США

Бим: «Позволь тебе рассказать, мой друг, занимательную историю. Из окна богатого американского дома хозяйка увидела, как неизвестный ест траву в ее саду. «Что вы делаете?» — спросила леди. «Я безработный, два дня ничего не ел...» — «Ах несчастный! Мне вас очень жалко... Подите, голубчик, в тот угол, там трава погуще».

Демонстрация в Лафайет-парке перед Белым домом. Несколько тысяч студентов сидят на газонах и едят траву. К ним выходит Картер и спрашивает: «Что у вас случилось? Почему вы едите траву?». — «Потому что мы совсем обнищали, больше нам нечего есть». Картер достал чековую книжку, выписал чек на миллион долларов и отдал его студентам. Советские студенты, узнав об этом, пришли к Кремлю, сели на газон и принялись есть траву. К ним вышел Брежнев и спросил, почему они едят траву. Студенты ответили: «Стипендии у нас маленькие, мы все время голодные, вот и вынуждены есть траву». Брежнев достал из кармана горсть пятаков, раздал их студентам и сказал: «Так вы садитесь на метро и поезжайте в Сокольники, там трава сочнее».

Был объявлен всемирный конкурс на изображение голодающего человека. И вот в Нью-Йорк стали поступать конкурсные работы. Американец изобразил худого человека, копающегося в помойке. Немец нарисовал изможденного мужчину, лежащего на земле. Француз прислал портрет женщины с пустыми отвислыми грудями. Но победителем был признан русский. Он изобразил голую задницу, покрытую паутиной.

На политзанятиях лектор говорит рабочим: «Американские агрессоры угрожают нам своим новым оружием — нейтронной бомбой. После ее взрыва население гибнет, но все остается целым». Рабочий (с места): «А какая бомба взорвалась у нас, что все мы остались целыми, а в магазинах ничего нет?».

Русский эмигрант в Нью-Йорке принимает друга из Москвы. Выпивают, на столе чего только нет. Гость — хозяину: «Почему ты не закусываешь?». — «А я никогда не закусываю». — «Тогда зачем уехал?»

Заходит мужик в колбасный магазин. Глянул, а на витрине колбас — сортов сорок. «Пожалуйста, мне килограмм “Краковской”». Продавщица: «Это — муляж». — «Для чего?» — «Для телевидения». — «А “Докторской”?» — «Также муляж». — «Зачем?» — «Вы понимаете, приедут американские телевизионщики документальный фильм снимать. Колбас нет, вот и изготовили муляжи». Покупатель подходит к кассе, там кассирша губы красит. Он — двумя пальцами к ее глазам: «У, сволочь! Как живая сидит!».

Верх роскоши. Для богатой американки — шофер-негр кофейного тона под цвет кофейной машины. Для француженки — поводок собаки под цвет перчаток. Для советской женщины — незаштопанные колготки под брюками.

Американец спрашивает русского: «Как у вас народ относится к повышению цен?» — «Мы каждый раз испытываем облегчение». — «?!» — «Вначале проносится первый слух о повышении, потом второй, третий. Когда цены в самом деле повышают, все вздыхают с облегчением: ну, наконец-то кончилась эта неопределенность!»

1) Что такое мужская солидарность? Муж обещал прийти с работы в семь, а пришел в десять. Обьясняет — засиделся у приятеля Гриши, разбирали приемник, который барахлит. Жена проверяет, звонит Грише. «Павлик заходил к тебе сегодня?» — «Да. Разумется. И сейчас еще сидит». 2) Что такое международная солидарность? Поднимают цены у нас. А бастуют рабочие в Сан-Франциско.

Неравный брак. В Лондоне: «Ты знатен, после смерти отца будешь лордом, а она дочь мелкого лавочника...». В Нью-Йорке: «Ты богат, а она бедная художница...». В Москве: «У тебя анкета в порядке, ты работаешь в ящике, а у нее мать была на оккупированной территории, брат побывал в плену, а дядя живет в Канаде...». Вариант более ранний: «У тебя рабочая карточка и паек НР, а она иждивенка, какие-то несчастные 400 грамм хлеба...»

Горбачев приехал в Америку и решил посмотреть, как живут простые американцы. Заходит в супермаркет, а там очереди. «Ага, и у вас очереди…» — «Мы, Михаил Сергеевич, все сделали, чтобы вы чувствовали себя как дома!»

Американец, англичанин и русский хвалятся прочностью своей резины. «У нас один упал с сотого этажа, — говорит американец. — К счастью, он приземлился на ноги, подошвы спружинили, и он снова взлетел на сотый этаж». — «У нас один отплыл на корабле, — говорит англичанин. — Когда корабль отошел от порта на сто миль, его потянуло назад и притащило обратно в порт. Оказалось, что наш путешественник зацепился подтяжкой за причал». — «А у нас один в лифт свалился. Сам — вдребезги, а галоши целы».

К Андропову в кабинет вбегает его заместитель. «Юрий Владимирович, только что выяснилось, что главным инженером на предприятии по производству электроники работал американский шпион! Ему удалось удрать в США». — «Это замечательно! Теперь Америка отстанет на пятнадцать лет».

Некая американская фирма купила у Советского Союза большую партию вина «Солнцедар». Чиновнику внешнеторгового ведомства стало интересно, для чего нужна американцам такая большая партия такого вина. Он спросил об этом у главы фирмы. Тот ответил: «Мы собираемся продавать это вино по сильно сниженным ценам в кварталах, где живут негры и “чиканос”». — «Но вы же понесете убытки! Для чего это вам нужно?» — «Я считаю, что в Америке развелось слишком много этих черномазых».

Американец: «А у нас есть нейтронная бомба». Англичанин: «А у нас пострашнее: крылатая ракета». Русский: «А у нас жэк. Жуткая штука огромной разрушительной силы. Как вдарит — ни света, ни газа, ни воды. Ложись и помирай».

На международном конгрессе познакомились два инженера — из СССР и США. Майкл тут же пригласил Ивана к себе в гости. Последний приехал, захотел в туалет. Майкл показал дверь. Иван тянет за ручку — не открывается. «Включи свет», — говорит Майкл. Иван включил — дверь открылась. Зашел — тут же закрылась. Хочет выйти — не может. Майкл: «Ты не смыл унитаз». Иван дернул цепочку, потекла вода. Дверь сама открылась. Здесь же Иван попросил перерисовать ему схему работы двери. Прошло полгода. Майкл приехал в СССР, разыскал дом Ивана. Оказалось, что того уже и с работы уволили. «За что это тебя?» — Спрашивает Майкл. «За опоздание на работу, — говорит тот. — Сделал я в туалете все так, как у тебя. Но у нас то воды нет, то тока...»

Американская разведка выкрала чертежи советской ракеты, и на американском заводе изделие воспроизвели. Ракета не сработала. В откровенной беседе с советским военным атташе один из американцев спросил: «Как же так? Чертежи подлинные, а ракета не взлетела». — «Все в порядке, — заверил военный атташе. — У нас главный секрет не в самом проекте, а в дефектной ведомости».

Летит самолет, а в нем главы великих держав. Вдруг видят, что на крыле самолета сидит черт и старательно пытается это крыло распилить. Напуганный президент США быстро пишет записку и кидает черту. Тот прочитал, плюнул и выбросил. То же самое делает президент Франции. Черт прочитал, также порвал записку на мелкие клочья и выбросил. Тогда пишет записку генеральный секретарь ЦК КПСС. Только черт заглянул в записку — и его как ветром сдуло. Спрашивают президента США: «Что вы ему написали?» — «Я ему пообещал миллион долларов, лишь бы он перестал пилить это крыло». Спрашивают президента Франции. «Я ему пообещал самых красивых женщин». — «Ну а что вы ему такое пообещали, что он сразу сбежал?» — спросили нашего генерального секретаря. «А я ему написал: “Хорошо пилишь — на БАМ поедешь”».

Русский, француз и американец разговаривают о том, какие дороги у них в стране. Француз говорит: «У нас вы можете поставить тарелку с бифштексом на радиатор вашей машины, проехать сто километров, и с тарелки не упадет ни одна горошина, ни один листик салата». Американец говорит: «У нас дороги еще лучше. Вы можете поставить на радиатор рюмку, до краев наполненную виски, проехать сто километров, и из рюмки не прольется ни единой капли». Русский говорит: «Это все ерунда. У нас вы можете завести машину, а самому завалиться с бабой на заднее сиденье». — «Но как же машина сама пойдет?!» — «А куда она из колеи денется?»

Американский солдат разговаривает с советским и говорит: «У нас демократия: я могу, например, поехать в Вашингтон, увидеть президента и сказать ему “Трумэн — дурак”». Советский солдат: «Подумаешь! Я тоже могу поехать в Москву увидеть Сталина и сказать ему “Трумэн — дурак”!».

«У нас свобода, — говорит американец. — Я могу выйти к Белому дому и кричать “Долой Эйзенхауэра!”» — «Подумаешь, — говорит русский. — Я тоже могу выйти на Красную площадь и кричать “Долой Эйзенхауэра!”».

Сидят три воробья в Цюрихе, на колокольне. Спрашивает один: «Откуда вы, братцы?». Отвечает другой: «Я из Америки. Смог, вонь, бензин. Дышать невозможно. Прилетел отдохнуть». Отвечает третий: «Я из Китая. Риса ни зернышка, воробьев травят, бьют. Решил попросить убежища». — «Нет, — говорит первый, который спрашивал, — у нас в СССР пока еще и воздух хороший, и зерно на всех дорогах валяется, и воробьев не травят...» — «Чего же ты сюда летел?» — «Почирикать охота, братцы!..»

Две собаки встречаются на границе — одна бежит из СССР в Польшу, другая из Польши в СССР. Советская собака: «Чего сюда бежишь?». Польская собака: «Пожрать. У нас насчет этого совсем плохо. А ты чего сюда бежишь?». Советская собака: «Полаять. У нас насчет этого совсем плохо». Польская собака: «Ну, не так уж и дадут полаять». Советская собака: «Ну, не так и дадут пожрать». Разбежались.

Встретились четыре собаки: мексиканская, американская, польская и советская. Мексиканская собака возмущается: «Экономический спад в Мексике отражается даже на мне. Когда-то служанка приносила мне мясо строго в определенные часы, а теперь я лаю, лаю, лаю... покуда она мне принесет. Безобразие!». Американская собака удивляется: «У вас в Мексике еще есть служанки?». Польская собака спрашивает: «А что это такое — мясо?». Советская собака поражена: «Вам там разрешают лаять?!»

Советский гражданин заспорил с американцем, где больше свободы. Американец говорит: «У нас полная свобода. Однажды я справил малую нужду у стены Белого дома». — «Подумаешь, я справил большую нужду около кремлевской стены, рядом с мавзолеем». — «Правда, я делал это так, чтобы никто не видел». — «Я тоже, разумеется. Даже штанов не снял».

Тост. Самый захудалый парень на селе взял свата и пошел сватать лучшую невесту. Отец невесты сказал: «Пошел вон, паршивец!». И выгнал его. Идут обратно, сват пилит парня. «Мое дело сторона, но на твоем месте я бы ужас как рассерчал... Я бы им показал на твоем месте!» Парень: «Да я и то... Я насрал у их посередь хаты. Пущай знают». — «Что-то я не бачив». — «Да я ув штанцы». Так да здравстуют наши храбрые публицисты из “Литгазеты”!»