КГБ

В КГБ партсобрание. Секретарь парткома выступает с пламенной речью: мол, в разгар перестройки, гласности, плюрализма не нужно бояться самых острых вопросов... Молодой лейтенантик внял призыву: «Товарищи! Надоело молчать, в самом деле! До каких пор жена и теща генерала будут использовать служебную машину для поездок по магазинам?!» На следующий день генерал вызывает лейтенанта: «Мне очень понравилось ваше вчерашнее выступление. Вы явно заслуживаете повышения по службе, и мы решили послать вас в Ирак, будете там нашим резидентом». — «Но я не могу, у меня тут молодая жена!.. Да и языка я тамошнего не знаю!» — «О, об этом не беспокойтесь. По легенде вы будете глухонемым, и язык мы вам вырежем еще здесь...»

Кагебешники получили донесение, что в небольшой городок с утра должен прибыть шпион. Капитан Н. поймал его через два часа после прибытия. Каким образом? Ждал в единственном городском писсуаре. Наконец один из посетителей вымыл руки не только после (это еще понятно), но и до. Капитан его арестовал. И не ошибся.

В Англии поймали крупного советского шпиона. Представитель «Интеллидженс сервис» отвечает корреспондентам: «Мы поставили своих агентов возле уборных и брали на заметку всех, застегивавших пуговицы на ходу. Остальное — профессиональная тайна».

Установили в стране президентскую власть. Мальчик спрашивает отца: «А кто такой президент?». — «Президент — это человек, который руководит всеми. Вот я, допустим, — президент семьи». — «А мать?» — «Мать — министр финансов». — «А бабка?» — «Бабка — КГБ». — «А я?» — «А ты — народ». На другой день сын звонит отцу на работу: «К матери пришел другой президент, КГБ спит, а народ волнуется».

«Папа! А зачем партия, правительство, комсомол и профсоюзы?» — «Ну, партия — это как отец. Правительство вроде мать, комсомол — твой старший брат, а профсоюз — сестра». Через некоторое время: «Папа! А почему, когда партия трахает правительство, комсомол спит, а профсоюз молчит?».

«Мама, что такое “рабочий класс”?» — «Ну, это как я — на работе восемь часов и еще дома — убираю, готовлю, глажу, стираю…» — «А что такое “партия”?» — «Ну, это как папа: пришел с работы — и на диван с газетой или к телевизору, и только понукает да поторапливает». — «А что такое “профсоюз”?» — «Это как наша бабушка: ни во что не вмешивается, только нас с папой мирит…» Настала ночь, родители стали заниматься любовью, а ребенок увидел и говорит: «Партия е[бет] рабочий класс, а профсоюзы не вмешиваются».

«Папа, что такое “президент”, “закон”, “профсоюз” и “народные массы”?» — спросил сын. «Я отвечу тебе на примере нашей семьи: я — президент, мама — закон, бабушка — профсоюзы, а вы с Аленкой — народные массы». Через два дня сын звонит отцу на работу и говорит: «Папа, к нам пришел новый президент, лег на закон, профсоюзы спят, а народные массы волнуются».

1966 год. Совещание в ООН по поводу положения в Чехословакии. Агенты КГБ заранее проникли в зал заседаний и разложили по всем креслам кнопки с надписью «Сделано в СССР». Участники заседания входят в зал и начинают рассаживаться по местам. Садится на кнопку англичанин, вскакивает, читает надпись на кнопке и ругается: «Черт бы побрал эти происки коммунистов!». Садится русский, вскакивает, читает надпись и ругается: «Вот идиоты наши, опять все перепутали». Садится чех, вскакивает, читает надпись и со словами «Ой, извините!» вновь садится на кнопку.

Никсон сел на кнопку, которая лежала на сидении стула острием вверх. «Советская?» Скривился, выбросил ее в корзину для бумаг. Косыгин сел на кнопку. «Советская?» Хозяйственно спрятал в карман. Гусак, первый секретарь ЦК партии Чехословакии, сел на кнопку. «Советская?» Положил ее обратно на то же место тем же манером и покорно сел на нее задом.

Некий русский человек часто получал из Израиля посылки с богатыми подарками. Однажды его вызвали из КГБ и спросили: «Какие у вас, русского, могут быть связи с Израилем? Кто присылает вам оттуда посылки?» — «Видите ли, дело в том, что в годы оккупации на Украине я прятал в погребе трех еврейских детей, спасшихся от расстрела. Теперь они все выросли, уехали в Израиль и присылают мне подарки». — «Мы вас понимаем, но все-таки считаем ваше поведение непатриотичным. У вас очень скверные связи. Вы бы хоть о своем будущем подумали, о ваших детях». — «Вот я и думаю. Сейчас у меня в погребе прячутся четыре китайца».

Одного еврея вызвали в КГБ. «Нам стало известно, что вы изучаете иврит. Вы что, собираетесь в Израиль?» — «Вовсе нет. Но я прочитал в Священном Писании, что в раю говорят на иврите». — «А почему вы считаете, что попадете в рай, а не в ад?» — «А русский для ада я уже давно выучил...»

В 1970 году человек все время пишет письма на имя Ленина. Просит отремонтировать в доме крышу, освободить зятя, который сел за хищения, заасфальтировать яму перед подъездом. Его вызывают. «Вы что, Абрамович? Кому пишете? Он же давным-давно умер». — «Как вам давать квартиры и дачи, так он вечно живой. А как мне что-то сделать, так умер, да?»

Одесса, три часа утра. В дверь звонят. «Кто там?» — спрашивает Рабинович. «Почтальон». Рабинович решается открыть дверь. Заходят двое из КГБ. «Рабинович, сколько у тебя денег?» — «Денег?.. У меня в доме четыре тысячи рублей...» — «Откуда у тебя столько?» — «А какая вам разница? Накопил... Я собираюсь уезжать в Израиль». — «Как! Ты хочешь покинуть страну социализма?.. Почему?» — «Говорят, что в Израиле почтальон никогда не приходит ночью!»