Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович

Чиновник Министерства иностранных дел докладывает Сталину о разногласиях с западными демократиями. Возмущенный диктатор замечает: «Я сделал все возможное, я протянул им свою руку, чего же они ждут?» — «Они ждут, когда вы протянете ноги».

Вышинский, в присутствии Сталина, разговаривает по прямому проводу с Ачесоном. «Нет... нет... нет... нет... нет... нет...» — говорит Вышинский и внезапно добавляет: «Да!» — «Что значит “Да”? Ты зачем сказал Ачесону “Да?”». — «А он это меня спросил, хорошо ли я его слышу!»

За неделю до Рождества в Восточной Германии рабочим было объявлено, что обычные рождественские премии отменяются, так как это были лишь «подачки, оскорблявшие достоинство рабочих». На следующий же день рабочих согнали на собрание, где их призывали «отработать сверхурочно по десять часов на подарок тов. Сталину ко дню его рождения». Рабочие отказались, мотивируя так: «Мы не хотим тем же способом обидеть самого великого рабочего — Сталина».

«Будьте уверены, — предсказывал один коммунист, — что со временем люди привыкнут праздновать Рождество не 24, а 21 декабря — в день рождения Сталина». Ему ответили: «Позвольте усомниться в вашем прогнозе. Именно на долгое время людям трудно будет привыкнуть к тому, что Дед Мороз не приносит, а забирает подарки».

Рокоссовского назначили военным министром Польши. В связи с этим он явился к Сталину: «Товарищ Сталин, прошу вас, отмените мое назначение». Сталин удивленно: «Почему?». — «Не хочу менять советского мундира на польский». — «Ах, дурак ты, дурак, мне же дешевле на тебя одного надеть польский мундир, чем всю польскую армию одевать в советские мундиры».

Старушка в польской деревне смотрит на два огромных портрета Сталина и Молотова и спрашивает прохожего: «Кто эти люди?». Прохожий оказался коммунистом: «Это наши освободители! Они освободили нас от немцев». Старушка, с уважением: «А... хорошие люди, очень хорошие люди. А не могли бы они нас освободить теперь от Советов?».

Один гуцул прибыл во Львов и увидел там большой памятник, изображавший каких-то солдат. Он был неграмотный, и поэтому не мог прочитать, что там написано, но очень хотел узнать, кому поставлен такой памятник. И вот приблизился какой-то человек, и гуцул его спрашивает: «Скажите, пожалуйста, кому этот памятник поставлен?» — «Он поставлен тем, кто первый раз освободил нас в 1939 году, а второй в 1944 году...» — «Вот если бы они еще освободили нас от коммунизма, то мы бы им три таких памятника поставили бы».

Крестьянин, в течении долго времени не бывавший в Праге, приехал в столицу навестить своих трех теток. Он вежливо спросил полицейского: «Как пройти на улицу маршала Фоша?» — «Третья улица налево! — строго ответил полицейский. — Но она называется теперь улицей маршала Сталина!» Посетив первую тетку, крестьянин решил отыскать вторую и спросил другого полицейского, где находится Подебрадская улица. (Подебрад — чешский генерал.) «Мало вас, фашистов, вешали!» — мрачно ответил полицейский, бывший партизан. — Пора уже знать, что эта улица называется улицей маршала Конева! Вот она — напротив!» Третья тетка крестьянина жила на берегу Влтавы. И снова он обратился за указанием к полицейскому, но, умудренный опытом, спросил блюстителя порядка: «Скажите, пожалуйста, как пройти к Волге?»*.

Венгерский крестьянин приехал в Будапешт и спрашивает нужный ему адрес у полицейского. Тот объясняет: «Пойдешь сейчас улицей Ленина, потом свернешь на улицу Ворошилова, потом через площадь Берии свернешь на набережную Молотова и так дойдешь до площади Сталина». Пораженный крестьянин благодарит и отходит. Через некоторое время этот полицейский идет по мосту через Дунай и вдруг замечает, что крестьянин стоит на мосту и задумчиво смотрит на воду. «Чего же ты стоишь здесь?» — «Да я вот дивлюсь, какой широкой в Будапеште стала Москва-река...»

Пожилая русская дама говорит киевскому профессору: «Как, профессор, вам не стыдно воспитывать вашу дочку на таком языке [украинском]! Что за имя вы ей придумали: “Леся!”» — «Но это совсем просто, мадам! “Леся” значит — Ленин, Сталин, и я».

Приехал американский президент в нашу страну и решил посмотреть на наших кавказских долгожителей. Привезли его в Абхазию и приводят в дом к старому абхазцу. Сидят они, беседуют. «Скажите, уважаемый, ведь вы, наверное, и русского царя помните? — «О чем говоришь, конечно помню!» — «Скажите, а когда вам лучше жилось: при царе или сейчас? — «Конечно, при царе!» — «Ну а почему же вам при царе лучше жилось? — «Глупый вопрос задаешь! У меня при царе хуй стоял!»

На фронте комиссар орет: «За Советскую Родину!», «За любимого Сталина!», и солдаты бросаются в атаку. Только один солдат — еврей — спрятался в кусты. После атаки командир разыскал его и стал ругать: подлец, мерзавец, трус! Еврей (про себя): «Лучше быть пять минут трусом, чем всю жизнь мертвецом».

Борьба в СССР евреев и русских. Евреи (поскольку у русских предположительно больше орденов) добились, чтобы отменили выплату денег за ордена, а также бесплатный проезд для орденоносцев. Русские думали, думали. Поскольку у евреев предположительно больше денег, провели денежную реформу. Но тут же евреи нанесли русским чувствительный контрудар. Организовали повышение цен на водку. Теперь русские собираются настоять на отмене Сталинских премий по науке и технике.

Борьба в СССР евреев и русских. Евреи (поскольку у русских предположительно больше орденов) добились, чтобы отменили выплату денег за ордена, а также бесплатный проезд для орденоносцев. Русские думали, думали. Поскольку у евреев предположительно больше денег, провели денежную реформу. Но тут же евреи нанесли русским чувствительный контрудар. Организовали повышение цен на водку. Теперь русские собираются настоять на отмене Сталинских премий по науке и технике.

Борьба в СССР евреев и русских. Евреи (поскольку у русских предположительно больше орденов) добились, чтобы отменили выплату денег за ордена, а также бесплатный проезд для орденоносцев. Русские думали, думали. Поскольку у евреев предположительно больше денег, провели денежную реформу. Но тут же евреи нанесли русским чувствительный контрудар. Организовали повышение цен на водку. Теперь русские собираются настоять на отмене Сталинских премий по науке и технике.

Одного еврея спрашивают: «Почему вы такой оптимист?» — «Вся история моего народа учит нас оптимизму». — «Такая печальная?» — «Почему печальная?.. Были египетские фараоны и евреи. Фараонов нет, евреи остались. Были древние вавилоняне и евреи. Вавилона нет, а евреи остались. Были древние греки и евреи. Греков тех нет, а евреи остались. Были древние римляне и евреи. Древний Рим исчез, а евреи остались. Была инквизиция и евреи. Инквизиции нет, а евреи остались. Был царизм и евреи. Царской России нет, а евреи остались. Был Гитлер и евреи. Гитлера нет, а евреи остались. Был Сталин и евреи. И Сталина уже нет, а евреи остались. Был Насер и евреи. И Насера не стало, а евреи живут. Теперь есть мировой коммунизм и евреи». — «На что это вы намекаете?» — «Ни на что. Просто мы вышли в финал».

На экзамене по новейшей истории. Экзаменатор: «Чем знаменит Кутузов?». Слушатель: «Кутузов заманил войска Наполеона в глубь России, дождался морозов и разгромил их». Экзаменатор: «Чем обессмертил себя Сталин как полководец?». Слушатель: «Сталин заманил немцев к Волге, дождался зимы и разгромил их». Экзаменатор: «Чем замечателен Насер как стратег?». Слушатель: «Насер заманил израильтян к Суэцу и ждет морозов».