Чапаев Василий Иванович

Петька изучает древнюю историю. «Василий Иванович, как это понимать: “Патриции пригласили гетер и устроили оргию”? Что такое “оргия”?» — «Да пьянка». — «А кто такие гетеры?» — «Проститутки». — «А патриции кто такие?» — «А это, Петька, опечатка. Не патриции, а партийцы».

Скачет Петька во весь дух на своем боевом коне через село. Животное — в мыле, Петька — тоже. Вышел на дорогу мужик — затоптал мужика. Вышла баба — охнуть не успела, затоптал бабу. Красноармеец на пути зазевался — рубанул красноармейца шашкой. На штабном крыльце часовой помешал — и того рубанул. Вбегает в штаб — и сразу к Чапаю: «Василий Иванович! Василий Иванович! Дорогой ты мой! Я сейчас в городе — ЛЕНИНА ВИДЕЛ!».

Инструктор райкома в зоопарке: «Как, вы ни с кем не соревнуетесь? Очень плохо. В стране мощный подъем ударничества и соцсоревнования, а ваш зоопарк в стороне. Будете соревноваться с бойнями имени Чапаева». Директор зоопарка, профессор, несколько смущен: «Но это не совсем наш профиль... там своя специфика...» Инструктор пожимает плечами: «Там скотина и у вас скотина. Очень близко». Вынимает бумажку. «Вот цифра ежемесячного забоя животных у чапаевцев. Вы возьмете обязательство ее превысить».

«Петька! Что такое гласность?» — «А вот, Василий Иванович, скажу я про тебя на митинге, что ты дурак и бабник. И ничего мне за это не будет». — «Это точно, Петька. Ничего тебе за это не будет. Ни коня, ни нагана, ни сапог».

Офицер спрашивает солдата, рослого детину с тупым выражением лица: <…> «Кто был Сократ?» — «Жеребец нашего командира». — «Дурак — это был философ». — «Никак нет. В бригаде Философ был жеребец 2-го эскадрона»*.

Петька провалился на экзаменах в Военную академию. Василий Иванович: «Что ж ты, Петька, дивизию осрамил?» — «Понимаешь, спросили, кто такой Ньютон, а я сказал, что жеребец из третьего эскадрона...» — «Ну и правильно, что тебя погнали: Ньютона я еще летом во второй эскадрон передал!»

Колхозник ездил в Москву, видел салют. Просят его об этом рассказать. «Сначала... сначала ну ни фуя. А потом, потом... хлоп твою мать! Опять ни фуя. А потом...» — И так очень долго. Колхозники довольны. «Хорошо Тимофей все рассказал. Как будто сами побывали».

Чапаев вернулся из Парижа. «Петька, был я на Эйфелевой башне... Направо посмотришь — так твою мать! Налево посмотришь — мать твою так!» — «Ну и память у тебя, Василий Иванович!»

Возвращается Ваня из Парижа, сажает свою Машку за стол: «Ну, Мань, Париж — это полный п[издец]! На Фефелеву башню забираюсь — Мань, [еб] твою, мать! Налево посмотришь — [еб] твою мать! Мань! Направо глянешь — Мань, твою мать!.. Вперед, назад — [еб], Мань, твою мать!.. Ты чего плачешь-то, Мань?» — «Красотища какая!»

Чапаев увидел, что стены в сортире измазаны дерьмом: «Это небось Фурманов! Все люди как люди, а он опосля завсегда руки моет!».

Академик Лысенко демонстрировал аудитории результаты своих работ по изучению слуха у блохи. Он посадил блоху на правую руку и скомандовал: «Прыгать на левую!». Блоха перепрыгнула на его левую руку. Он скомандовал снова: «Прыгать на правую!». Блоха опять послушно перепрыгнула. Затем ученый осторожно оторвал задние ноги у блохи и скомандовал опять: «Прыгать на левую». Но блоха не пошевелилась. Он переложил блоху в другую руку и скомандовал: «Прыгать на правую», но и это не помогло. «Можно считать диалектически научно доказанным, — сказал великий ученый, — что блоха вместе с ногами теряет слух».

Василий Иванович ставит опыт. Взял зайца, оторвал ему ногу. «Ну, теперь ползи, заяц. (Заяц ползет.) Пиши, Петька: ползет. (Оторвал вторую ногу.) Ну, теперь ползи, заяц! (Заяц ползет.) Пиши, Петька: ползет. (Оторвал третью ногу.) Ну, теперь ползи, заяц. (Заяц ползет.) Пиши, Петька: ползет. (Оторвал четвертую ногу.) Ну, теперь ползи, заяц. (Заяц не ползет.) Пиши, Петька: оглох».

Райком комсомола организовал для школьников встречу с участниками Гражданской войны. Привели старика, который последним видел Чапаева. Вожатый просит: «Расскажите пионерам о вашей встрече с Чапаевым, дедушка». Старик рассказывает: «Залег я это на пригорке, над речкой, с пулеметом — с “максимом”. Вижу — через речку Чапаев плывет. Я — по нему очередь из пулемета, он — нырнул. Смотрю — опять показался. Я снова — очередь. И больше, детки, я Чапая не видел!..»

В музее революции гид демонстрирует скелет Василия Ивановича Чапаева. «А это что за маленький скелетик рядом с ним?» — спрашивают его. «А это скелет Чапаева в детстве».

В краевом музее. «Товарищи, вот это череп известного исследователя русского Севера Чирикова в возрасте 13 лет. А в следующей комнате у нас выставлен череп Чирикова в возрасте 51 года...» — «Позвольте! Но как это может быть? Чтобы один чловек и два черепа...» — «Вы, товарищ, очевидно, приежий? Ах, из Свердловска? Вот и возвращайтесь к себе в Свердловск. Товарищи чукчи, за мной!»

Чапаев учит Петьку бросать ручную гранату. «Вот тут кольцо. Как дернешь, граната зашипит. Тогда и бросай. (Отходит в сторону.) Ну, тяни за кольцо!» — «Шипит!» — «Бросай!!!» — «Лови, Василий Иванович!»

Чапаева с Петькой направили в Африку для культурной помощи слаборазвитым странам. Приезжает комиссия ЦК проверять их работу. Они видят Чапаева в развевающейся бурке, скачущего на коне вдоль берега реки Лимпопо и буксирующего на канате негра на водных лыжах, скользящего по реке. Комиссия довольна. Она двигается дальше и встречает Петьку, который запряг в плуг двух негров и пашет. Комиссия возмущена. «И это вы называете культурной помощью? Берите пример с товарища Чапаева, катающего негра!..» — «Не, это Василий Иванович крокодила на живца ловит!»

Чапаев приказал Петьке сварить зайца. «Где я его возьму, Василий Иванович? Здесь зайцы не водятся». — «Это приказ, Петька! Я часок сосну, а когда встану, чтоб была зайчатина». Просыпается Чапаев и слышит мясной запах. Видит — Петька у котла шурует: «Петька, ты молодец! Расскажи, где ты его достал?». — «Взял я винтовку, вышел на крыльцо, бежит заяц. Я в него бабах! Он и мяукнуть не успел».

«Вот кончится война, Петька, — говорит Василий Иванович, — мы здесь консерваторию построим, и там будет консерватория, и вон там будет...» — «Василий Иванович, да зачем так много консерваторий-то?» — «Знаешь, Петька, консервы какие вкусные бывают?»