Украина и украинцы

В Харькове напротив дома НКВД строился оперный театр. При допросах арестованных следователь охотно показывал в окно пальцем на новостройку и кричал: «Вон строится опера, а ты пока сидишь в драме, которая для тебя может легко обернуться в трагедию!».

Во время празднеств по поводу трехсотлетия воссоединения Украины с Россией появился Богдан Хмельницкий и заявил: «Триста лет назад я объединил Украину с Россией. Это было большой политической ошибкой. Украина должна получить независимость! И немедленно!». На него закричали: «Вы сошли с ума!». — «Да, — ответил Богдан Хмельницкий. — Я сошел с ума еще тогда».

На величественно красивых склонах Днепра, где, утопая в зелени, сверкают купола Софии и Лавры, где красуется Владимир, возвышается огромная стальная уродливая «баба». Народ прозвал ее «Леонидовна». Говорят, что когда ее установили, то во всем Киеве исчезла в аптеках вата, так как у нее начались месячные.

Мужик отсутствовал шесть суток. Приходит на работу, а приятель спрашивает: «Где ты пропадал?». — «На бабе». — «Что же ты с ней делал шесть суток?» — «Три дня залазил, три дня слазил». — «Где же ты такую бабу нашел?» — «На Мамаевом кургане».

«Тарас, ты вчера смотрел на Крещатике парад в честь шестидесятилетия Октября?» — «Конечно». — «И в какую сторону шли?» — «Впервые в сторону Днепра». — «Так я и знал: значит, предыдущие пятьдесят лет шли не в ту сторону».

Собрание в сельсовете. Председатель: «Слова просит бывший бендеровец Панас Головко». Крики с мест: «Нет! Бендеровцу слова не давать!..». Председатель: «Но он хочет выступить на экологическую тему». — «Тогда пусть говорит!» Панас Головко: «Хлопцы, берегите леса! Они нам еще пригодятся!»

В сентябре 1939 года 13-миллионное население западных областей Украины и Белоруссии «с великой радостью встретило своих освободителей» от национального и социального гнета. Никто не сомневается, что «братская семья» будет и дальше расширяться. И в то же время рождаются новые анекдоты, лучше отражающие жизненную истину, чем тысячи митингов и резолюций. Ходивший в эти дни по Москве анекдот о президенте Литвы, который торопился переименовать Каунас* в «Покаунас», ясно указывал на судьбу, ожидающую страны Прибалтики.

Один немец — педант, два немца — пивная, три немца — война. Один англичанин — невежда, два англичанина — спортивный матч, три англичанина — великая морская держава. Один испанец — нищий, два испанца — бой быков, три испанца — отступление. Один француз — галантный человек, два француза — ссора, три француза — брак. Один русский — гений, два русских — беспорядок, три русских — хаос. Один еврей — старьевщик, два еврея — банк, три еврея — газета.

Характеристика национальностей. Один грузин — чистильщик ботинок; два грузина — лезгинка; три грузина — ЦК. Один еврей — спекулянт; два еврея — трест; три еврея — оппозиция. Один украинец — украинизация; два украинца — гопак; три украинца — погром. Один русский — дурак; два русских — два дурака; три русских — три дурака.

Один русский — пьяница; два русских — драка; десять русских — очередь в шинок (шалман); много русских — фронт; один еврей — лауреат; два еврея — блат; десять евреев — наркомат; много евреев — тыл.

Один еврей — лавка. Два еврея — блат. Три еврея — наркомат. Четыре еврея — крепкий тыл страны. Один Иван — пьян. Два Ивана — драка. Три Ивана — строительство Беломорканала. Четыре Ивана — передний край.

Один англичанин — джентльмен, два — спорт, три — парламент. Один француз — любовник, два француза — дуэль, три — революция. Один еврей — торговля, два — шахматный турнир, три — симфонический оркестр. Один русский — маленькая пьянка. Два русских — средняя пьянка. Три русских — большая пьянка.

На вокзале стоитавтомат с надписью: «Кинь десять копеек и получи билет на перрон». Подходит еврей: «А... десять копеек... Может, и за пять получится», — и кидает пять копеек. Ничего не происходит. Подождал-подождал, билета нет — кинул еще пять копеек. Билета нет. Подходит украинец, кидает десять копеек и достает билет. «Это не автомат, а настоящий юдофоб!» — кричит обиженный еврей.

Во время войны позвали на призывной пункт райвоенкомата всех, кто подлежал мобилизации в советскую армию. К столу подошли три человека разных национальностей. Первым обратился к комиссару русский солдат и говорит: «Ну что же, воевать так воевать! Пишите на передовую!». Вторым подошел украиец и говорит комиссару: «Ну что ж, воевать так воевать! Пишите в обоз, на последнюю подводу!». Третьим подошел еврейчик и говорит: «Ну что ж, воевать так воевать! Пишите в санчасть, только поглубже в тыл...».

В аду. Первый котел плотно закрыт тяжелой крышкой, заперт на замок. Дежурный черт объясняет: «Китайцы. Один взбунтуется — и все взбунтуются тоже. Откроешь крышку, лозунги выкрикивают... плещутся кипятком...» Второй котел затянут сеткой. «Евреи. Вообще-то они смирные. Но один вылезет — и вытащит всех других». Третий котел открыт. «Русские. Можно не охранять. Один высунется, другие стаскивают вниз».

Картины ада. У первого котла с кипящей смолой никакой охраны. Один выскочил оттуда и побежал. Черт: «Это русские. В крайнем случае один выскочит за поллитровкой и дальше как миленький терпеть будет». Убежавший вернулся и — бултых обратно. У второго котла тоже нет охраны. Черт: «Это украинцы. Они бы и рады смыться, да куда там! Вот Грицько лезет (появляется голова и исчезает, потом другая и тоже исчезает), а его Тарас не пускает. А вот Тарас полез, а его Грицько топит!». У третьего котла тоже нет охраны. Видны макушки голов рядами. Черт: «Это немцы. Им сказано “Штильгештанден”, и они вечно будут стоять по стойке смирно». Четвертый котел окружен несколькими рядами колючей проволоки и сторожевыми вышками с пулеметами и прожекторами. Между рядами бегают собаки. Над котлом кружит патрульный вертолет. Черт поясняет: «Это евреи. Не дай бог, один убежит: всех за собой потащит!».

Решили зверям в зоопарке дать национальность. «Горилла? Пусть будет украинец. Похоже на украинскую фамилию. Чибис? Эстонец. Похоже на эстонскую фамилию. Орангутанг? Немец. Слон? Еврей». — «Похоже на еврейскую фамилию?» — «Да нет. Нос большой».

«Какой я национальности? Даже не знаю, что отвечать. Ботвинник представляет за шахматной доской Россию. Ойстрах — гордость русской музыкальной школы. Новак — былинный русский богатырь. Каганович — славный сын украинского народа. Гейне — великий германский поэт. Дизраэли — знаменитый политический деятель Англии. Вот и скажите — кто же я по национальности?»