Борьба с космополитизмом и антисемитизм

Президент Гвинеи Секу Туре с визитом у Хрущева. Хрущев: «Скажите, г-н президент, есть ли в вашей стране евреи?» — «Было несколько, но сейчас уже нет. Мы их съели. А у вас их много?» — «Более двух миллионов. — «А всего у вас населения?» — «Более двухсот миллионов. — «Почему же вы их между собой не разделите и не съедите?» — «Видите ли, мы их не перевариваем». В семидесятые годы возник сходный анекдот о Брежневе и Иди Амине.

Одного еврея спрашивают: «Почему вы такой оптимист?» — «Вся история моего народа учит нас оптимизму». — «Такая печальная?» — «Почему печальная?.. Были египетские фараоны и евреи. Фараонов нет, евреи остались. Были древние вавилоняне и евреи. Вавилона нет, а евреи остались. Были древние греки и евреи. Греков тех нет, а евреи остались. Были древние римляне и евреи. Древний Рим исчез, а евреи остались. Была инквизиция и евреи. Инквизиции нет, а евреи остались. Был царизм и евреи. Царской России нет, а евреи остались. Был Гитлер и евреи. Гитлера нет, а евреи остались. Был Сталин и евреи. И Сталина уже нет, а евреи остались. Был Насер и евреи. И Насера не стало, а евреи живут. Теперь есть мировой коммунизм и евреи». — «На что это вы намекаете?» — «Ни на что. Просто мы вышли в финал».

На экзамене на филфак МГУ (Московского университета) еврею-абитуриенту задают вопрос, с целью «завалить»: «Как вы объясняете, что Лев Толстой, по его словам помнил себя с сорокадневного возраста?» — «Что тут удивительного? Я помню себя почти с семидневного возраста». — «И что вы помните?» — «Помню, как пришел старик-еврей с длинной бородой и отрезал мне возможность поступить в университет».

Ярко выраженный еврей меняет паспорт в отделении милиции. В паспорте написано: Иван Водопроводов. «А где вы жили раньше?» — спрашивает начальник паспортного стола. «В Германии». — «А как вы там звались?» — «Иоганн Шприц». — «А раньше?» — «Во Франции». — «А там как вы звались?» — «Жан Фонтан». — «А раньше?» — «В Бердичеве». — «А там?» — «Янкл Пишер».

Человек приходит в паспортный отдел и говорит, что хочет сменить фамилию. «Какую фамилию вы хотите взять?» — «Иванов». — «А какая фамилия у вас сейчас?» — «Петров». — «Но зачем вам это нужно?!» — «А вдруг у меня где-нибудь спросят, какая фамилия у меня была раньше?»

Бывший секретарь Ленинградского обкома Толстиков сослан был послом Советского Союза в Китай. Сходя с трапа самолета и увидев пришедших его встречать китайцев, он процедил: «Что, жидяры, прищурились?!». Китайцы, говорят, сказали: «Толстиков, а посол ты...».

У магазина большая очередь. Обещали привезти черную икру. Вдруг объявляют: «Евреям икра отпускаться не будет». Евреи уходят. Через пару часов объявляют: «Икра будет отпускаться только членам партии». Беспартийные уходят. Еще через пару часов объявляют: «Икры мало. Будет отпускаться только старым большевикам с партийным стажем не менее двадцати лет». Остаются только старые партийцы. Под вечер объявляют: «Товарищи, икры сегодня не будет». Очередь расходится, ворча: «Опять жидам повезло!».

«Внимание, внимание! Работают все радиостанции Советского Союза. Сегодня в Советском Союзе успешно запущен космический корабль нового типа. Корабль пилотирует полковник Рабинович Соломон Мордухович. После того как корабль превысил вторую космическую скорость*, последняя ступень ракеты-носителя была отделена от корабля. Полковник Рабинович сообщает, что чувствует себя хорошо, как никогда».

Вовочка приходит домой: «Мама, я решил жениться». — «Давно пора! И кого же ты выбрал?» — «Борьку из шестого подъезда». — «Сынок, но на Боре жениться нельзя!» — «Но ведь я люблю его!» — «Сынок, я тебе категорически запрещаю жениться на Боре!» — «Но почему же, мамочка?» — «Ты разве забыл, что Боря — еврей?!»

Картер беседует с Брежневым. В ходе беседы он спрашивает: «Скажите, а как у вас в Советском Союзе живут евреи?». Брежнев не отвечает, пытается перевести разговор на другую тему, но Картер вновь спрашивает его: «Так как же у вас обстоят дела с еврейским вопросом?». Брежнев вновь уходит от ответа, но Картер настаивает: «И все-таки, как же у вас живут евреи?» — «Ну что вы одно и то же: евреи, евреи... Я ведь не спрашиваю, как у вас индейцы живут».