Председатель колхоза

На съезд КПСС поехал председатель колхоза. Потом рассказывает бригадиру: «Больше там мне понравился фуршет». — «А что это такое?» — «Помнишь, когда мы ехали с областного совещания, заехали в лесок и разложили выпивку и закусь прямо на капоте “уазика”? Вот и там такое же, только все на столах».

Два брата — колхозники. В войну один пошел в партизаны, другой — в полицаи. После войны первый остался рядовым колхозником, а второй, отбыв срок, пошел вверх: звеньевой, председатель, депутат... загранпоездка. Первый: «Почему тебе все так легко дается?». Второй: «Все очень просто. Что ты пишешь обо мне в своих анкетах?» — «Что у меня брат — полицай». — «А я, что у меня брат — партизан».

На собрании предколхоза объявляет о награждении лучших ударников. Одну доярку наградили радиоприемником, другой дали граммофон, третьей — велосипед. Все аплодируют, доярки счастливы. Предколхоза поднимается и особо торжественно объявляет: «А теперь, товарищи, наградим нашу самую лучшую ударницу, которая есть политически сознательная, работала без праздников и выходных, поставила рекорд по выкормке поросят; она есть пример для всех остальных. Наградим нашу свинарку Дарью… (тут голос председателя задрожал) сборником сочинений тов. Сталина!». Собрание замерло. Голос сзади: «Так ей, стерве, и надо».

На колхозном собрании вручают подарки за хорошую работу к 7 Ноября. «За отличную работу в поле товарищ Иванова премируется мешком зерна!» (Аплодисменты.) «За отличную работу на ферме товарищ Петрова премируется мешком картошки!» (Аплодисменты.) «За отличную общественную работу товарищ Сидорова премируется собранием сочинений Ленина!» (Смех, аплодисменты, возглас: «Так ей, бляди, и надо!»)

Премирование. «Директору завода мотоцикл. (Аплодисменты.) Главному инженеру радиола. (Аплодисменты.) Секретарю партийной организации собрание сочинений Маркса...» Ехидный голос из зала: «Так ему и надо».

Член ЦИК УССР, приехав в колхоз, не застал председателя. Оставил записку, что ему назавтра нужен транспорт — ехать в бригады. Резолюция на записке: «Пийдешь пешком. Председатель колхоза член ЦИК Полина Денисенко».

Один из колхозов Днепропетровщины сдал государству 1500 пудов хлеба. Советское государство должно «отоварить» этот хлеб промышленными товарами и направило в колхоз... две пары сапог. В колхозе было 160 трудоспособных колхозников. Вопрос: Кому управа колхоза должен дать эти сапоги? Ответ: Одну пару сапог дать председателю колхоза, чтобы было в чем ездить на районные совещания и сгонять людей к работе, а вторую пару — дать колхозном сторожу, чтобы сторожил общественную собственность.

На колхоз выделили одну пару сапог. Собрали по этому поводу колхозников. Выступает председатель: «Есть предложение выдать сапоги мне. Кто за это предложение?». Люди мнутся, поглядывают друг на друга. «Так. А кто против советской власти?»

В один из колхозов приезжает журналист, видит — у правления колхоза сидят три старца в глубокой задумчивости. «О чем думу думаете, дедушки?» — спрашивает журналист. Ему отвечают: «Когда рождается младенец, Бог спускается на землю, и если он поцелует младенца в лоб, то из него выйдет ученый, если в губы — певец, если в руки — художник, если в ноги — танцор… А мы вот сидим и все думаем: ну куда же он нашего председателя колхоза поцеловал?».

Председатель колхоза говорит: «У нас сегодня большая радость. Районное начальство выделило нам фанеру. Что будем делать: латать дыры в свинарнике или чинить крышу в коровнике?». Собрание долго думает, потом неожиданно встает один дед. «Давайте из этой фанеры построим аэроплан и улетим из колхоза к ядреной матери».

Приехал из Москвы в район представитель по молочному делу. Пошел он на молочную ферму проверять коров — подошли к одной корове, он спрашивает: «Эта корова что дает?». Председатель колхоза ответил: «Корова эта молоко дает». Подошли ко второй корове, представитель спрашивает: «А эта корова что дает?». — «Молоко», — сказал предколхоза. Подошли к третьей корове, представитель опять спросил: «Эта корова — что дает?». — «Молоко», — ответил председатель колхоза. А представитель из Москвы говорит: «А почему так, все молоко и молоко, а у нас в Москве больше спрос на сливки». Говорит предколхоза: «Корова сливок не может давать, сливки мы делаем из молока». — «А не можно ли сделать так, чтобы коровы давали сливки, с помощью скрещивания коров или каким иным способом?» — «Нет, товарищ, заставить природу делать по-нашему мы не в силах», — ответил ему предколхоза*.

Двадцатипятитысячник принимает вверенный ему колхоз. Ему поясняют: «Этот племенной бык осеменяет всех здешних коров. Кроме того, к нему приводят коров из соседних сел. «Безобразие! Я этот разврат прекращу раз и навсегда, — говорит новый председатель. — Сдать его на мясо в счет госпоставок».

Идет общее собрание колхоза «40 лет без урожая». Председатель правления: «Следующий вопрос повестки дня: надо купить корову и продать быка». — «А кто же корову покроет? Ты или я?» — «Ни ты, ни я, а всем колхозом! Далее, товарищи. В нашем колхозе много навоза, а в соседнем нет ни телеги. Дадим?» — «Хрен дадим! Сами съедим!» — «И последнее. В наш колхоз поступила премия: отрез на женский костюм и мужские сапоги. Так вот, мужские сапоги я предлагаю себе, а отрез на женский костюм — моей жене». — «А нам? А нам?» — «А хрен вам! Расходитесь по домам! Вы и так хороши!»

На собрании избирают председателя колхоза. Кричат: «Ивана Иваненко!». Тот поднялся, просится: «Люди добрые, я не смогу». — «Поможем!» — «Ребята, я очень пью, колхоз пропью». — «Поможем!» — «Я в тюрьму сяду…» — «Поможем!»

В некоем колхозе свинья родила двух поросят. Свинарка пошла к зоотехнику и сказала: «Свинья опоросилась. Принесла трех поросят». Зоотехник идет к начальнику фермы и говорит: «Свинья у нас принесла четырех поросят». Начальник фермы звонит председателю колхоза: «У нас тут свинья родила шесть поросят». Председатель колхоза звонит в райком партии: «У нас свинья родила восемь поросят». Работник райкома звонит в обком и говорит: «В одном из наших колхозов свинья родила десять поросят». Обкомовский инструктор звонит в Москву и сообщает: «В одном из колхозов нашей области свинья принесла двенадцать поросят. Что с ними делать будем?» — «Двенадцать поросят? Отлично! Два отправьте в спецраспределитель, остальных — труженикам области».

Колхоз по плану должен был дать четыре свиньи, а дал две. Райком рапортовал, что колхоз дал четыре, обком — что шесть, РСФСР — что двенадцать, СССР — что восемнадцать... Данные по передовому холхозу показали Брежневу. Брежнев порадовался. «Отлично. Ну, две свиньи на Кубу. А остальных — в открытую продажу для советских людей».

Председатель колхоза говорит на общем собрании колхозников: «Товарищи! Два года назад мы засеяли пшеницей 100 гектаров. Но долгоносик сожрал 50% зерна. В позапрошлом году мы засеяли пшеницей 150 гектаров. Долгоносик сожрал 70% урожая. В прошлом году мы засеяли уже 200 гектаров, но долгоносик сожрал 80% зерна. Предлагаю в этом году засеять пшеницей 300 гектаров! Пусть долгоносик подавится!».

На собрании колхозников. Председатель: «Я должен сообщить вам, товарищи, две новости: одну хорошую и одну плохую. Какую раньше сообщить?». Колхозники (кричат, шумят, наконец решают): «Давай сперва плохую». — «Так вот, синоптики предсказывают засуху. Поэтому придется есть одно дерьмо». — «Давай хорошую». — «Зато дерьма у нас много».

Один евангелист сидел, читал библию о пророке Ионе. К нему зашел председатель сельсовета коммунист. Вот он сел и слушал, что он читает. Евангелист прочитал слова: «И бьет в чреве три дня и три ночи». А коммунист спросил его: «А кого же он ибе и во что?». Евангелист бросил читать и сказал председателю сельрады: «Ну и умный ты!»*.

В правление колхоза вошел председатель. Ему очень не понравилась атмосфера в помещении — шум, грязь и табачный дым. «Е[б] вашу мать! — заорал он, перекрывая другие голоса. — Во что вы правление превратили, [еб] вашу мать! У вас здесь знаете, чего?! Бабы, выйдите! (Бабы вышли.) У вас здесь, если хочете знать, хавос!»

В село приехал певец из областной филармонии. «Какое у вас впечатление о нашем клубе?» — спрашивает председатель колхоза. «Все нормально. Здание хорошее, много наглядной агитации, вот только резонанса нет». — «Неужели?» — «К сожалению». — «Но в прошлом году был?» — «Кажется, был». — «Я так и знал. Говорил же Ваньке: вешай замок, а то непременно что-нибудь сопрут, вражьи дети».

Юг, курорт. На пляже дома отдыха лежит голый мужчина без трусов, закрыв лицо полотенцем. По краю обрыва над пляжем идут две молодые отдыхающие. Первая: «Это не Боря». Вторая: «И не Григорий Сергеич». Первая: «И вообще не из нашего дома отдыха. Ну, может, только сегодня приехал».