Горбачев Михаил Сергеевич

На конкурсе политических анекдотов первую премию получил следующий: «В жаркий день сидят мужики за столиком в саду. На столе пиво, таранка. Вдруг из окна раздается крик: “Мужики! По телевизору Горбачев разъясняет, на каком этапе сейчас находится перестройка!”. Все бросили пиво, рыбу и побежали в дом...»

Горбачев приехал на предприятие. Видит рабочего, который бегает туда-сюда с пустой тачкой. Горбачев подходит к нему и спрашивает: «Почему ты порожняком бегаешь?» — «Да с этим ускорением не успеваем загрузиться».

Горбачев встретил бога. «Бог, ты все знаешь. Позволь мне задать тебе три вопроса». — «Задавай». — «На будущий год как будет у нас в промтоварных магазинах?» — «Пусто». — «Кто главный в стране?» — «Торговая мафия». — «Сколько украл Чурбанов, зять Брежнева?» — «Ну, если следователь Гдлян у тебя не может этого узнать, то где уж мне!»

Горбачев решил бороться с мафией. Нанял для этого дела Шерлока Холмса. Тот начал работу. Утром Михаил Сергеевич отодвигает оконную штору, видит — великий детектив повешен на столбе. Нанял генсек Коррадо Каттани. Тот заверил, что все будет хорошо, и начал борьбу с мафией. Утром Горбачев отодвигает штору — итальянец висит на столбе. Советники подсказали: «Зачем нанимать чужаков? У них все равно ничего не получается. Лучше поручи все капитану Жеглову». Так и произошло. Прошла ночь. Утром Горбачев осторожно отодвигает штору. На столбе висит Лигачев, далее — Рыжков, затем — Чебриков, Щербицкий... Все Политбюро висит. И вдруг слышит усиленный рупором голос Глеба Жеглова: «А теперь Горбатый! Я сказал, Горбатый!».

«Вова, кто такой Сталин?» — «Враг народа!» — «Садись, пять. Петя, кто такой Брежнев?» — «Враг народа!» — «Садись, пять. Саша, кто такой Горбачев?» — «Враг народа!» — «Садись, два... Пока».

Гитлер стоит перед своим портретом, смотрит на него и думает грустную думу. Спрашивает у портрета: «Адольф, Адольф! Каков будет наш с тобой конец?». Портрет отвечает ему: «Каков будет конец? Тебя повесят, а меня снимут».

Сидит как-то Горбачев, грустный-грустный. Смотрит долго на свой портрет, висящий в его кабинете, и говорит: «Эх, Михал Сергеич! Скоро меня снимать будут...». Через десять минут опять: «Эх, Михал Сергеич! Скоро снимать меня будут...». И так повторяет несколько раз. И вдруг портрет заговорил: «Нет, Михал Сергеич, снимать будут не тебя, а меня. Тебя — вешать будут».

Руководитель Народного фронта Латвии приехал в Москву, встретился с Горбачевым и просит его: «Михаил Сергеевич, пожалуйста, предоставьте независимость нашей республике хотя бы на неделю. Вы увидите, каких успехов мы добьемся за эту неделю». — «Нет, что вы, это невозможно». — «Ну тогда хотя бы на день. Один-единственный день». — «И на день не могу». — «Ну а на час? На один-единственный час? Подумайте сами, это ведь не принесет никакого вреда». Горбачев подумал немного и согласился. Эстония начала отсчитывать первые минуты самостоятельной жизни. Через час Горбачев вызвал своего референта и спросил: «Ну, как там у них дела, в Эстонской ССР?». — «Михаил Сергеевич, Эстонской ССР больше не существует!» — «Как так?» — «В 17.00 вы предоставили им независимость. В 17.10 независимая Эстония объявила войну Финляндии, а в 17.40, когда финские корабли подошли к берегам Эстонии, капитулировала и сдалась финнам».

Горбачев делает доклад. Получает записку: «Говорите по-эстонски! Если не будете, то похитим Раису Максимовну». И похитили. Тогда Горбачев заявил: «Если не вернете Раису Максимовну, вся Сибирь заговорит по-эстонски!».

Горбачев выступает в одном из сибирских городов перед местными журналистами. Вопрос: «Скажите, Михаил Сергеевич, когда мы будем жить так, как живут в Прибалтике?» — «Так, как живут в Прибалтике, вы никогда жить не будете, но я обещаю, что скоро в Прибалтике будут жить так, как вы сейчас».