США

Генри Киссинджера, госсекретаря США, спросили, что такое челночная дипломатия. Вот ответ Киссинджера. «Очень хитрая игра. Предположим, стоит задача — взять молодого здорового мужика из Сибири, женить его на дочери президента Форда и сделать директором крупного швейцарского банка. Что тут важно? В каком порядке наносить визиты и в каком порядке каждому задавать вопросы. Я еду в Сибирь, нахожу мужика. Задаю вопрос: “Хотите жениться на Джерри Форд, дочери президента США?” — “На кой мне она? Девок много”. — “А если при этом вы станете директором крупного швейцарского банка?” — “О, это уже другое дело”. Лечу в Швейцарию. “Хотите, чтобы директором вашего банка стал мужик из Сибири?” — “Зачем он нам нужен?” — “А если он при этом будет зятем президента Форда?” — “О, это уже другое дело”. Возвращаюсь в Штаты. Иду в Белый Дом к дочери Форда. “Джерри, хотите, чтобы вашим мужем стал директор крупного швейцарского банка?” — “На черта мне это надо?” — “А если это будет молодой здоровый мужик из Сибири?” — “Хм. Это, пожалуй, уже другое дело. Над этим стоит подумать”. Вот вам все и улажено».

Брежнев в гостях у Рейгана. Рейган: «Мои конструкторы изобрели машину. Она готовит, шьет, стирает, бреет, может построить дом, проложить дорогу. Возле каждой кнопки написано на пяти языках, какое последует действие. Только возле синей кнопки ничего не написано. Я убедительно вас прошу ее не трогать. Оставляю вас с машиной одного». Брежневу стало любопытно. Нажал синюю кнопку. Машина вылила на него ведро помоев. Рейган в гостях у Брежнева. Брежнев: «Мои конструкторы... небыкновенная машина... возле кнопок — на пяти языках... Только возле синей нет надписи. Прошу не трогать. Оставляю одого». Рейган, разумеется, не устоял, нажал. Ничего не произошло, Входит в комнату Брежнев. Рейган: «Нажал синюю — и хоть бы что. Эх, вы, Брежнев, Брежнев! Получили ведро помоев — и не сумели ответить. Вся Америка будет смеяться, когда я вернусь и в первой своей речи...». Брежнев: «Америка? Какая Америка? Никакой Америки не существует». Рейган (возмущенно): «С каких это пор?». Брежнев: «С тех пор, как вы нажали синюю кнопку».

В Америке хотели провести среди народа анкету и узнать, какая разница между партиями республиканской и демократической. Один пятилетний ребенок сказал: «Никакой» и получил за это премию.

Советский коммунист по возвращении из командировки из США докладывал: «В Америке народ доголодался до того, что ест собачье мясо: на улице в киосках открыто продают горячую собачину». (Hot dogs — ходкое в США название сосисок.) В толпе безработных, глазевших на футбольную игру, один молодой человек спросил свою спутницу, хочет ли она собачины, и она ответила: «О, да! я умираю от голода».

Один несчастный румын в Бухаресте решил покончить с собой. Но в его разоренном доме не нашлось ни острого ножа, ни веревки, ни денег на покупку яда. Тогда он придумал оригинальны способ: он стал перед домом Анны Паукер и начал кричать: «Бей коммунистов! Долой Анну Паукер! Покончим с предателями народа!». Он каждую секунду ожидал, что выскочит страж и скосит его пулеметом. Но было тихо. Через некоторое время стража растерянно подбегает к нему: «Друг! А где уже американцы?».

В тропических водах затонул болгарский корабль. Спаслись капитан и пассажирка, волны вынесли их на необитаемый остров. Капитан положил женщину под пальму и стал ждать указаний из Москвы.

Двое мужчин и одна женщина оказываются на необитаемом острове. Англичане устроили дуэль из-за единственной женщины. Американцы затеяли из-за нее драку. Французы стали жить втроем. Русские организовали колхоз: один мужчина стал его председателем, другой — секретарем его парторганизации, а «народ» они погнали в поле. Евреев скоро стало четверо: сумели достать вторую женщину. Болгары телеграфировали в Москву и попросили руководящих указаний.

Три немецкие девушки встречаются на улице в Мюнхене. На обычные взаимные вопросы «как поживаешь» первая ответила: «Изучаю английский язык, выхожу замуж за американца и уезжаю в Америку». Вторая сказала: «А я занимаюсь французским, у меня есть планы уехать во Францию». Третья: «А я остаюсь здесь — изучаю русский...».

Все лето 1950 года компропаганда муссировала старую гитлеровскую брехню о том, что американцы якобы с самолетов разбрасывают колорадского жучка для заражения картофельных полей Восточной Германии и других советских вассалов. В Праге встречаются двое знакомых: «Как живете?» — «Как колорадский жучок: питаюсь картофелем и жду, когда меня сцапают».

Во время чехословацкого кризиса 1968 года у здания ЦК ПОРП в Варшаве остановился еврей и стал ожидать кого-то. «Кого вы тут ждете?» — «Американцев». — «Тридцать пять лет назад вы ждали советских». — «И они пришли, не так ли?»

После установления «военного» режима в Польше компьютерам польского, советского и американского производства был задан вопрос: «Почему нет мяса?». Компьютеры не смогли ответить и потребовали дополнительные данные. Польский: «Что такое “мясо”?». Советский: «Что такое “почему”?». Американский: «Что такое “нет”?».

Всевышний просит архангела Гавриила: «А ну-ка, слетай на Землю, узнай, что там делается». Вернулся архангел, и Всевышний вопрошает: «Что нового в СССР?» — «Трясутся и вооружаются». — «А в Америке?» — «Не трясутся, но тоже вооружаются». — «Ну а в Польше?» — «Не трясутся и не вооружаются». Всевышний разводит руками и говорит: «Ай-ай-ай, что за народ эти поляки! Все на меня взваливают».

Джимми Картер говорит с Леонидом Брежневым по прямому проводу. В ходе разговора Картер сообщает советскому вождю о наличии в США чудо-компьютера, предсказывающего будущее. Брежнев заинтригован и задает вопрос о советском урожае в 1980 году. Компьютер дает мгновенный ответ, и Картер охотно делится полученной информацией с советским коллегой. Брежневу понравилась эта игра, и он просит Картера задать компьютеру следующий вопрос: «Каков будет состав Политбюро ЦК КПСС в 1980 году?». Наступает пауза. Наконец, Картер смущенно говорит: «К сожалению, я не могу прочесть, Леонид. Имена написаны по-китайски».

Американец в Пекине спрашивает, где публичный туалет. «Квартал налево, два направо, перейти наискосок через площадь...» — «О, я не найду». Китаец любезно берет такси, сопровождает американца, говорит, что сам заплатит таксисту. «Китайское гостеприимство!» Привозит в какой-то особняк. Паркет, ковры, портьеры. «А где же собственно...» — «А вы прямо так. На ковер». Сделал. Спрашивает: «Китайское гостеприимство?» — «Японское посольство».

Из СССР послали одного инженера (еврея по национальности) в США покупать кабель. Дали ему с собой 1 доллар (больше не нашлось). Американский фабрикант: «За ваши деньги я могу вам дать такой кусок кабеля, как расстояние от кончика вашего носа до кончика вашего шиша. Вряд ли это вас устроит». Советский инженер: «О, это меня вполне устроит. Дело в том, что кончик моего носа при мне, тут, в США, но кончик моего шиша остался в Одессе в синагоге».

Американскому президенту нигде не могли сшить костюм, так как на его фигуру не хватало материала. Ему посоветовали обратиться к одесскому портному Шиперовичу. Он не только сшил костюм, но еще и кепочку. «Как же вы могли сшить костюм президенту? Ведь на его фигуру нигде не хватало материала!» — «Это у них там он — фигура. А у нас он — немножко поц».

Эйзенхауэр спрашивает Хрущева о проценте лиц еврейской национальности в советской науке. «Их у нас очень много», — говорит Хрущев и звонит Петровскому (МГУ), Курчатову, Туполеву и т. д. Те сообщают ему процент евреев в науке. Хрущев сообщает этот процент Эйзенхауэру и, в свою очередь, задает ему такой же вопрос. Эйзенхауэр запрашивает руководителей американских научных учреждений. Выясняется, что у них нет таких данных: процент евреев в науке в США не подсчитывается.

Рабиновича исключили из партии. Ему снится: по улицам Москвы несутся американские танки. Один останавливается у Спасских ворот Кремля. Из башни показывается американский генерал. Американские солдаты выводят из Спасских ворот связанного Брежнева. Брежнев падает перед танком на колени. Американцы наводят на него автоматы. «Немедленно восстановить Рабиновича в партии!» — рявкает генерал.

Абрамовича исключили из партии. Через некоторое время после этого ему снится сон. Въезжает он на белом коне на Красную площадь. Все члены ЦК болтаются на фонарях. Красная площадь запружена ликующим народом. «Чего ты хочешь, русский народ?» — спрашивает Абрамович. «Восстановить Абрамовича в партии!» — кричит русский народ.

Картер беседует с Брежневым. В ходе беседы он спрашивает: «Скажите, а как у вас в Советском Союзе живут евреи?». Брежнев не отвечает, пытается перевести разговор на другую тему, но Картер вновь спрашивает его: «Так как же у вас обстоят дела с еврейским вопросом?». Брежнев вновь уходит от ответа, но Картер настаивает: «И все-таки, как же у вас живут евреи?» — «Ну что вы одно и то же: евреи, евреи... Я ведь не спрашиваю, как у вас индейцы живут».