Армия

Когда принимали на открытом собрании Кирпу-Гнучкошиенкова* в партию, показали портреты и спрашивали, кто нарисован, а он отвечал. «Кто это?» — «Сталин!» — «Какую он работу выполняет?» — «Завхоз советской власти!» Через полгода его, уже как действительного члена ВКП(б), послали в Галицию, а там отплатили ему за «освобождение» кирпичом по голове**. Когда ему сделали операцию, он просил досрочно выписать его на работу. «Вы еще не выздоровели. Голова еще не в полном порядке, больна. Отдыхайте», — посоветовал врач. «Так что с того, что голова больная, у меня партийный билет в кармане есть!» — сказал Кирпа-Гнучкошиенков и настаивал, чтобы выписали***.

Один коммунист был ранен в голову. Ему нужно было сделать операцию. Доктор разрезал ему голову, вынул мозги, промыл их и положил на стол в блюдо. Потом засуетился, не вложил мозги на их место, залепил коммунисту голову, а мозги остались на столе. Коммунист очнулся, поднялся и пошел. Доктор глянул на блюдо и увидел, что мозги остались не вложены. Он тогда начал кричать вслед: «Товарищ, вернитесь, я забыл вам вложить мозги!» — «Это не важно, за таким пустяком не буду возвращаться, у меня партбилет в кармане — и без мозгов на любую работу примут»*.

«Ты знаешь, со мной чуть несчастье не случилось». — «А в чем дело?» — «Проходил я сегодня Тверскую и чуть на меня автобус не налетел. Я успел пробежать, а гражданин, который шел сзади меня, попал под автобус, и ему раздробило голову, мозги прямо на тротуар вылетели. Но гражданин не растерялся, встал и давай бежать за автобусом и кричать: «Милиционер, задержите, помогите, остановите». — «Что ты чушь какую болтаешь, где ты видел, чтоб гражданин с разбитой головой без мозгов бежал за автобусом и кричал». — «В том-то и дело, что я никогда не видел и меня это очень заинтересовало. Я побежал за ним и говорю: “Гражданин, вернитесь, подберите ваши мозги”, а он отвечает — мне мозги не нужны. Я спрашиваю, почему, — потому что я служу зав. недвижимым имуществом (МУНИ)».

«

Полковнику делают операцию на мозге. Хирург снимает верхнюю часть черепа, вынимает мозг. Вбегает посыльный из штаба: «Товарищ полковник! Вам присвоено звание генерал-майора!». Полковник вскакивает, нахлобучивает черепушку, хватает фуражку и бегом к выходу. Хирург кричит вдогонку: «Товарищ полковник! А мозги?». — «Да на хуя они мне теперь нужны?!»

«Почему ты с портфелем и к тому же с брезентовым?» — «С брезентовым портфелем я потому, что кожаный очень дорогой, да и вообще их очень мало, а не скажешь ли ты мне, почему шьют брезентовые портфели, а кожаных так мало?» — «По моему, это просто потому, что очень мало скота и не из чего вырабатывать кожу». — «А по-моему, тех, которые носят портфели развелось больше, чем скота».

Форменной одеждой высокопоставленных коммунистов, их внешней отличительной чертой были ондатровые шапки. Не случайно микрорайоны, где проживали партийные иерархи, во многих городах называли «ондатровыми заповедниками». Ондатровые шапки, если и были в продаже, то только в валютных магазинах «Березка». Спрашивают: «Почему в продаже нет ондатровых шапок?» — «Потому что отстрел коммунистов закончили в 1937 году, а отстрел ондатры продолжается до сих пор».

Армянское радио. «Почему невозможно достать ондатровую меховую шапку?» — «Потому что ответработники размножаются быстрее, чем ондатры, а последний массовый отстрел партработников был в 1937—1938-м годах».

«Пошла в ресторан компания: Змей Горыныч, алкоголик, девушка 25 лет и честный партийный работник. Поели, попили, настало время расплачиваться. Кто из них должен платить?» — «Алкоголик. Он — единственное реальное существо из этой компании».

В ресторане сидели глупый офицер, умный офицер, Кащей Бессмертный и невинная девушка. По счету вышла большая сумма. Каждый выложил деньги на стол. В этот момент потух свет; а когда зажегся — денег не оказалось. Кто взял деньги? Ответ: глупый офицер. Все остальные мифические персонажи, их не существует.

Анекдот, который г-жа Грэди рассказала, «ходит по кругу» в Москве и повествует о том, как еврейский мальчик спас тонущего незнакомца, после чего благодарный незнакомец сказал, чтобы тот просил в награду все, что пожелает, и он это получит. «Я могущественный — я Сталин», — сказал он. Мальчик, поняв, ахнул, а потом сказал: «Если вы действительно Сталин, то не говорите никому, что это я вас спас». Г-жа Грэди выразила удивление, что министерство иностранных дел так откровенно указало анекдот о Сталине как основание для высылки вместо каких-нибудь более общих причин, могущих вызвать раздражение властей*.

Воззвание к крестьянам, распространявшееся среди слушателей курсов «Крестьянской газеты»: <...> Политика Сталина — политика крови и нищеты трудящихся. Не случайно появился в народе анекдот. Один крестьянин где-то спас Сталина, Сталин спрашивает этого крестьянина, что за это дать. Крестьянин попросил его только не говорить крестьянам, что он его спас. Если бы крестьяне узнали о таком геройском подвиге своего товарища, то они его убили бы.

Мужчина рассказал политический анекдот о том, как Сталин попросил сапожника сшить ему хорошие сапоги: «Как будут хорошие, скажу, чтобы о тебе в газете написали». А сапожник попросил Иосифа Виссарионовича — не надо в газете: «Потому убьют меня».

Офицер, ненавидимый своими подчиненными, упал в реку и стал тонуть. Солдат нырнул и вытащил его на берег. Тот, понимая, что он чудом спасся от смерти, спрашивает, как его вознаградить за свое спасение. «Просто держите все это в секрете», — отвечает солдат. «Странно, почему?» — «Потому, что если об этом узнают мои товарищи, они набьют мне рожу».

Офицер поучает немецких новобранцев: «Помните, ребята, ваш отец — Гитлер, а ваша мать — фашистская Германия». — «Как бы мы хотели остаться круглыми сиротами!» — воскликнули новобранцы, когда офицер отошел.

Экзаменаторы задали / Вопросы девочке одной: / «Кто твой отец?» — «Великий Сталин. / Он всем у нас отец родной!» / «А мать твоя?» — «Страна Советов». / «А спать идешь с какой мечтой?» / — «Желаю с утренним рассветом / Проснуться круглой сиротой!»

Учитель в школе спрашивает детей: «Кем хотел бы каждый из вас быть, если бы он был сыном Сталина». Один мальчик пожелал быть Героем Советского Союза, другой — маршалом, третий — великим писателем и т. д. Только один маленький мальчик сидел сзади и молчал. «Ну а ты?» — спросил учитель. «Сиротою», — ответил ученик.

На «политбеседе» отвечает первым партиец. «Кто ваш отец?» — спрашивает ведущий занятия. «Сталин!» — «А ваша мать?» — «Партия, ВКП(б)!» — «В чем заключается ваше желание?» — «Умереть в бою за них против мирового фашизма!»* После этого спрашивают беспартийного: «Ваш отец?» — «Сталин!» — «Ваша мать?» — «Партия!» — «Чего вы больше всего хотели бы?» Беспартийный колеблется… «Собственно говоря, я ничего не имел бы против того, чтобы остаться сиротою...»

Генерал перед фронтом солдат. «Рядовой Иванов! Кто ваш отец?» — «Вы, товарищ генерал!» — «Кто ваша мать?» — «Красная Армия, товарищ генерал!» — «Кем вы хотите быть?» — «Отличником боевой и политической подготовки!» — «Молодец, солдат Иванов! Солдат Петров! Кто ваш отец?» — «Вы, товарищ генерал!» — «Кто ваша мать?» — «Красная Армия, товарищ генерал!» — «А кем вы хотите быть?» — «Отличником боевой и политической подготовки!» — «Молодец! Солдат Абрамович! Кто ваш отец?» — «Вы, товарищ генерал!» — «А кто ваша мать?» — «Красная Армия, товарищ генерал!» — «Кем вы хотите быть?» — «Сиротой, товарищ генерал».

Казахстан. Едет Хрущев на машине. Ему навстречу казах — тоже на машине. «Куда едешь?» — спрашивает Хрущев. «В колхоз Кызыл-Ту. Буду пить чай, есть плов, посижу на ковре... Потом в колхоз имени Кирова. Буду есть плов, пить чай...» — «Да ты кто же будешь?» — «Депутат Верховного Совета. А ты кто?» — «Глава правительства, секретарь ЦК». — «Тоже неплохо устроился. Можно есть много плова и пить много чая на хорошем ковре!».

Едет секретарь обкома партии по городу на черной «Волге» с номером «00—01». Навстречу ему другая «Волга», с номером «00—00». Останавливает ее секретарь и спрашивает водителя: «Ты кто такой, где работаешь?» — «Крановщик я, зовут Васей. В пивном баре кран открываю». — «А кто я такой, знаешь?» — «Судя по номеру, ты тоже неплохо устроился».

Красноармеец переменного состава территориальных частей РККА был поставлен своим командиром охранять «Руж. Пуль. Парк». Когда красноармеец устал стоять, он прилег на землю. В это время проходил комиссар полка. Думал, что красноармеец заболел, подошел и спрашивает: «Вы, товарищ, заболели?» — «Нет». — Ответил красноармеец. «А кто же ты такой, что лежишь и не встаешь, как я с тобой говорю?» — «Я часовой при “Руж. Пуль. Парке”», — ответил красноармеец. Комиссар покачал головой и говорит: «Здорово!». Красноармеец повернул голову к комиссару и спросил: «А ты кто такой будешь?». — «Я комиссар этого полка». — «Тоже здорово!» — не вставая, сказал красноармеец.

Дядя Вася из своей проходной видит, что его приятель дядя Федя вывозит с завода пустую тачку. Прошло два дня. Тот опять выходит с пустой тачкой. «Слушай, дядя Федя, никак не пойму, что ты воруешь». — «Тачки».

Везет прапорщик тачку с мусором. Навстречу идет командир части и спрашивает: «Что это вы, товарищ прапорщик, мусор возите? Разве солдат нет?». — «Да они на занятиях, не хочется отрывать их от учебы. Вы не волнуйтесь, я уж сам как-нибудь справлюсь». — «Ну что ж, идите», — сказал командир и подумал: «Какой все-таки народ, эти прапорщики! Про них всякие анекдоты сочиняют, а они, оказывается, вон какие добрые, сами мусор возят». А прапорщик выехал за КПП и думает: «Зачем мне ваш мусор, мне тачка нужна».

Старший сержант учит красноармейцев «Уставу внутренней службы РККА». Он им говорит: «Когда будете дежурным по сотне и будет идти лейтенант, капитан, полковник или комиссар, то должны дать общую команду “Сотня, встать! Смирно!”. А там, не добежав шага три-четыре до начальника, должны сказать: “В сотне все в порядке. Дежурный сотни, красноармеец такой-то...”». При проверке красноармеец Коваленко не мог отрапортовать так, как его учил старший сержант. «Товарищ старший сержант! Я не могу так сказать, как вы. Ей-богу, я запорюсь...» Но однажды пришлось дежурить и Коваленко. Он увидел, что на территории сотни появился какой-то начальник, и поэтому дает команду: «Сотня, встать! Смирно!». Подбежал на три шага к начальнику, присматривается к его знакам, а у того лишь одна шпала с какой-то чашей и гадюкой. Коваленко не мог установить звание начальника и поэтому дает команду: «Вольно!». А потом махнул рукой и сказал себе: «Я же говорил сержанту, что запорюсь».

При встрече американского и советского офицеров состоялась дружеская беседа. Американский офицер доказывал верность и последовательность демократических принципов и преимущество американского строя над тоталитарным. Российский офицер доказывал обратное. Он делал упор на то, что коммунистическое общество с его режимом стоит выше американского и сочетает русский революционный размах с американской деловитостью. Русский офицер сказал, что это сочетание уже вошло в плоть и кровь русского народа. А чтобы убедить американца, было решено проверить на примере, как это докажут американский и российский солдаты своей дисциплиной. Первым подозвал солдата американский офицер и дал ему задание: «Мистер Браун! Сейчас же пойдите и принесите мне обед из харчевни!». — «Ес, сэр!» Офицер посмотрел на часы и говорит: «Браун уже вышел из дома и переходит улицу. Уже пришел в харчевню. Вот берет мой обед и идет к нам. Браун снова перешел улицу. Уже открыл дверь нашего дома, идет по лестнице...». В это время офицеры услышали стук в дверь. Офицер открыл дверь, и в комнату вошел с обедом солдат Браун. Русский офицер не хотел быть в долгу перед американцем и поэтому приказал своему солдату, который был в соседней комнате: «Ваня!» — «А?» — послышалось из комнаты. «Пойди в пивную и принеси два бокала пива!» — «Есть, товарищ лейтенант!» Советский офицер смотрит на часы и говорит: «Ваня уже вышел из дома. Переходит улицу. Уже зашел в пивную и купил пиво. Возвращается обратно. Зашел в наш дом, идет по лестнице...» Вдруг послышался какой-то стук и отвратительная брань в соседней комнате. Лейтенант приоткрыл дверь и спросил: «Ваня, принес пиво?» — «Никак от левого ботинка не найду!» — ответил Ваня.

В полк должно прибыть пополнение — три молодых лейтенанта. Командир полка ждет. Утром появляется первый лейтенант: форма сидит как с иголочки, чисто выбрит, бодр и свеж. «Товарищ полковник! Лейтенант Иванов!» — «Куришь?» — спрашивает полковник. «Никак нет!» — «Пьешь?» — «Никак нет!» — «С женщинами как?» — «Никак нет!» — «Комсоргом в третью роту!» — командует полковник. К вечеру перед полковником стоит второй лейтенант. Одет небрежно, выбрит кое-как, от него явно пахнет спиртным. «Товарищ полковник! Лейтенант Петров!» — «Куришь?» — спрашивает полковник. «Так точно!» — «Пьешь?» — «Не отказываюсь». — «С женщинами как?» — «Рад стараться!» — «Командиром в третью роту!» После отбоя кто-то громко стучит в ворота части. Полковник, уже в пижаме и тапочках, выходит наружу, видит — стоит машина, за машину держится еле-еле стоящий на ногах лейтенант и докладывает заплетающимся языком: «Товарищ полковник! Колеса у ворот, водка и бабы на колесах! Можно ехать на рыбалку!». Полковник поворачивается к стоящей за его спиной жене: «Маша! Дай-ка мой мундир — замполит приехал».

Солдат распространял слух, будто дивизию скоро ушлют из этого города. «На базаре слышал». Командир его за это посадил «на губу». На другой день пришел приказ — готовиться к отъезду из города. Командир выпустил солдата. «Пойди на базар, узнай, куда нас переводят».

Хрущев сокращает армию, идет большая демобилизация офицерского состава. Офицера спрашивают: «Как жизнь?». — «Как в мешке. Кое-что слышно, ничего не видно, и не знаешь, когда тебя вытряхнут».

Перед приездом министра обороны на ракетный полигон рядовой Петров получил приказ покрасить ракету. Так как он не доставал до носа стоящей ракеты, то он закинул наверх ведерко с краской. Краска стекла вниз, покрыв всю поверхность, но ведерко осталось наверху. «А это что такое?» — строго спросил у Петрова прибывший министр, указывая на ведерко. «Синхрофазотрон!» — не растерялся Петров. «Вижу, что синхрофазотрон. Почему не покрашен?!»

Старшина роты выстроил молодое поколение на плацу: «Вы у меня будете работать, работать и еще раз работать!». Кто-то из строя: «А как же насчет “Учиться, учиться и еще раз учиться!”?» — «Кто это сказал?» — «Товарищ Ленин!» — «А вы, товарищ Ленин, выйдете из строя — и сразу же на кухню!»

Как вести себя при ядерном взрыве? Оторвать срочно себе яйца, завернуться в простыню и тихо ползти на кладбище. Зачем оторвать яйца? Больше не понадобятся. А почему тихо? Чтобы не поднимать паники.

Новобранцы. Первое занятие проводит ефрейтор. «Гвоздь надо вбить лбом в стенку по самую шляпку. Показываю. Теперь ты... ты...» Первые пятнадцать — все удачно. У шестнадцатого гвоздь сгибается. У следующего тоже. Пробует ефрейтор. И у него сгибается. Посылает ефрейтор старшину в соседнюю комнату. Тот возвращается. «Разрешите доложить, товарищ ефрейтор. Замполит затылком к стене прислонился».