США

Хрущев спросил Кеннеди, откуда у него такая осведомленность в политических вопросах. Кеннеди ответил, что он часто звонит в ад, и дал телефонный код и номер, но предупредил, что минута разговора стоит более ста долларов. Хрущев позвонил в ад, но с него взяли только по пяти копеек за минуту. Когда он спросил, почему Кеннеди платит во много раз больше, телефонистка ответила, что это за дальность. А для СССР телефонная связь с адом — это местная линия.

Американский специалист рассказывает советскому, что он каждые два-три года меняет место работы и место жительства. «Да, — отвечает советский специалист, — мне тоже предложили прекрасную работу в другом городе, в очень хорошем НИИ, и квартиру дают, но не разрешили там прописку». — «А что такое прописка?» — «Это разрешение на право жительства». — «Государственное разрешение?» — «Разумеется». — «А квартиру вы нашли там частную?» — «Нет, институт предоставил служебную». — «Институт частный?» — «Нет, государственный». — «Как же так: государство предоставило вам работу в своем институте, государство предоставило вам квартиру и государство вам не разрешило там жить? Сколько же у вас государств?»

Никсон спросил Бога, когда американцы станут счастливыми. Бог ответил: «Не раньше, чем через тридцать лет». — «Жаль, я не доживу». Помпиду спросил Бога, когда станут счастливыми французы. Бог ответил: «Не раньше, чем через пятьдесят лет». — «Жаль, я не доживу». Брежнев спросил Бога, когда, наконец, станут счастливыми советские люди. Бог ответил: «До этого я не доживу!».

Брежнев, Картер и Помпиду попали на прием к Господу Богу. Он предложил им ответить на интересующие их вопросы. Картер спросил: «Господи, когда в моей стране прекратится разгул насилия?» — «Через пятьдесят лет». — «О, я до этого не доживу!» — воскликнул Картер и заплакал. «Господи, когда во Франции прекратится проституция?» — спросил Помпиду. «Через сто лет». — «О, я до этого не до живу!» — заплакал Помпиду. «Господи, когда в России прекратится пьянство?» — спросил Брежнев. «Я до этого не доживу», — заплакал Бог.

Американец приезжает из СССР домой. Друзья спрашивают: «Джон, ну, как там?» — «О! Это долго рассказывать. Объясню в двух словах. Есть там праздник Великого Октября, но справляют его в ноябре. И вот так у них все».

Председатель колхоза едет домой с работы, там, на дороге, волки сидят, не дают дорогу. Он кричит, а они не идут! Сено все сжег, а они не идут! «Сейчас я вас в колхоз свой запишу!» — сказал он. Они хвост поджали и убежали.

Представители трех наций — русский, англичанин, американец — едут на джипе по СССР. Поперек дороги встала корова, надо ее согнать. Англичанин корове: «Английская королевская семья будет недовольна». Никакого впечатления. Американец корове: «Мы срежем СССР поставки по лендлизу». Никакого впечатления. Русский подходит и говорит корове тихо на ухо что-то очень короткое. Корова тут же уходит. «Что ты ей сказал?» — «Сказал: “Отдам в НКВД”».

Едут Сталин, Черчилль и Рузвельт в автомобиле втроем после Тегеранской конференции. И вдруг корова преграждает путь. Встала и ни с места. Шофер вышел из машины, начал гнать ее — она не уступает дорогу. Входит он в машину и говорит: «Что делать? Я никак не могу ее отогнать». Тогда Черчилль говорит: «Я пойду прогоню». Вылезает. И сколько он ее ни гнал, она ни с места. Рузвельт расхохотался и говорит: «Ей надо просто по-деловому заявить, чтобы она освободила дорогу. И все». Вызвался это сделать. Ну а корова опять ни с места. Сталин вышел. Мягко подошел к ней и что-то ласково пошептал на ухо. Она как пустится бежать! И по сей день ее не видели. В автомобиле его спрашивают: «Что за магическое слово вы сказали корове, что она убежала?» — «Ничего особенного. Просто сказал ей, что если она не уйдет, я ее в колхоз заберу».

«Что вам помогло выжить в фашистском плену?» Американец: «У меня были с собой доллары, спрятанные в каблуке». Француз: «Милая немецкая малютка по имени Эльза жалела меня и немного кормила». Русский: «Да чего там. Привычные мы. В колхозе тоже не емши, тоже на морозе одеты кое-как».

Беседуют американский, французский фермеры и русский колхозник. Американец говорит: «У меня есть жена и любовница. Жене я построил виллу давно, любовнице сейчас достраиваю». Француз говорит: «У меня жены нет, но есть три любовницы, каждой из них я построил виллу». Русский говорит: «У меня есть жена, а любовниц, считай, вся ферма. Вот вилы, правда, у нас одни на весь колхоз».

В один колхоз внезапно приехала зарубежная делегация. По хозяйству их водили председатель правления и главный агроном. Гости обратили внимание на поле, желтое от сурепки и других сорняков. «Это мы там очень ценную кормовую культуру посеяли, — соврал на ходу агроном. — От нее надои молока втрое увеличиваются». — «А не могли бы вы продать и нам хотя бы немного семян этой культуры?» — обратились гости к председателю. «Да на кой черт вам эти семена! — отвечает тот. — Только морока с ними. Возьмите лучше моего агронома — и через год-два ваши поля тоже пожелтеют».

Приезжий ответственный работник делает доклад о строительстве. Через каждое слово «темпы». После доклада один из туземцев, тоже ответственных, замечает: «Хороший доклад, товарищ. Одно не пойму только, что такое “темп”?» — «Это, — отвечает приезжий, — слово латинское и его трудно объяснить. Ну, к примеру, видишь там мост? Вот такой мост строится в Америке — десять лет, а у нас в два года. Вот это называется “темп”!» Через некоторое время этот спрашивающий едет с докладом в колхоз. Доклад изобилует модным словом «темп». Аплодисменты, общий восторг. Но вот встает один мужичонко и говорит: «Все отлично и доклад всесторонний. Не пойму, товарищ, только, чего это такое “темпа”?» — «Это, — объясняет докладчик, — легко на примере объяснить. Вон, говорит, посмотри в окошко. Видишь кладбище? В Америке, скажем, такое кладбище заполняется лет в десять, а у нас — в два. Это и есть “темп”».

После шестнадцатого съезда партии. В деревне не поняли, что такое темпы. Послали в город ходоков. Ходоки вернулись: «Все понятно про эти темпы. Было у нас в год пятьдесят покойников — будет сто. Был неурожай на десяти га — будет на тридцати...»

Калинин принимает делегацию колхозников. Один из них говорит в конце: «Все я понял, не понимаю только, что означает слово “темпы”». Калинин подводит его к окну и показывает на проезжающий трамвай: «Вот видишь, едет трамвай. Через четверть часа поедет еще один, а при коммунизме они будут ходить один за другим. Вот это будут темпы». Колхозник рассказывает в деревне о посещении Калинина, дошел до слова «темпы» и задумался. В этот момент показалась похоронная процессия. «Вот видите, — говорит колхозник, — несут покойника, через месяц или даже год понесут, может быть, еще одного А вот при коммунизме будут таскать одного за другим. Вот это будут темпы!»

Преподаватель народной школы спрашивает ученика второго класса: «Что такое коммунизм?» — «Не знаю», — отвечает ученик. «Хорошо, спроси об этом отца, завтра нам расскажешь». У отца ученика не нашлось времени объяснить сыну, что такое коммунизм: «Об этом надо говорить часами», — отмахнулся он... Ученик пошел к дяде. Последний, выслушав просьбу племянника, подвел его к окну. По улице проезжала легковая машина. «Видишь? — спросил дядя и продолжал: — Если только отдельные люди могут ездить в авто — это капитализм. А когда все будут ездить — это коммунизм. Понял?» — «Понял!» На другой день, придя в школу, ученик поднял руку: «Я могу объяснить, что такое коммунизм!» — «Ну?» Ученик просит преподавателя подойти с ним к окну. По-за окном ни одной машины. Ученик растерялся. В это время на улице показался человек, идущий на костылях. Ученик сразу же нашелся: «Видите, учитель, если только отдельные люди ходят на костылях* — то это капитализм, а когда все люди будут на костылях — это будет коммунизм».

Ученые решили провести социальный эксперимент: объявили, что через пять дней Земля столкнется со сверхмощным метеором и произойдет конец света. На следующий день после этого объявления ученые сели в самолет и нанесли визит в разные страны, чтобы узнать реакцию населения. Прилетают в Америку — там разгул бандитизма, на улицах лежат трупы, люди сводят счеты друг с другом. Прилетают во Францию — там все наоборот — мужчины, женщины, старики, подростки — все заняты любовью, наслаждаются в объятиях друг друга. Прилетают в Советский Союз, видят: стоит посреди площади трибуна, и человек с трибуны вещает: «Итак, товарищи, перед нами стоит ответственная задача огромной важности: выполнить пятидневку в четыре дня!».

Видный американский экономист посетил Советский Союз. Его спрашивают: «Какое ваше мнение о наших планах перегнать США?». Американец отмалчивается, но ему задают этот вопрос снова и снова. Наконец, он отвечает: «Видите ли, для этого нужны три условия. Первое — чтобы вы развивались так, как вы планируете. Второе — чтобы США развивались так, как вы предполагаете. И третье — чтобы вы подсчитывали так, как вы подсчитываете».

Делегация советских рабочих посетила в США большой автомобильный завод. «Кому он принадлежит?» — спросили делегаты. «Форду», — ответил гид. «А чьи это автомашины на стоянке?» — «Рабочих», — сообщил гид. Ответная делегация американских рабочих посетила большой советский завод. «Кому принадлежит этот завод?» — «Рабочим», — ответил член партийного комитета. «А чья это машина на стоянке?» — «Директорская...»

Иностранный агент, заброшенный в Советский Союз, решил сдаться властям и сам пришел в КГБ. Сдача иностранного агента в КГБ. Комната № 1 — дежурный. «Я явился сюда с повинной и чистосердечным признанием...» — «Чистосердечное признание в комнате № 138». — «Я заброшен к вам как шпион...» — «По шпионажу комната № 227». — «Я заброшен к вам...» — «Каким транспортом?» — «С моря». — «Водные дела в комнате № 368». — «Я заброшен к вам с моря...» — «Подводным или надводным средством?» — «С подводной лодки...» — «Подводные акции — это в комнате № 543». — «С подводной лодки...» — «С аквалангом или без?» — «С аквалангом». — «По аквалангистам в комнату № 794». — «Я спрятал акваланг, потом...» — «Так, а вы еще должны получить задание или уже имеете?» — «Да, я имею специальное задание по...» — «Так чего морочите голову? Выполняйте! Выполните — доложите!»

Приходит человек в Управление КГБ и говорит: «Я — американский шпион, пришел к вам сдаваться». — «У вас передатчик есть?» — «Есть». — «Пройдите в 118-ю комнату». Пришел человек в 118-ю комнату. «Я — американский шпион, у меня есть передатчик». — «А шифры у вас есть?» — «Есть». — «Пройдите в 235-ю комнату». В 235-й комнате: «Я американский шпион, у меня есть передатчик и шифры к нему». — «А средства для тайнописи у вас есть?» — «Есть». — «Пройдите в 376-ю комнату». В 376-й комнате: «Я американский шпион, у меня есть передатчик, шифры к нему, средства для тайнописи и все остальное, что мне необходимо для выполнения задания». — «А задание у вас есть?» — «Есть». — «Так чего ж ты не выполняешь?»

Приехал американский инженер. Ему показывают советское передовое предприятие: «У нас сквозные ударные бригады и встречный промфинплан. У нас во всех цехах стенгазеты. У нас бригадный хозрасчет... передача опыта... техучеба, профучеба... культсектор... самодеятельность...». — «Один вопрос. А когда вы работаете?»

Американский шпион внедрился в советский институт, через некоторое время от него пошли шифровки: «Вокруг меня в беспорядке валяются секретные документы. Подозреваю, что меня проверяют». — «Многие сотрудники института получают месячную зарплату, равную стоимости одной пары джинсов. Подозреваю, что здесь существует тайное финансирование». — «Меня отправляют на картошку. Подозреваю, что кто-то из наших провалился». — «Уже две недели я на картошке. Больше выдержать не могу, прошу найти способ спасти меня отсюда!» — «Сегодня я не выдержал, пошел в Управление КГБ и сказал, что я американский шпион. Мне ответили: “Как на картошке работать, так все вы американские шпионы” — и отправили обратно в колхоз».

Поехал Иванов по обмену в Штаты и стал работать в одной фирме директором-стажером. Уехал шеф в отпуск и оставил Иванова вместо себя. Приезжает и спрашивает, как дела. «Все о’кей, шеф: от пяти заказов отвертелись!»

Приговоренным к смерти русскому и еврею обещано помилование, если они укажут способ поднять червонец и привести к упадку доллар. Русский отказался решить невозможную задачу и потребовал расстрела. Еврей подумал и утром объявил свое простое, быстрое и дешевое средство: «Поменяйтесь правительствами».

Еврей: «Михаил Иванович, помогите. Пропадаем». Калинин: «Э, братец, я сам в безвыходном положении. Сделайте, чтоб доллар падал, а рубль поднимался, тогда помогу». Еврей: «Нельзя этого-с». Калинин: «Подумайте». На следующий день еврей: «А есть выход, Михаил Иванович. Хотите, доллар станет падать, а рубль подниматься?». Калинин: «Ну, говори». Еврей: «Вы поезжайте в Нью-Йорк, а они пусть приедут в Москву».

Обрушение советского рубля вызвало появление следующей шутки. Официальный курс обмена валюты, согласно советскому стабилизационному декрету, составлял 1,94 рубля за доллар, однако в реальности трудно было обеспечить цену, меньшую чем 5—7 рублей за доллар. В результате это привело к широкой спекуляции с валютой, в которой принимали участие и многие коммунисты. Русские с хихиканьем говорили: «У Соединенных Штатов плохо с финансами». Когда их просили объяснить, ответом было: «Потому что американцы не могут заплатить больше двух долларов за червонец (десятирублевую купюру)».

В Америке в цирке атлет выжимает в кулаке лимон и предлагает тому, кто сможет выжать еще каплю, пятьсот долларов. Из публики выскакивает невзрачный человек, выбегает на арену, быстро выжимает две капли и говорит: «Разрешите получить тысячу долларов». Все поражены. Атлет дрожащим голосом: «Кто вы, сэр?». — «Фининспектор из СССР».

Ульбрихт едет по Восточной Германии и вдруг замечает крестьянина, который ест сено. Ульбрихт останавливает машину: «Ты с ума сошел! Что ты делаешь?». — «Есть нечего, товарищ начальник». — «А... Ну ничего, скоро соберем урожай, будет что есть». Ульбрихт быстренько отъезжает. Проезжает Пик, также остановился: «Ты рехнулся? Ешь сено?!». — «Есть нечего!» — «А... Потерпи малость: скоро устроим мировую революцию — всего вдоволь будет». Следом за ним едет советский офицер. Увидел крестьянина, затормозил машину и кричит: «Дурак! Кто же летом ест сено?! На зиму береги! Сейчас жри траву!».

На торжественной встрече Хрущева еврей демонстративно сосет огрызок кукурузы. Хрущев: «Ты что это переводишь зимний корм? Переходи на подножный!».

Американский безработный стоял перед Белым домом и кушал сено. Шел президент, дал ему доллар, он на доллар купил вечерних газет, выручил два доллара, снова купил газет... Словом, стал миллионером. Президентский рубль, говорят в США, особый рубль. Счастливый. Наш один услышал про это. Больно хочется сделаться миллионером. Стал перед Кремлем, кушает сено. День стоит, два... На третий идет Никита Сергеевич. «Кушаешь сено? А на дворе май месяц, трава пробивается. Дам тебе хороший совет: переходи на подножный корм».