Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович

Идут два еврея в Москве по Лубянской площади, подле здания НКВД. Один спрашивает: «Мойша, какая разница между Сталиным и ослом?». В это время из дверей НКВД высовывается голова энкаведиста, который пальцем подзывает их к себе: «А ну, идите-ка сюда, — ну, так какая разница?». Еврей: «Я ничего не сказал... Никакой разницы нет…»

На границе советской и американской оккупационных зон американский солдат, кончая вахту, всегда говорит: «Слава Богу». А советский солдат говорит: «Слава Сталину». Один раз американский солдат, не утерпев, спросил: «Ну хорошо, а если Сталин умрет, что тогда ты будешь говорить?» — «Тогда? “Слава Богу” буду говорить».

Вошел галитчинский украинец в контору и здоровается по старой привычке: «Слава Иисусу!» — «Ты должен говорить “Heil Hitler!”» — «Слава Гитлеру», — перевели ему слова лагерфюрера. «А как Гитлер умрет, тогда как?» — «Вот тогда и скажешь: “Слава Иисусу!”» — сказал переводчик-украинец.

Старушка еле втиснулась в переполненный трамвай: «Ну слава Богу!». Стоявший рядом гражданин: «Неправильно, мамаша, выражаетесь. Бога нет. Надо говорить “Слава Сталину!”» — «Верно, родимый, прости меня, отсталую... (Подумав.) Это, конечно, не дай Бог, но кого же я буду благодарить, когда Сталин помрет?» Гражданин (дождавшись остановки): «Тогда, пожалуй, можете говорить “Слава Богу”». И тотчас выскочил из вагона.

Известно, что на советских политических докладах публика обычно дремлет, да и президиум одолевает сон. В такой нормальной обстановке докладчик, кончая свое выступление, патетически воскликнул: «Враги народа хотели убить нашего любимого вождя (с особым ударением), товарища СТАЛИНА!». Разбуженные упоминанием великого имени, члены президиума вскочили и бешено зааплодировали.

В октябрьском районе города Киева поймали мужчину, который во время митинга кричал «Позор!». Оказалось, что он был заикой, а потому и запаздывал с криками. Когда все кричали: «Позор предателям народа! Да здравствует Сталин!», он только что успевал выкрикнуть: «Позор!», как все уже кричали — «Сталин!».

Малограмотного активиста выбрали председателем сельсовета. Приближался праздник Октябрьской революции, и надо было провести торжественное заседание пленума сельсовета вместе с активом. Но он никогда публично не выступал с речью и поэтому нервничал. Встретив одного студента, приехавшего в отпуск на эти праздники, он попросил научить его, как выступать перед народом в такой праздник. «Ничего страшного нет, — говорит студент. — Я тебя научу, как надо проводить такие собрания. Хорошо убери в клубе, поставь стол и накрой его красной скатертью. Сверху поставь кувшин с водой и стакан. Когда откроют завесу, ты должен сделать серьезный вид, постучать карандашом по стакану и сказать: «Тише, товарищи! Торжественное заседание пленума нашего сельсовета, посвященное дню Октябрьской социалистической революции, считаю открытым». А я буду стоять за перегородкой и подскажу тебе, что говорить дальше». Председатель сельсовета обрадовался, получив такой совет, и, когда в клубе все уже было приготовлено, поставил студенту магарыч. Наступил вечер, надо было выступать перед пленумом. Председатель пришел в клуб вместе со студентом. Люди уже сходились. Вдвоем поднялись они на празднично убранную сцену и начали готовиться к открытию пленума. Студент забрался за большой портрет Сталина, который за столом был прислонен к стене, и оттуда должен подсказывать, что главе сельсовета говорить. Председатель дал знак, чтобы открыли занавес. Занавес поднялся. В зале было очень шумно и председатель сельсовета, постучав карандашом по стакану, начал: «Тише, товарищи! Торжественное заседание пленума нашего сельсовета считаю открытым». В зале наступила тишина. Председатель сельсовета вернулся к портрету надеясь, что ему подскажет студент, но ничего не было слышно, потому студент заснул. Тогда председатель постучал карандашом по стакану второй раз и повторил: «Тише, товарищи! Торжественное заседание пленума нашего сельсовета считаю открытым!». В зале в этот раз было совсем тихо. Председатель сельсовета вернулся снова к портрету, чтобы послушать студента, и слышит, что он храпит и свистит носом. Разгневанный глава стукнул кулаком по столу и закричал что есть силы: «Товарищи! Заседание считаю закрытым! А ты, — размахивая кулаком в сторону портрета Сталина, за которым храпел студент, — помни! Твое тебе будет!»

По случаю дня рождения Сталина была послана группа селян-колхозников от всех республик поздравить его. Роли были заучены и распределены так — первым должен выкрикнуть русский: «Да здравствует товарищ Сталин!», а все остальные колхозники должны подхватить: «С советской властью, коммунистической партией и комсомолом!». На генеральной репетиции все получилось хорошо, и делегацию пропустили к Сталину. Когда входили в комнату Сталина, то у русского расшнуровались лапти и шнурки тянулись по полу. Украинец, который шел за русским, не видел тех шнурков и наступил на них. Москаль упал на пол перед самым Сталиным и крикнул, ругаясь на украинца: «Чтоб ты сдох!». Все остальные, недослышав, что сказал русский, выкрикнули хором заученное: «С советской властью, коммунистической партией и комсомолом!».

Сталину — 70 лет. Пошли поздравить его Каганович, Берия, Хрущев и Маленков. Лазарь наставляет коллег: «Я зайду первым и крикну: “Будьте здоровы, отец наш!” Как только услышите эти слова — пусть зайдет Лаврентий и скажет: “И ваша жена!” За ним — Никита: “И ваши дети!” Затем Георгий: “И вся ваша родня!”». Заходит Лазарь к Сталину, а у него — Микоян с овчаркой. Собака бросается к Кагановичу и кусает за ногу. Лазарь как крикнет: «А чтоб ты сдох!». В коридоре Берия, Хрущев и Маленков услышали окрик, но не разобрали слов. Согласно сценарию, заскакивает Берия: «И ваша жена!». Дальше — Хрущев: «И ваши дети!». А за ним и Маленков: «И вся ваша родня!».

Возились на улице ребятишки, из глины, грязи и кизяков лепили домики, фигурки. Смастерили домик с крестом. Шел мимо сельский батюшка. Остановился. «Вы чего же строите-то?» — «Да церковь». Улыбается поп. «А где же пастырь ваш — батюшка?» — «Да кизяка, видишь, на батюшку не хватило...»

Сидит на дороге ребенок и раскладывает конский навоз, сортируя конские яблоки по величине. Большие кладет спереди. Проходит мимо офицер и спрашивает: «Что ты делаешь тут, малыш?» — «Играю». — «Что же это за игра такая?» — «Армия. Вот смотри, эти маленькие говяшки — солдаты, та, что побольше, барабанщик, рядом — офицер, а самая большая — генерал!» — «А где же Сталин?» — «Ой, что ты, дяденька, такой большой говяшки я еще не нашел!»

О Карле Радеке говорили, что он был отцом самых острых шуток, которые бытовали в советском государстве. Позвал его Сталин и сказал ему: «Товарищ Радек, пришел час, когда ты будешь убран с моих глаз. Твой колкий язык выставляет нас посмешищем перед всем миром». Радек был вынужден согласиться и хотел было выйти от правителя, как Сталин и говорит: «Товарищ Радек, только между нами, пока никто не слышит, я бы хотел услышать от тебя еще одну шутку». Радек сказал: «Совнарком — Рыков-пьяница, нарком просвещения — Бубнов-идиот, нарком индел — Литвинов-еврей, вождь всей страны — Джугашвили-грузин…» Разгневался Сталин великим гневом и прервал его: «Товарищ Радек, я и есть вождь России!». Покачал Радек головой и сказал: «Клянусь твоей жизнью, товарищ Сталин, не я автор этой шутки…»

Сталин вызывает к себе Радека и спрашивает: «Слушай, что же ты выдумываешь обо мне анекдоты? Ведь я все-таки вождь мирового пролетариата!» — «Ну, знаешь, такого анекдота и я не выдумаю!»

Попросил Сталин одного старичка, чтобы тот рассказал ему какую нибудь сказку или небылицу. «Да кто ты такой, что тебя надо сказками или небылицами развлекать?» — «Кто я? Я отец народа, вождь международного пролетариата, всех трудящихся мира — Сталин!» — «Вот тебе и есть небылица! Зачем другие рассказывать», — сказал дедушка. Его по приказу Сталина расстреляли.

В Мюнхене полиция повесила объявление — розыск семи преступников. На объявлении портреты шести преступников, а седьмого нет — пустое место. На другой день публика была удивлена: на объявлении появился портрет седьмого преступника. Это был Сталин.

В одной датской газете появилось объявление: «Настоящим заявляю, что поздравления, посланные Сталину нашим министром иностранных дел Расмуссеном от имени датского народа, не включают меня. Подпись».

В Большом зале консерватории проводился детский фестиваль, на который съехались юные музыканты из многих городов, в том числе из Одессы, из знаменитой школы П. Столяровского. Фестиваль проходил очень торжественно. В Большом зале висел огромный плакат: «Спасибо дорогому товарищу Сталину за счастливое детство». Рассказывали о мальчике который от волнения прочитал: «Спасибо счастливому товарищу Сталину за дорогое детство».

Одно время во всех городах висели плакаты такого содержания: «Спасибо дорогому товарищу Сталину за счастливую жизнь». Кто-то позачеркивал и переставил слова «дорогому» и «счастливую», и тогда плакат вышел такой: «Спасибо счастливому Сталину за дорогую жизнь».

На собрании предколхоза объявляет о награждении лучших ударников. Одну доярку наградили радиоприемником, другой дали граммофон, третьей — велосипед. Все аплодируют, доярки счастливы. Предколхоза поднимается и особо торжественно объявляет: «А теперь, товарищи, наградим нашу самую лучшую ударницу, которая есть политически сознательная, работала без праздников и выходных, поставила рекорд по выкормке поросят; она есть пример для всех остальных. Наградим нашу свинарку Дарью… (тут голос председателя задрожал) сборником сочинений тов. Сталина!». Собрание замерло. Голос сзади: «Так ей, стерве, и надо».

На колхозном собрании вручают подарки за хорошую работу к 7 Ноября. «За отличную работу в поле товарищ Иванова премируется мешком зерна!» (Аплодисменты.) «За отличную работу на ферме товарищ Петрова премируется мешком картошки!» (Аплодисменты.) «За отличную общественную работу товарищ Сидорова премируется собранием сочинений Ленина!» (Смех, аплодисменты, возглас: «Так ей, бляди, и надо!»)

Премирование. «Директору завода мотоцикл. (Аплодисменты.) Главному инженеру радиола. (Аплодисменты.) Секретарю партийной организации собрание сочинений Маркса...» Ехидный голос из зала: «Так ему и надо».

Сталин задумал упростить свой государственный аппарат. Долго думал и ничего не придумал. Устроил конкурс на эту тему — и тоже ничего. Вдруг в Кремль является какой-то человек с предложением простого проекта рационализации государственного аппарата, но он боится о нем сказать. Сам Сталин гарантировал ему безопасность. «Мой проект руководства государством очень простой: государством руководили бы вы, товарищ Сталин и еще один милиционер». — «Как же это могло быть?» — «Очень просто. Вас, товарищ Сталин, я бы посадил в железную клетку, крепко бы запер, а возле клетки поставил бы милиционера сторожить. Сам бы сел на стул возле клетки, собрал бы весь народ и давал бы ему приказы. Если бы народ меня не слушал, я приказал бы милиционеру: “Милиционер! Открой клетку и выпусти на народ Сталина!”»

Прохожий удивленно наблюдал за тем, как место, где живет мать Сталина, обносят колючей проволокой. Он спрашивает: «Зачем это место обносят колючей проволокой? Ведь живет там глубокая старушка. Кому она нужна?». Рабочий посмотрел на вопрошающего с удивлением и сказал: «Ах, братец, не понимаешь ты — охраняем, потому что, не ровен час, другого такого родит, как Сосо*».

В стране, где свирепствует счастье, люди живут исключительно долго. Советские газеты полны сообщениями об абхазских, грузинских и других стариках, достигших 100, 120 и более лет. В первомайской демонстрации 1951 года участвовала оригинальная и редкостная колонна. Она состояла из стариков старше 100 лет. Они несли плакат: «Спасибо дорогому Сталину за наше счастливое детство». От этого плаката даже сам «великий» смутился и остановил колону: «Пазволтэ, но ведь меня тогда еще не было?» — «Потому наше детство и было счастливым», — скромно ответили старики.

Один богатый еврей, бывший купец, хлопотал, чтобы его приняли в партию. Ему отказали, не приняли. Тогда он поехал в Москву к Сталину. Тот сказал ему: «Отгадай где находится Ленин, тогда приму». — «Ленин находится в мавзолее». Сталин тогда и говорит: «Нет, ты не отгадал, он живет в наших сердцах». Еврей тогда говорит: «А теперь отгадайте, товарищ Сталин, где находится Троцкий?» — «Он в настоящий момент заграницей, во Франции». — «Нет, он живет в ваших печенках». Т. Сталин согласился с тем, что Троцкий правда сидит в печенках, и разрешил принять еврея в партию*.

Целуйко С.П. (1903 года рождения, украинец, малограмотный, заготовитель конторы «Заготживсырье», Михайловский район Запорожской области) 4 марта 1953 г. рассказывал анекдот: «Один колхозник захотел стать членом партии и поехал в Москву к Сталину. Последний спросил: “Знаете ли вы политику?”. Колхозник ответил утвердительно. Сталин сказал: “А кто такой был Ленин?”. Колхозник отвечал: “Ленин был вождь советского народа, он умер, а дело его осталось в наших сердцах”. Сталин продолжил вопрос: “А если Сталин умрет?”. Колхозник ответил: “Дело Сталина останется в печенках у народа”» (вариант — не колхозник, а еврей).

Учитель: «Дети, какой Сталин?». Петя: «Умный, сильный, красивый». Учитель: «Очень хорошо. А ты, Лена?». Лена: «Он с большими глазами и очень добрый». Учитель: «Верно. А ты, Яша Прицкер?». Яша: «Сталин маленького роста». Учитель: «С чего ты это взял?». Яша: «Мой папа очень маленького роста. А он всегда говорит: “Сталин у меня вот где”». (Проводит ребром ладони по горлу.)

Приехавший в Москву колхозник спрашивает у милиционера: «Что это за стена, и почему перед ней стоят солдаты?» — «Это Кремль. Не показывай пальцем!» — «А кто же там?» — «Сталин». — «А... зачем же солдаты?» — «Это охрана». — «А-а... понимаю, понимаю... Ну, теперь то, сволочь, оттуда не выскочит!»