Сексот и доносчик

«Милые младшие школьники! Пусть родители вам расскажут самые лучшие сказочки — “Малая Земля”, “Возрождение”, “Целина”. А кому не расскажут, те дети пусть напишут: телелевидение, отдел Кегебеведейка»*.

Детская радиопередача: «Дорогой маленький дружок! Приближается большое событие в жизни всего нашего народа — скоро в Москве откроется очередной, XV съезд КПСС. Напиши нам, что говорят по этому поводу твои мама и папа, бабушка и дедушка, знакомые дяди и тети. Пиши нам по адресу: Ленинград, Литейный проспект, дом 4».

Вернувшихся из России часто спрашивают: «Правда ли, что в Советской России ГПУ следит абсолютно за всеми?». Ответы всегда противоречивые, но сами русские рассказывают следующую историю: однажды житель Москвы решил устроить вечеринку в своем доме, чтобы отпраздновать десятую годовщину свадьбы. Для того чтобы избежать подозрений, он составил список предлагаемых гостей и, принеся его в ГПУ, сказал: «Товарищ инспектор, я планирую устроить вечеринку в моем доме завтра ночью. Но для того, чтобы вы не заподозрили в этом контрреволюционный заговор, я принес вам список моих гостей. Чтобы убедить вас в моих благих намерениях, я приглашаю вас или любого из ваших сотрудников прийти на вечеринку в качестве моего гостя». Сотрудник ГПУпросмотрел список и сказал: «Товарищ, ваше приглашение не требуется. У вас уже есть восемь наших людей в списке».

«Как ты хорошо выглядишь, тебе на вид можно дать 25 лет». — «Нет мне уже сорок». — «Не может быть». — «Уверяю тебя, что мне 40». — «А я больше 25 не дам». — «А я говорю 40». — «А я говорю 25». — «Ну тогда ты мне много даешь». — «Да ты же сам сказал, что тебе 40». — «Это я пошутил. Я очень молодой человек». — «Ну вот я и говорю, что тебе 25». — «Э… э... да ничего подобного, мне Губсуд дал 10 и то условно».

Расходятся гости. Было рассказано много анекдотов, читались басни Масса и Эрдмана*. Хозяйка (кокетничая): «А сколько вы мне дадите лет, Михаил Андреевич? Лет двадцать пять?». Сексот: «Ну что вы! От пяти до десяти, не больше. И не я дам, а следователь».

Некая важная международная комиссия неожиданно нагрянула в лагерь. Зэков спешно переодели в пионерские формы и провели инструкцию, как себя вести. Комиссия входит на территорию. «Говорят, здесь у вас лагерь?» — спрашивают члены комиссии зэков. «Да, верно, здесь пионерский лагерь». — «Сколько же вам здесь лет?» — «Да по-разному: кому 8, кому 10, кому 13. Мне вот, например, 15». — «Странно. Я бы вам дал больше». — «А больше не дают». — «А кто это там на вышке с автоматом стоит?» — «А это наш комсорг».

Ревизор в учреждении. Ему всех представляют: «Эта нумерует входящие бумаги. Этот ставит печати на исходящие. А эта стучит...» — «На пишущей машинке?» — «Можно и на машинке, можно и пером, какая разница? Стукачка она у нас...»

Полночь. Два советских гражданина по диагонали идут через обширную и пустынную Красную площадь. Один из них глубоко вздыхает. «Ш-ш-ш!» — произнес другой, приложив палец к губам. «Но в чем дело? Во-первых я ничего не сказал. Во-вторых, здесь никого нет, кроме меня и вас». — «Разве вы не знаете, — ответил его спутник, — что всякий раз, когда двое русских собираются вместе, один из них обязательно будет агентом НКВД?»

Армянское радио «В чем состоят основные законы марксистской диалектики?» — «Первый: количество переходит в стукачество. Второй: битье определяет сознание».

В тюремной камере. «За что сидишь?» — «Рассказал анекдот». — «А ты?» — «Слушал анекдот». — «А ты?» — «За лень посадили!» — «???» — «Был я на вечеринке, а там один рассказал политический анекдот. Иду домой и думаю: сейчас, что ли, пойти донести или завтра утром? Ладно, думаю, утром успеется. Ночью забрали!»

Сидят двое в тюрьме. Знакомятся: «За что ты здесь?» — «За то, что ленивый». — «??» — «Надо было неделю назад на соседа анонимку написать в НКВД, а я все откладывал. Как видишь, он меня опередил».

Идет концерт симфонического оркестра. Лаврентий Берия сидит в зале в первом ряду. После концерта подходит к дирижеру и говорит: «Все артисты самоотверженно работают, вот только тот, что с бубном — стукнет раз-другой и сачкует…». — «Понимаете, Лаврентий Павловичу, так нужно. Он выполняет все согласно нотам». — «Нет, не так! Стучать чаще надо! Понятно?»

Идеологическая комиссия присутствует на генеральной репетиции новой симфонии. После репетиции дирижер подходит к начальнику комиссии и спрашивает: «Ну, как вам понравилась постановка?» — «Музыка ничего, неплохая. Вот только почему этот барабанщик у вас так мало стучит? Деньги-то он, наверное, наравне со всеми остальными получает». — «Но, поймите, у него же партия такая...» — «Партия у нас одна. А стучать обязаны все».

В одном из днепропетровских трамваев ехали два человека. «Проклятая работа, — сказал первый, — следить за каждым шагом этого врага народа». — «Тише! — говорит другой. — Мне в НКВД поручили следить за тобой». — «Замолчите! — говорит водитель трамвая. — Я все время слежу за вами обоими и вижу, что вы оба фашисты. Сейчас отдам вас в НКВД». — «Слушай, товарищ! Помилуй! У нас маленькие дети. Не делай их сиротами», — заголосили оба вместе. «Не могу, — говорит водитель. — Я бы не делал этого, но за мной следит главный машинист».

Стоят два подвыпивших мужика в трамвае, и один говорит другому: «Ты знаешь, чем Брежнев отличается от Ленина?» — «Знаю, Ленин был умный, а Брежнев — дурак-дураком». — «А знаешь, чем ты отличаешься от вон того пассажира?» — «Чем?» — «Он сейчас поедет куда ему нужно, а ты пойдешь со мной», — мужик отворачивает лацкан своего пиджака. «А знаешь, чем ты отличаешься от меня?» — «Чем?» — «А ничем!» — второй мужик также показывает отворот лацкана пиджака.

Двое в ресторане. «Ты знаешь разницу между Брежневым и Швейком?» — «Нет, не знаю». — «Швейк умненький, а строит дурачка, а Брежнев — наоборот». — «А вы знаете разницу между вами и официантом?» — «Нет». — «Официант останется здесь, а вы пойдете со мной» (показывает удостоверение КГБ). — «А вы знаете разницу между нами?» — «Нет». — «И я нет» (показывает такое же удостоверение КГБ).

Встретились два давнишних приятеля. «Ты чем занимаешься?» — спрашивает один. «Я пишу оперу». — «Молодец! Я знал, что ты выбьешься в люди, станешь большим и интеллигентным человеком. Слушай, а меня ты можешь прославить? Что-нибудь написать?» — «Могу. Опер велел про всех писать».

Кончилась Гражданская война. Парень — в армии, бабушка его — в сибирской деревне. Письмо бабушки внуку: «Надо сажать картошку, но некому вскопать огород, мужчин нету». Письмо внука бабушке: «Поосторожнее с огородом, зарыт ящик оружия еще с партизанских времен». Письмо бабушки внуку: «Приходили из ЧК, изрыли весь огород, оружия не нашли». Письмо внука бабушке: «Про оружие соврал, чтобы перекопали, письма вскрывают, читают. Это был верный расчет, теперь можешь сажать картошку». Бабушка внуку: «Картошку-то я посажу. А вот как бы не посадили...»

Одинокий старик жалуется другу: «Разболелся я. Не могу ни огород вскопать, ни дров нарубить». — «Ладно, я постараюсь тебе помочь». Звонит в КГБ: «У Иванова в огороде валюта закопана, а в дровах самиздат в микрофильмах запрятан». — «Откуда это вам стало известно?» — «Сам рассказал мне». — «Где он живет?» — «Сообщаю адрес...» На следующий день друзья встречаются снова. «Спасибо, друг! Уже и огород вскопали, и дрова порубили».

Москва. У посольства стоит американская машина дорогой марки, последнего выпуска. Подходят с разных сторон два пешехода, невольно останавливаются. У одного вырвалось: «Замечательная заграничная машина!». Он тут же впадает в панику. Пытается исправить свою оплошность: «Замечательная советская машина. Думаю, она советская. Да, да, скорее всего. Конечно!» — «Вы что, не можете с первого взгляда отличить американский автомобиль от советского?» — «Я не могу с первого взгляда отличить сексота от порядочного человека».

В зоопарке произошло чрезвычайное проишествие. Звери голодали, и поэтому послали свою делегацию в правительство. По дороге их всех задержало НКВД и начало допрашивать. Первым вызвали осла. «Что тебя побудило подвергнуться вражеской агитации?» — «Видите ли, товарищи, голод... или, как говорят, трудности роста... Знаете, есть нечего. Хотим, чтобы немного добавили». — «А что ты делаешь в зоопарке?» — «Распределяю продовольствие жителям зоопарка, прибираю, и вообще к вашим услугам...» — «Добавить ему паек и прикрепить к закрытому распределителю НКВД», — сказал начальник НКВД. Веселый и довольный, отправился осел в зоопарк. Вторым пошел на допрос медведь. «А что ты делаешь в зоопарке, что хочешь увеличения пайка?» — «Я сижу в клетке целыми днями и качаю бревно». — «Ничего с тобой не станется. У нас миллионы молча качают бревна, а ты расхныкался». Лиса и Обезьяна зашли вместе. «Чего ты хочешь?» — спросили обезьяну. «Я хочу иметь увеличенный паек». — «А что ты там делаешь?» — «Я целыми днями изображаю людей». — «Ничего. Работай и дальше. Ты не заслуженная артистка республики. Можешь прожить и на то, что получаешь...» — «А что ты делаешь в зоопарке?» — спросили лису. «У меня много работы. Целыми днями бегаю по зоопарку, то подсматриваю, то подслушиваю разговоры обитателей и посетителей, и доношу...» — «Твоя работа полезна. Прикрепить к столовой И.Т.Р.».