Нэпман

Тема 32 сюжета

№ 35
Консервы из рябчиков «напополам»: один рябчик — один конь.
A.
«Здравствуйте, Литвак, что вы поделываете?» — «О, у нас большое дело, мы готовим соловьиные консервы». — «Не может быть! И делаете большой оборот?» — «Не хуже чем ничего — коробок 200 в день». — «Откуда же вы берете столько соловьев?» — «Мы немножко мешаем». — «Как же вы мешаете?» — «Пополам: один соловей, одна лошадь».
B.
В славные дни «военного коммунизма» в одной столовой общественного питания появилось объявление: «сегодня мясные пирожки — рябчик пополам с кониной». Какой-то посетитель раскусил пирожок и требует завстоловой: «Товарищ заведующий, тут рябчика и духа нет, где же тут “пополам”?!» — «Пополам таки есть: один рябчик, одна лошадь».
C.
Заходит на полевую кухню сержант и спрашивает: «Сегодня на обед жаркое из кролика?» — «Да». — «А в какой пропорции?» — «Точно по рецепту. Один к одному. Один кролик — одна лошадь».
№ 36
Нэпман*, выгружающий мебель с подводы: «Еще два стула и я москвич!».
* Частный предприниматель периода НЭПа как фольклорный персонаж перенял поведенческие черты, характеризующие в дореволюционном анекдоте евреев, а именно гипертрофированную предприимчивость в сочетании с провинциальной неумностью: совершенно очевидно, что «мешочник» и «спекулянт» (для анекдота Гражданской войны) и «нэпман» — новые личины для старого героя. Велико число фиксаций анекдотических текстов, в которых эти персонажи взаимозаменяемы. Даже если национальная принадлежность нэпмана как героя анекдота открыто не проговаривалась, он имел или еврейское имя, или определенные особенности поведения, характерные для анекдотических евреев. Это безусловно можно попытаться объяснить логикой жанра — механическим обновлением группы популярных анекдотических персонажей, адаптацией их к новым социально-экономическим условиям, однако эти изменения очевидно связаны с рядом стереотипных представлений двадцатых годов.
№ 37
Трест ничего не имеет против Рабиновича, а Рабинович имеет против треста собственный магазин*.
* Примечание к записи (укр.) [ШО 194?: 16—17]: «Во времена НЭПа спекулянты часто пролезали в советские государственные тресты, обворовывали их, а затем открывали свои предприятия. Иногда спекулянтам помогали родственники партийцы, руководящие советскими предприятиями. Тогда такие партийцы становились секретными соучастниками спекулянтской предприятий. Так в Харькове тайным акционером предприятия по поставке канцпринадлежности был привезенный из Москва Кагановичем его родственник И. Нюрнберг, официально занимающий должность зав. отделом прессы ЦК ПбУ. Особенно много наживались советские торговые представители заграницей. Некоторые государства не признавали советской государственной торговли. Тогда ее вели частные лица, а в действительности советские агенты. Они вели операции от своего собственного имени. Набрав миллионы денег, такие люди рвали с советский властью и не хотели возвращаться домой. Для них даже существовало название “невозвращенец”».
A.
Капиталисты нэпа создались большей частью из воровавших советских чиновников и из лиц, вертевшихся вокруг них. Рабиновича приняли на службу в государственный трест. Трест ничего не имел против Рабиновича; Рабинович ничего не имел против треста. В тресте началась чистка служащих, но Рабинович продолжал служить... Так как трест ничего не имел против Рабиновича, и Рабинович ничего не имел против треста. Наконец, трест лопнул и ликвидировался. Трест по-прежнему ничего не имел против Рабиновича, но Рабинович имел против треста... собственный магазин.
B.
«Скажи мне, пожалуйста, где ты все время пропадаешь?» — «А разве ты не знаешь, я теперь служу в кооперативе и занимаю хороший пост». — «А вот как, но кем же ты?» — «Я Заведующий, служить очень хорошо». — «Но ведь ты же не знаком с этим делом?» — «Я скоро ознакомился. Видишь ли, первый месяц было немного трудно, но все-таки ничего служил. Кооператив против меня ничего не имел, а я против кооператива ничего не имел. Служу два месяца, кооператив против меня ничего не имел, а я против кооператива ничего не имел. Служу три месяца, кооператив против меня ничего не имел, но зато я против кооператива имел большой двухэтажный дом»*.
* Данный текст был вычеркнут из сатирической репризы политическим редактором.
C.
В Берлине в свое время ходил такой анекдот: торгпредство ничего не имеет против Рабиновича. А Рабинович имеет дом против торгпредства.
№ 38
Часы с неоконченным заводом нельзя остановить, а завод нэпмана большевики остановили за минуту.
A.
Нэпмана в кафе «Стойло Пегаса» раздражал стук маятника больших часов, которые стояли близко от его столика. Попросил остановить часы. «Не получится. Завод кончится только через шесть часов». — «Что за ерунда. Вот у меня был завод, так они пришли и остановили его в одну минуту».
№ 39
У Мавзолея Ленина жалуются торговцы. Ленин: «Ну потерпите год, а на следующий я вас всех к себе возьму» / Ленин прислал письмо: «Милые детки! К концу пятилетки приходите все ко мне».
№ 41
Коммерсант в ЧК: «Какой вам приход, если меня выведут в расход?»*
* «Вписать в расход» или «вывести в расход» — выражение, применявшееся в белых войсках для обозначения убийства и ставшее после революции чрезвычайно популярным (Карцевский С.И. Язык, война, революция. Часть III // Карцевский С.И. Из лингвистического наследия. М., 2001. C. 227).
№ 42
Посаженный в тюрьму нэпман хочет ездить по стране и заниматься сбытом продукции, производимой в тюремных мастерских.
A.
Оборотистого нэпмана посадили в тюрьму. Ему говорят: «Не беспокойтесь, у нас хорошо поставлено трудовое воспитание. Столярная мастерская, механическая, пошивочная. Для всех найдется дело». Подумал: «Я хотел бы ездить по стране и сбывать вашу готовую продукцию. Гарантирую высокую прибыль. Не возражаете, гражданин начальник?».
№ 43
В случае ссылки в Нарым нэпман готовится повернуться «лицом к деревне» и заняться скупкой пушнины.
A.
В тюрьме ГПУ НЭПманы беседуют: «Рабинович, а что вы будете делать, если вас сошлют в Нарым?» — «Поверьте, я и там не пропаду: сначала я повернусь “лицом к деревне” и буду скупать пушнину; потом я повернусь “лицом к городу” и буду эту пушнину продавать».
№ 44
Нэпман не хочет сесть ни за пульт, ни за оппозицию, ни за спекуляцию.
A.
В кафе «Стойло Пегаса» появился автомат, который автоматически выдавал разные коробки папирос. Стоило только нажать соответствующую кнопку. Нэпмана спросили: «Хотите сесть за пульт? Попробовать? Синяя кнопка — это “Герцеговина флор”, а желтая...» — «Нет уж, спасибо вам! Я не хочу сесть ни за пульт, ни за оппозицию, ни за спекуляцию, хотя, конечно, спекуляция ближе и роднее мне, чем оппозиция, сами понимаете».
№ 46
Этика нэпмана — делиться ли найденными в забытом кошельке деньгами с компаньоном?
№ 47
У нэпманов: «Я застраховал имущество от грозы с шаровой молнией». — «А как ты сумеешь организовать грозу с шаровой молнией?»
№ 78
Семья нэпмана за ужином, вдруг звон колоколов. «Натан, почему это так звонят?» — «Это русская колония празднует какой-то свой праздник».
№ 100
«Б» после РКП — потому что «бывшая».
A.
«Что значит РКП(б)? Почему в скобках стоит “б”?» — «Бывшая. Понимаешь? Бывшая Коммунистическая. А теперь Нэпорыловско-Бюрократическая».
№ 101
«Б» после РКП — потому что «блядь».
A.
«Что значит РКП(б)? Почему в скобках стоит “б”?» — «Потому что блядь. Заигрывала с солдатьем, пролетариями да мужичками. Теперь пошла гулять с нэпмачами да сменовеховцами*».
* Сменовеховцы — участники движения, получившего свое название от журнала «Смена вех» (1921—1922), часть русской эмиграции, признавшая легитимность советской власти.
№ 111
Нэпман: «Хочу, чтоб ЦК слопал оппозицию, да чтобы при этом и сам подавился».
A.
Разговаривают двое нэпманов. «Ну и чем все это кончится с оппозицией?» — «Я не знаю, чем это кончится, но знаю, чем бы я хотел, чтобы кончилось». — «А чем?» — «Чтобы ЦК слопал оппозицию, да чтобы при этом и сам подавился».
№ 1586
Человек не смотрит на здание ГПУ, чтобы не испытывать судьбу.
A.
Два нэпмана проходят мимо здания ГПУ на Лубянской площади. При этом один старательно прячет лицо от окон знаменитого учреждения. Его попутчик удивленно спрашивает, в чем дело. «Да так, — вздыхает первый, — просто не хочу испытывать судьбу...»
№ 1587
Нэпман отворачивает лицо от здания ГПУ, чтобы не смотреть в лицо своему будущему*.
* Ср.: Один вор другому: «Ты знаешь, я никогда не заглядываю в будущее». — «И правильно делаешь. Зачем думать о тюрьме?» СБ: н.д. [ДК 1994: 288]
A.
Нэпман проходит мимо здания ГПУ. Внезапно он отворачивает от него лицо. Его товарищ хочет понять смысл такого странного поведения. «Эх, — вздыхает нэпман, — я просто не хочу смотреть в лицо своему будущему».
№ 1678
Арестованный человек: «Я иду на охоту, а ружье мое несут сзади».
A.
Этот же или другой такой нэпман встречает друга на улице Москвы, но не останавливается, чтобы поговорить с ним. «Куда ты торопишься? — спрашивает его друг. — Почему бы тебе не остановиться и не пообщаться?» — «Не могу. Я собираюсь на охоту». — «Охота! Где же твое ружье?» — «Сзади меня». Нэпман указывает на солдат ГПУ, идущих за ним со штыками.
№ 1741
При ночном стуке в дверь жильцы начинают паниковать. Из-за двери: «Не бойтесь, мы не с обыском, мы грабить пришли».
A.
Глухая ночь. К квартире московского нэпмана подкатил автомобиль. Какие-то люди ломятся в дверь и обрывают звонки. В квартире смятение, жильцы мечутся, как крысы в мышеловке, прячут книги, сжигают письма, выбрасывают за окно деньги, суют под диваны «излишки». И вдруг голос за дверью: «Да вы не бойтесь: мы не с обыском — мы грабить пришли».
№ 1787
Нэпман расщедрился на фонд имени Ленина: «Почин дороже денег» / О похоронах Ленина: «Пускай потратились — добрый почин гораздо важнее».
A.
При сборе пожертвований на фонд имени Ленина* стоит огромная очередь, состоящая главным образом из лавочников. Подходит гражданин и спрашивает у одного из них: «Скажите, Тит Титыч**, почему вы так расщедрились на ленинский фонд?» — «Почин дороже денег».
* Скорее всего имеются в виду пожертвования на памятник Ленину. ** Персонаж пьесы А.Н. Островского «В чужом пиру похмелье» (1856) — купец, необразованный и тупой самодур. Как нарицательное имя неоднократно встречается в статьях В.И. Ленина — см., к примеру: Ленин В.И. О едином хозяйственном плане // Правда. 22.02.1921. В фольклоре двадцатых годов и советских сатирических журналах Тит Титычами нередко называли кооператоров и нэпманов.
№ 1790
Человек хочет купить групповой портрет членов политбюро в гробу.
A.
К нэпману приходят представители «Мозгико»*, предлагая купить в пользу инвалидов портреты советских деятелей**. Сначала они предлагают ему отдельные портреты Троцкого, Дзержинского и т. п., но он отказывается под разными предлогами. Тогда они хотят всучить ему группу В.Ц.И.К., но он и это отклоняет. Наконец, они показывают ему фотографию Ильича в гробу. Нэпман долго и любовно ее рассматривает и произносит с удовлетворением: «Вот это хорошо! Вот такую группочку вы мне приготовьте!».
* Возможно, имеется в виду МосГИК — основанная в 1923 году Государственная инспекция по качеству сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия. ** Продажа продукции с изображением советских вождей была распространенной практикой и порой носила принудительный характер. В 1925 году было даже принято специальное постановление ВЦСПС о борьбе с навязыванием членам союза бюстов, значков, открыток и пр.
B.
[Карикатура «В московском писчебумажном магазине». Шесть прямоугольных картинок с подписями, на которых продавец предлагает покупателю одну за другой разные открытки. Рис. М. Линского.] Приказчик: «Иллюстрированные открытки? Извольте: тов. Зиновьев на съезде III Интернационала… Не нравится? В таком разе, вот эту — тов. Троцкий на смотру красной армии… И эта не подходит?! Рекомендую другую: тов. Рыков на открытии питейных домов… Вот наркомы, снятые группой… Или вот эта: тов. Ленин в гробу…». Покупатель: «Это уже поинтереснее… А вот что: нет ли у вас общей группы наркомов в гробу?..».
№ 1793
Нэпман о дрессированной собаке коммуниста: «Если она была бы пролетарского происхождения, стала бы комиссаром».
A.
Дореволюционный анекдот. Генерал едет в одном купе с евреем. Свою хорошо дрессированную собаку называет Хаим. «Хаим, сядь! Хаим, встань! Хаим, под лавку!» Та исполняет все приказы. Генерал спрашивает еврея: «Вам нравится моя собака?» — «Очень. Она уже годится в генералы».
B.
В купе вагона сидит комиссар с собачкой. Рядом с ним еврей явно нэпмановского вида. Комиссар, желая как-нибудь задеть своего соседа, бросает на пол газету и говорит: «Буржуй, подними!». Собачка вскакивает со скамейки и поднимает газету. Еврей удивленно качает головой и прищелкивает языком. Через несколько минут комиссар говорит: «Буржуй, послужи!». Собачка становится на задние лапы. Еврей опять качает головой и щелкает языком. Комиссар поворачивается к нему и грубо спрашивает: «Вы чего щелкаете языком?» — «Ах, — говорит еврей, — мне жалко, что ваша собачка — буржуй. Она такая умная, что если бы она была пролетарского происхождения, уже давно бы ее сделали комиссаром».
№ 1811
Человек относится к советской власти, как к собственной жене — ненавидит, но привык и терпит.
№ 1821
У Радека (/нэпмана /эмигранта /еврея) со Сталиным (/советской властью) / Коммунистов с фашистами — расхождение по аграрному (/транспортному) вопросу: «Они хотят, чтобы я лежал в земле, а я хочу, чтобы они по ней не ходили».
A.
«Слушай, Бом, на днях мой приятель приехал из Лондона и рассказал мне, что он сам слышал, как Чемберлен объяснялся в любви нашему Полпредству, говорил, что он в силу служебных своих обстоятельств должен нас ругать, а в душе он сочувствует коммунизму». — «Ха, ха, не может быть, что Чемберлен сочувствует коммунизму. А наше Полпредство что ему на это?» — «Наши удивились и спрашивают его: так вы к какой партии принадлежите? Ну а он и говорит: “Я поч-ком”. Это значит почти коммунизм, вот наши и спрашивают, что же это значит “почти”. А он и говорит, мы только в двух вопросах расходимся с вами, и то в принципиальных, то есть в транспортном и аграрном. В транспортном — вы хотите ездить на нас, а мы на вас, а в аграрном — вы нас хотите угробить, а мы вас… ха, ха, ха, словом “почком”».*
* Два последних предложения вычеркнуты политическим редактором.
B.
«ЧУМ. Это что же такое за чум? Не чума ли?» — «Нет, не чума, а вроде чумы. Чум — это значит Частный универсальный магазин». — «Это что же, конкуренция кооперативам?» — «Ничего подобного. Наоборот, мы в полном контакте с кооперативами. У нас недавно даже было общее собрание, мы по всем вопросам пришли к соглашению, только в одном вопросе разошлись. Это в вопросе о воздухоплавании». — «Воздухоплавании? В чем же вы разошлись?» — «Видите ли, они хотят, чтобы мы вылетели в трубу, а мы хотим, чтоб они вылетели в трубу».
C.
Подумав о Радеке, вспомнил его шутку-каламбур, пущенную в 1928 году, когда тот был в Томске, в ссылке. Но теперь уже сосланный Сталиным. Шутку эту Сталин ему не простил. Генсеку передали, что в своем кругу Радек сказал: «У нас со Сталиным расхождение по аграрному вопросу: он хочет, чтобы моя персона лежала в сырой земле, а я хочу — наоборот…».
D.
«Какая разница между коммунизмом и фашизмом?» — «Почти никакой. Если и есть расхождения, то только по двум вопросам: по транспортному и по земельному». — «Какие же?» — «Фашисты хотят ездить на коммунистах, а те — на фашистах. Опять же фашисты хотят коммунистов угробить, а коммунисты — фашистов».