам. Он возмутился: «За оскорбление вождя положено две недели!» — «Ты осужден по другой статье — за разглашение государственной тайны».

Брежнев в Средней Азии. Его научили, как надо отвечать на приветствия местных жителей. Местные жители: «Салям алейкум!». Отвечает: «Алейкум салям». Из-за плеча милиционера высовывается диссидент. «Архипелаг ГУЛАГ!» Брежнев добросовестно: «ГУЛАГ архипелаг!»

Едет Горбачев с шофером в автомобиле. Горбачев говорит: «Что-то ты слишком медленно, дай-ка я поведу». Сел он за руль, включил скорость самую большую. Их милиционер остановил, открывает дверь, смотрит — Горбачев за рулем. Он упал в обморок, а Горбачев дальше поехал. А к милиционеру подошел его напарник, спрашивает: «Что ты упал, кто там ехал?» — «Не знаю, кто там ехал, но шофер у него сам Горбачев».

Лектор выступает на собрании колхозников: «И вот, товарищи, в 1934 году злодейская пуля оборвала жизнь пламенного ленинца Сергея Мироновича Кирова». — «Кого убили-то?» — спрашивает глуховатый дед. «Сергея Мироновича Кирова». — «Кого-кого?» — «Сергея Мироновича Кирова!» — «Кого?» — «Кого надо, того и убили!»

Двое распили бутылку портвейна на пустыре. Показалось мало. «Пойдем ко мне, у меня есть полбутылки красного». Распили. Опять мало. Тогда хозяин вынул две плитки под ванной, там обнаружился тайник, стоит какой-то аппарат, крутанул ручку, вылезла новенькая купюра. «Иди, купи на все. Гулять так гулять». На другой день милиция, обыск. Прямо идут в ванную, вынимают две плитки... Хозяин: «Пожалуйста, смотрите. Моя получка. Засунута в детскую игрушку». — «А для чего?» — «Чтоб знать, с кем пьешь».

Жестянщик продает на базаре трубы к печам. «Трубы, кому надо трубы?! Для всех есть трубы! Труба жилкоопу! Труба колхозу! Труба рабочим, колхозникам, всем труба!» Испуганно подбегает милиционер: «Ты что говоришь?». — «Трубы продаю. Что же, и тебе может быть труба».

Пьяный на Красной площади выкрикивал: «У меня сегодня получка. Что захочу, куплю. Могу купить Сталина из мавзолея. Могу купить Хрущева». Милиционер отвел его домой. Рассказал жене, как было дело. Жена: «Ах, дурень. Он всегда, как напьется, так покупает какую-нибудь ненужную дрянь».

Приходит пьяная Раиса Максимовна в Мавзолей и говорит: «Сержант, заверни мне этого лысого». Сержант звонит Горбачеву: «Тут ваша Раиса Максимовна требует, чтоб я ей Ленина завернул». — «Ну заверни, черт с ней!» Приходит Раиса Максимовна домой, швырнула сверток в коридоре. Горбачев вышел, посмотрел и говорит: «Опять всякое дерьмо домой тащишь!»