Троцкий (Бронштейн) Лев Давидович

(1879—1940)

советский политический и государственный деятель, участник международного коммунистического революционного движения, практик и теоретик марксизма. Один из организаторов Октябрьской революции и один из создателей Красной Армии. С 1923 — лидер внутрипартийной левой оппозиции. В 1927 снят со всех постов, отправлен в ссылку, в 1929 выслан за пределы СССР, а в 1932 лишен советского гражданства.

Персонаж 86 сюжетов

№ 28
ТРЕСТ — Троцкий Разрешил Евреям Свободную Торговлю*.
* Как справедливо заметил И.Б. Орлов в своей статье «Еврейский предприниматель периода НЭПа как “антисимвол эпохи”», второй мифологемой после «еврей — творец революции» стала презентация НЭПа прежде всего как проявления еврейской предприимчивости (Орлов И.Б., Пахомов С.А. «Ряженные капиталисты» на нэповском празднике жизни. М., 2007. С. 126—134). С одной стороны, это безусловно объясняется традиционным представлением о евреях как носителях меркантильного духа, с другой, соответствует вполне очевидным приметам времени — еврейские предприниматели, за долгие годы ведения дел в царской России с ее ограничениями для лиц иудейского вероисповедания, имели навык работы в стрессовых условиях, что отчасти способствовало их временному экономическому подъему в период НЭПа. Достигнутые ими успехи в условиях обостренного и часто недружелюбного обывательского внимания воспринимались массовым сознанием как один из атрибутов «еврейского засилья» во всех сферах жизни.
№ 53
Клоуны, дерущиеся на арене перед троном, на который забирается еврей: «Мы-то видим, а вот эти дураки [зрители] чего смотрят?».
A.
Передаются из уст в уста остроты популярных клоунов Бима и Бома, которые то портрет Троцкого «повесят», то изображение Ленина «поставят к стенке», то, будто бы, — один в белом, а другой в красном балахонах, заводят борьбу перед троном, на котором лежат атрибуты царской власти, и в разгаре борьбы не увидят, как некто «в пейсах»* воссядет уже на трон, а когда им резонер, артист того же цирка, скажет, указывая на занятый трон: «Что вы деретесь попусту, — разве не видите?» — они отвечают: «Мы-то видим, а вот эти дураки чего смотрят?», — и при этом показывают пальцем на гогочущую толпу цирка.
* Т.е. еврей — человек с пейсами (неподстриженными прядями на висках, являющимися непременным атрибутом прически ортодоксальных евреев).
№ 70
Троцкий говорит отцу, что на гоя Ленина взят патент на торговлю.
A.
Приехал к Троцкому отец, ортодоксальный еврей — посмотреть как сынок живет. Тот повел его в Кремль: «А это что такое?» — «Кремль». — «А, Кремул (“магазин” по-еврейски) — это хорошо». Заходят во дворец, смотрят портреты. «Ну, это ты — хорошо. А это кто?» — и показывает на Ленина. «Да, гой один…» — «Как же сюда гой попал?» — «Да на него патент взят».
№ 71
Троцкий объясняет отцу, что Ленин — подставное лицо.
A.
Троцкий работал в своем кремлевском кабинете, когда к нему зашел его отец. «Хочу тебя спросить об одной вещи, сынок. Революция, которую вы совершили с Лениным, дело очевидное. Но тогда как же получается, что все время говорят только о Ленине, но никогда о тебе. Как же получается, что повсюду портреты Ленина, но нигде нет твоих. Разве это нормально?» Троцкий почесал затылок и говорит отцу: «Слушай, папа. Это касается нас двоих, как меня, так и Ленина. Ты хорошо знаешь, что я еврей. Ты хорошо знаешь, что в этой стране еврей не должен высовываться. Итак, я скажу тебе всю правду. Ленин — это подставное лицо. Я сделал это дело под его именем».
№ 72
Троцкий планирует читать коллективную молитву в Смольном после ухода Ленина.
A.
Было дело, собирались главы большевиков на заседание в Смольный, и встал Троцкий, чтобы говорить слово. Прошептал ему Каменев: «Лейба, не затягивай. У меня сегодня должен быть йорцайт*, и я опасаюсь: что если я не найду миньян** для каддиша?». В ответ Троцкий прошептал: «Не торопись уходить. Сейчас нас покинет гой [Ленин. — Примеч. А. Друянова], и будем читать молитву здесь, в коллективе…»
* Йорцайт — годовщина смерти. ** Миньян — десять человек (евреев, мужчин старше тринадцати) — необходимое условие для чтения общественной молитвы.
B.
На заседании Совнаркома Штейнберг попросил у Ленина разрешение выйти, чтобы помолиться, на что тот ответил: «Лучше мне уйти, и останется необходимый миньян».
№ 77
Старый еврей едет в Москву, потому что хочет умереть среди своих.
A.
Вагон поезда был полон разговоров. Спорили о Ленине и о Троцком, о Каменеве и о Зиновьеве, и так далее и тому подобное. С краю последней скамейки дремал еврей и не вступал в разговор. Подсел к нему один из спорящих и спросил: «Еврей, ты куда едешь?». Отвечал старик: «В Москву я еду». А тот снова спрашивает: «И конечно же, по торговым делам?» Отвечал старик: «Никогда я не занимался торговлей. Всю жизнь работал Меламедом*». — «Если так, то значит в связи с преподаванием?» — «И это тоже нет, — отвечал старик. — Уже ослабели мои силы». — «Тогда зачем же ты едешь в Москву?» — не прекращал он свои расспросы. Отвечал ему старик: «Стар и слаб я. Кто из людей знает свой срок и меру своей жизни, а мне бы хотелось среди своего народа умереть…»
* Учитель в хедере.
№ 107
Каменев — Троцкому, после избрания последнего в ЦК: «А сколько стоит билет до Сухуми*? Пришла моя очередь на лечение ехать»...
* Лечение в Сухуми в контексте постепенного отстранения Троцкого от дел часто воспринималось современниками как ссылка.
№ 132
В Политбюро есть заковыки: Троцкий и Зиновьев, два заики: Рыков и Молотов, один ошибало — Бухарин и один вышибало — Сталин.
№ 162
Человек похож на советских вождей: происхождение как у Ленина, отношение к партии как у Троцкого, пьет как Рыков.
A.
«Вы кто такой?» — «Столбовой дворянин». — «Как же вы, бывший дворянин, хотите пополнить собой ряды пролетарского студенчества?» — «А как же Ленин, будучи дворянином, пять лет стоял во главе пролетарской державы?» — «Но вы еще и в балет частенько ходите!» — «Хожу, но не так часто как Луначарский». — «Так, может быть... и пьете?» — «Пью, но в десять раз меньше Рыкова».
B.
Исключенный из партии жалуется: «Меня исключили только за то, что я похож на вождей: по происхождению я — как Ленин (дворянин*), отношусь к партии — как Троцкий (оппозиционер), с женщинами веду себя, как Луначарский (гомосексуально**), а в частной жизни, как Рыков (любит со стеклянным богом здороваться***). Вот и угоди им: одним честь, а других выгоняют».
* В первых биографиях Ленина информация о его дворянском происхождении умалчивалась или сознательно искажалась. Так, в книге Зиновьева мы видим строки о том, что отцом Ленина был крестьянин (см.: Зиновьев Г. Ленин — вождь всех трудящихся. 1918. С. 1). В речах его сподвижников и их мемуарах постоянно подчеркивалась «мужицкая» сметка и деловитость Ленина (подробнее см.: Великанова О. Образ Ленина в массовом восприятии советских людей по архивным материалам. Lewiston, Queenston, Lampeter, 2001. (Slavic Studies. Vol. 6)). ** В двадцатые годы активно циркулировали слухи о гомосексуальности Луначарского. *** А.И. Рыков (см. именной указатель) в народе слыл алкоголиком. В честь него советская тридцатиградусная водка получила название «рыковка».
№ 383
Раввин (/А/р): «Построить социализм в одной стране можно, но жить в ней тогда будет невозможно» / «Можно ли построить социализм в одной стране?» — «Можно, но только несчастна будет та страна».
A.
Можно ли построить социализм в одной стране? Это был самый критический вопрос в противостоянии Сталина и Троцкого, на который Сталин ответил «Можно», а Троцкий: «Нельзя». Почти выиграв эту битву, Сталин почувствовал какие-то сомненияи послал за раввином, прославленным своею мудростью, и потребовал от него ответить на вопрос подробно и откровенно. Раввин сказал, что ему нужно время, чтобы посмотреть Талмуд, а также другие священные и ученые тексты. Через несколько дней он вернулся. «Ну? — с тревогой спросил его Сталин, — Как насчет этого?» — «Я порылся в священных текстах, — сказал раввин, — и нашел правильный ответ. Да, можно построить социализм в одной, отдельно взятой стране, но жить в этой стране — вот это будет невозможно».
B.
Советский коммунист, повозив иностранца по СССР и показав ему «достижения», говорит: «Теперь видите, что можно построить социализм в одной стране». Иностранец мнется. «Можно-то можно, — отвечает иностранец. — Только кто в такой стране будет жить?..»
№ 386
Социализм надо строить в одной стране, чтоб в других не было большевиков, голода, разрухи и пр.
A.
«Папаша, знаете, Троцкий считает, что построить социализм в одной стране невозможно. Нужно строить сразу в нескольких». — «Как, чтобы еще и в других странах были такие ужасные неприятности? Большевики. Голод. Разруха. Красный террор. Обыски. Пожалейте людей».
№ 503
Портреты Ленина и Троцкого* (/Сталина и Молотова / Гитлера) — один к стенке поставить, другой повесить / Сталин не знает — вешать портрет Троцкого или к стенке ставить.
* В анекдотах первой половины 1920-х годов Ленин и Троцкий представлены равновеликими персонажами, членами единого политического образования. Противопоставлялись они только по этническому признаку: Троцкий был олицетворением «еврейской власти», а Ленин — в анекдотах — представлялся как единственный этнически русский большевик, порою — как фиктивный вождь революции, «назначенный» для отвода глаз.
A.
На обеде в Поливно один из приглашенных рассказывал о том, что в Москве известный клоун в цирке позволяет себе разные выходки против высших представителей советской власти. Так, он выходит на арену с портретами Ленина и Троцкого, начинает рассказывать публике, что ищет себе квартиру и не может найти подходящую из-за этих портретов. Квартиры малы и неудобны. Повесишь Ленина, а для Троцкого нет места. Приходится Троцкого ставить к стенке. Повесишь Троцкого, приходится Ленина ставить к стенке. Ему же, клоуну, хочется найти такую квартиру, где бы можно было или повесить обоих — Ленина и Троцкого, или обоих поставить к стенке. Публика гогочет, аплодирует. В прошлые времена таких вольностей не допустили бы.
B.
Вот как, например, шутят клоуны. Выносит один из них на арену серию портретов видных советских комиссаров и поочередно вешает портрет за портретом на заранее приготовленные гвозди. Остается повесить еще портреты Ленина и Троцкого, но, оказывается, остался лишь один гвоздь. Клоун задумывается: «Почему же не вешаешь и эти портреты?» — спрашивает его цирковой служащий. Клоун почесывается и смущенно отвечает: «Не знаю, кого из них повесить, а кого к стенке поставить...»
C.
Троцкий после окончания гражданской войны подарил Сталину свою фотографию под стеклом и в рамке: «Видишь, Иосиф, тут есть металлическая петелька, можно повесить. А можно сделать иначе — на этой полке над столом просто прислонить к стене». Троцкий ушел. Остались Сталин и Ворошилов. «Повесить Троцкого неплохо, — сказал Сталин Ворошилову. — Но мне больше нравится другой вариант — поставить Троцкого к стенке. Полезные идеи».
D.
После того как в Берлине бомбами был разрушен дворец Гитлера, в его новый замок был срочно доставлен портрет фюрера. Двое рабочих втащили портрет в дворцовый зал. «Что с ним делать, — спросил один рабочий у другого, указывая на Гитлера, — повесить или просто поставить к стенке?» — «Пока повесим. Придет пора — поставим к стенке», — ответил второй.
E.
Клоун в цирке выходит с двумя портретами — Сталина и Молотова. Берет портрет Молотова и говорит: «Вот его мы поставим к стенке, — и, обращаясь к портрету Сталина, — а его повесим... на гвоздь». После этого клоуна уже никто больше не видел.
F. Нет текста
  • ОН 1997, 104
№ 504
«Что-то Троцкий и Ленин потолстели». — «Да нет. Это они щеки надули — изо всех сил раздувают пожар мировой революции».
№ 505
«Почему РСФСР читается одинаково, откуда ни начни?» — «Чтобы мог Ленин читать по-русски, слева направо, и Троцкий по-еврейски, справа налево».
№ 511
Черт (/еврей), передавая в рай мешок с Лениным (/Сталиным) для Карла Маркса: «Забирайте свое барахло (/проценты на капитал)»*.
* Данный сюжет восходит к чрезвычайно широко представленному в европейском сказочном фольклоре сюжету «Смерть и кузнец», одна из самых известных фиксаций которого — сказка братьев Гримм «Брат Весельчак». См. также [АМ 2010: XIV.1].
A.
Будто Маркса только-только пустили в рай, а до этого он где-то блуждал в просторах. За ним уцепился и Ленин. На вратах стоп — не пускают. «Да я его ученик!» Нет, нельзя, обожди. Тогда один из сторожей «из наших» додумался. «Лезь, говорит, в мешок». Ленин полез. Тогда тот подал мешок через ворота: «Там прошел Маркс — так это его барахло. Передайте!»
B.
Ленин стучится в рай, но его не пускают. Он обращается за помощью к проходящему еврею. Еврей укладывает его в чемодан, подходит к вратам рая, стучится. В окошко выглядывает апостол Петр. Еврей: «Издесь живет Карл Маркс?». Апостол Петр (тоже еврей): «Издесь». Еврей: «Так позовите его немножко сюда». К окошку подходит Карл Маркс. Еврей: «Это вы, господин Маркс?». Маркс: «Я». Еврей: «“Капитал” это ваш?». Маркс: «Мой». Еврей: «Так получите себе ваши проценты». И бросает ему чемодан.
C.
Когда Ленин умирал, то он говорил: «поставьте мое тело на видное место». Когда он умер, то ЦК ВКП(б) хочется душу Ленина провести в рай, в хорошее место, а тело поставить на видное место. Так и сделали: тело поставили на видное место, а для души написали путевку в рай. Пошли туда. Пришли к райским воротам, постучали. Там говорят: «Зачем пришли?». Им отвечают, что душу Ленина в рай принесли. Сторожа говорят, что в рай они не пустят до тех пор, пока Ленин не искупит своих земных грехов — т.е. должен посидеть в аду. А там, в раю сидят и Карл Маркс и Плеханов… А не хочется ЦКа сдать душу Ленина в ад, а в хорошее место в раю. Тогда Троцкий надумал; посадил Ленина в мешок да и говорит сторожу рая: «Карл Маркс здесь?» — «Здесь!» — «Дак нате возьмите ево барахло». И бросил в рай мешок с душой Ленина*.
* Примечание к тексту: «06.04.1931 Записана от Рухликова Герасима д. Боркино Гудковым И.С.»
D.
Про Ленина сочинили такой анекдот: помер Ленин и прибыл в рай, а его туда не пускают. «Почему?» — спрашивает, а Петр I ему отвечает: «Я открыл окно в Европу, а ты его закрыл». Александр II говорит: «Я освободил крестьян, а ты их закрепостил». А Николай II добавляет: «Я дал свободы, а ты обратил людей в безмолвный скот». Пригорюнился Ленин, а тут какой-то еврей и говорит ему: «Полезай в мешок». Ну, Ленин и влез, а еврей подошел с мешком к воротам рая, постучал и говорит: «Тут барахлишко для вашего Маркса, возьмите его». Так Ленин в рай и попал.
E.
Когда Сталин прибыл к воротам ада, дежурный черт позвонил К. Марксу: «Заберите свой капитал!».
F.
После смерти Сталин хотел попасть в рай, но святой Петр его не пустил. Пришлось Сталину возвращаться. А навстречу ему идет какой-то новенький. «Ты куда?» — спрашивает Иосиф Виссарионович. «Хочу в рай попробовать попасть». — «А я уже попробовал — не пустили, — говорит Сталин. — Послушай, давай я к тебе в чемодан спрячусь, и если тебя пустят, то и я попаду с тобой вместе?» Новенький согласился, но и его самого не пустили. «Ну ладно, раз нельзя — значит нельзя. Но хоть вещи-то передать можно?» — спрашивает новичек. «Это, пожалуй, можно», — подумав, согласился Петр. «Тогда передайте Карлу Марксу и Фридриху Энгельсу вот это их барахло!» — крикнул новичок и швырнул чемодан через забор.
№ 516
Удивительная участь: один из вождей — в сухом кале, а другой — в мокром кале*.
* «Сухум-Кале» — турецкое название г. Сухуми в 1724—1810. Речь идет о Троцком, которого смерть Ленина застала на отдыхе в этом городе. В основу этого и последующих сюжетов лег слух о том, что во время спешного возведения первого ленинского мавзолея из дерева была повреждена канализационная труба и помещение, в котором находился саркофаг, заполнилось нечистотами. У нас нет точных сведений о том, что действительно произошло. Очевидно одно — постройка возводилась наспех, промерзшую землю рвали динамитом — так что при возведении вполне могли быть нарушены коммуникации. Месяц после похорон в Мавзолей не было допуска, что, несмотря на популярность анекдотов о затоплении, даже современники были склонны объяснять необходимостью обустройства помещения (см.: Окунев Н.П. Дневник москвича 1917—1924 г. М., 1997. Т. 2. С. 278.)
№ 538
Советские вожди мрут, потому что их призывают на суд Ленина с Николаем II на том свете.
A.
В советских правящих кругах большая тревога — напал буквально мор на высших сановников. В салоне госпожи Троцкой спиритический сеанс — вызвали духа Ленина и спрашивают Ильича, в чем дело. «Сейчас у меня с Николаем II cуд. У него свидетелей — девать некуда, а у меня почти никого; я и вызываю», — отвечал дух.
№ 559
Ленин с трибуны: «Субботник, намеченный на завтра, отменяется по техническим причинам. Проститутка Троцкий украл наше надувное бревно!».
№ 602
«Надя, открой, пожалуйста... Надюша, это я, Вовка-морковка!.. Феликс Эдмундович, она там с Троцким, ломайте!»
№ 622
«Все работаете, Владимир Ильич. Отдохнули бы с девочками». — «С девочками! А не с этой политической проституткой Троцким!»
№ 623
Троцкий обижается на Ленина: «Вот ведь какой человек! Всю жизнь обзывал меня проституткой, а деньги и подарки никогда не дарил!».
№ 628
Ленин прокалывает презервативы булавкой и велит отдать их своим оппонентам.
A.
Резинотрест прислал Ленину два пакета первых выпущенных в Союзе презервативов. Первый пакет Ленин оставляет себе, второй велит раздать трудящимся. Один презерватив он вынимает из пакета, прокалывает и говорит: «А этот отдайте этой пгоститутке Тгоцкому!».
B.
Привезли сто штук презервативов. Ленин распорядился: «Пять штук дайте мне, пятьдесят Феликсу Эдмундовичу — он у нас железный, а остальные прокусите и — мировому пролетариату».
№ 637
Ленин (/Брежнев) — голодным людям: «Вот я вчера бочонок меда уговорил — и не жужжу!».
A.
К Ленину пришли ходоки: «Товарищ Ленин! Совсем жрать нечего стало. Сено с крыш снимаем и едим. Скоро будем мычать, как коровы!» — «Ну, уж это вы загнули. Вот мы вчера с Троцким на пару бочонок меда уговорили — так я же не жужжу!»
B.
Перед открытием ХХV съезда КПСС к Брежневу в кабинет заходит референт и спрашивает: «Леонид Ильич, чем делегатов-то кормить будем?» — «Как чем кормить? Мясом, молоком». — «Да что вы! Мясо уже давно все съели, молоко выпили». — «Ну тогда хоть пшеницей». — «Пшеницу Канада не продала». — «Может, тогда овсом?» — «А делегаты от овса ржать не будут?» — «Конечно, нет. Я вон двух уток вчера съел, но я ведь не крякаю».
№ 658
Австрийский политик (/Клам-Мартинич /Чернин) в ответ на сообщение о (/готовящейся) революции в России: «И кто ее будет делать? Лентяй Троцкий из кафе “Гавелька” (/“Централь”)?».
A.
За одним из этих столиков сидел и Бронштейн, он же Троцкий, на чей счет прошелся некий австрийский министр, ответив на предупреждение секретных служб о революционных приготовлениях в России анекдотическим: «А кто революцию-то будет делать? Уж не господин ли Бронштейн, что просиживает целыми днями в кафе “Централь”?»